***
По расписанию значилась ритуальная магия. Предмет, от которого зависело очень многое, а я, увы, владела лишь жалкими крохами знаний. Профессор Лэдрик не питал ни малейшего энтузиазма к возне с проблемной адепткой, а посему мне оставалось лишь одно – самообучение. Так, вооружившись древними гримуарами и запыленными фолиантами, я погрузилась в пучину магических азов. Каждая страница давалась с трудом, каждое заклинание казалось непостижимым ребусом, но отступать было нельзя. Раз судьбой было предначертано стать частью этого мира, хоть и ненавистной всем, я должна крепко стоять на ногах.
Однако… попытки сотворить элементарный защитный круг заканчивались вспышками энергии, искрящимися рунами, пляшущими символами и общей нестабильностью, угрожающей обернуться локальным взрывом. Я чувствовала, как магия сопротивляется мне, отказывается подчиняться, словно насмехаясь надо мной.
Со вздохом отложив гримуар, я принялась собирать раскиданные предметы и поспешила на занятие. Ускорив шаг, я направилась к учебному корпусу, мысленно настраиваясь на очередную порцию унизительных насмешек. И вот, когда я уже практически достигла входа, мое внимание привлекла странная картина. Вдали, у стены общежития, скопилась толпа адептов. Сначала я подумала, что это обычная перепалка, и уже было отворачивалась в сторону моего корпуса. Однако, проклятое внутреннее чувство беспокойства, не позволило мне пройти мимо.
Не раздумывая, я изменила направление и быстрым шагом направилась к толпе, стараясь разглядеть, что происходит. По мере приближения, стали доноситься обрывки фраз, грубые смешки.
— Или ты сейчас же проникаешь в кабинет Миддл… Или можешь попрощаться со спокойной жизнью в академии.
— Не сказал бы, что она у меня и сейчас спокойная, — слышу я в ответ голос … брата.
Я пробилась сквозь толпу и увидела то, от чего сердце пропустило удар. Риган, бледный как полотно, стоял, прижавшись спиной к обшарпанной стене. Перед ним нависали трое рослых парней, каждый из которых казался на голову выше моего брата. Их лица искажала злобная гримаса, в глазах плескалось неприкрытое презрение. Главный из них, широкоплечий бугай с рыжей шевелюрой, прижимал локоть к горлу Ригана, перекрывая ему дыхание. На лице брата проступили красные пятна, он хрипел, пытаясь вырваться, но тщетно.
Яростное желание защитить его, вырвать из этой кошмарной ситуации, обожгло меня изнутри. Я знала, что эти трое с легкостью сметут меня с пути, но смотреть, как они издеваются над Риганом, я не могла.
Гнев заставил меня действовать, не раздумывая.
— Немедленно отпусти его, — мой голос, усиленный адреналином, прозвучал неожиданно громко.
Они обернулись, одарив меня презрительным взглядом.
— Вы гляньте, кто пожаловал … Сама мисс омерзительность!
Рыжий бугай осклабился, будто увидев долгожданное развлечение. Двое его приспешников прыснули со смеху, оценивающе рассматривая меня с головы до ног. Риган воспользовался моментом, чтобы откашляться и перевести дух.
— Пошла отсюда, пока цела, — прорычал рыжий, не ослабляя хватку. — Не видишь, мы тут беседуем?
— Беседуете? — язвительно переспросила я. — Больше похоже на попытку убийства. Отпусти его, я сказала.
Казалось, мои слова лишь позабавили его. Он еще сильнее сдавил горло Ригана, отчего тот забился в конвульсиях.
— А что ты мне сделаешь, мисс омерзительность? — прошипел рыжий. — Нашлешь проклятие?
Я сжала кулаки, чувствуя, как магия клокочет внутри, готовая вырваться наружу.
— Ухх, а глазки то огнём горят, — подхватил второй.
Рыжий хохотнул, и эта наглость вывела меня из себя окончательно. Я бросилась вперед, оттолкнув одного из приспешников, и попыталась схватить бугая за руку, но он легко отбросил меня в сторону. Не собираясь сдаваться, я вновь кинулась к брату.
Магия требовала выхода, и я позволила ей вырваться, направив поток энергии в противника.
К моему удивлению, заклинание сработало. Рыжий отшатнулся, словно его ударило током, и ослабил хватку. Риган, воспользовавшись этим, вырвался и отскочил в сторону, хватая ртом воздух. Я, не теряя времени, вновь атаковала рыжего, стараясь удержать его в стороне от брата. Приспешники попытались вмешаться, но я успела создать небольшой энергетический щит, отгородив их от нас.
Я понимала, что долго не протяну. Мои знания были ничтожны, а силы неумолимо таяли. Рыжий, оправившись от первого удара, перешел в наступление. Защиту он пробил быстро и я почувствовала сильный удар в живот. Воздух выбило из легких, и я повалилась на землю, корчась от боли. Он навис надо мной, а затем последовал второй удар. Боль пронзила висок, в глазах потемнело. Я почувствовала во рту привкус крови. Бугай наклонился ниже, его злобное лицо расплывалось перед глазами. Я попыталась встать, но он схватил меня за волосы, заставив запрокинуть голову. Двое других заломили руки назад.
Я зажмурилась, готовясь к новой вспышке боли, но удар так и не последовал. Хватка, еще секунду назад казавшаяся стальной, ослабла, и я, как подкошенная, рухнула на грязный пол, всем телом ощущая острую боль. Использование магии высосало из меня последние крохи сил. Видимо, все силы я истратила ещё на практике рунических заклинаний.
Я попыталась подняться, тело отзывалось на каждое движение острой болью. Чьи-то руки бережно, но уверенно помогли мне. Обернувшись, я увидела Кейвина. И только его… Все вокруг словно растворились в одночасье..
– Куда они делись? – прохрипела я, сплевывая кровь. Вкус железа противно застрял во рту.
— Неважно, — пробормотал Кейвин. Его взгляд мельком скользнул по моему лицу, но тут же отвернулся. — Идти можешь?
Я попыталась кивнуть, но резкая боль прострелила голову. Кейвин подхватил меня под руку, помогая удержаться на ногах.
— Я провожу, — сказал он, избегая моего взгляда. — В какую нам сторону? Где тут ваши целители?
— Всё в порядке, Кей …вин. Целитель не требуется, у меня сейчас занятие проходит. Мне стоит поторопиться.
— Ты себя видела хоть? Да впрочем… тебе лучше знать. — Кейвин махнул рукой и побрёл к стражам.
— Спасибо, Кей! — крикнула я ему вслед. Его беспокойство, несмотря на обиду, тронуло меня. Он, наверняка, считает, что я обманывала их с самого начала, скрывая свою магию.
И я ведь даже не пыталась как-то оправдаться. Да и что тут скажешь … Как объяснишь то, что мне самой неизвестно? Я могла лишь беспомощно молчать, утопая в их невысказанном