– Луна! – крикнул он. Ее не было видно. Вместо дерева выросла стена огня. Где Хванг – на другой стороне, где Луна? Кажется, он остался один по эту сторону пламени. На него навалился невыносимый жар.
– Я в порядке! – сдавленно крикнула она с той стороны. – Гнезда! Сбивай гнезда! Нельзя, чтобы они сгорели.
Он хотел перебраться к ней, но гнезда и правда охватило пламя. Они оба знали, что светлячки важны, – точно так же, как знали, что в трещинах что-то зловещее. Но ему было страшно, что он не видит ни ее, ни Хванга.
Страшно, что он не понимал, что происходит.
Что они не выживут.
– Я в порядке, – повторила она, точно угадав, что его нужно подбодрить.
Хантер подобрал с земли лук. Несколько светлячков взлетели в воздух, но остальные оказались в ловушке. Он вскинул лук, взял в руки стрелу. Смотреть на шары было больно: они горели таким ослепительным светом, какого он прежде не видел. Точно десять солнц, низко висящих в небе.
Хантер попытался задержать дыхание, но дышать было так трудно. Требовались спокойствие и меткость.
А она у тебя есть, напомнил себе Хантер. Ты умеешь быть метким.
Перестань думать. Чувствуй.
Он закрыл глаза и отдался интуиции.
Ветер послушался его и расступился. Он услышал, как упало в воду первое гнездо, как зашипело и погасло пламя. Достав вторую стрелу из колчана, он прицелился еще в один шар.
Это было как медитация. Все звуки в мире стихли. Его тревога, его гнев – даже его надежды – на секунду отошли на второй план. Остались только Хантер, его дыхание и цель. Он сбил все гнезда, кроме одного. Последнее солнце, спалившее все дотла.
Он потянулся за стрелой, но тут на его локоть легла чья-то рука.
– Коди! – Он ощутил одновременно изумление и страх.
– Это гнездо не горит, – сказал младший брат.
Хантер снова взглянул вверх. Оставшийся шар горел не огнем, но светом светлячков. Блестящим. Ослепительным.
– Как ты сюда попал? – спросил Хантер. Но Коди рядом уже не было.
Коди И
Нефрита выскочила у него из кармана. Коди испуганно вскрикнул и бросился за ней сквозь густой кустарник и клубы дыма. И тут он понял, что она показывает ему пусть в обход упавшего дерева.
На той стороне он увидел два тела, боровшихся на земле, и стал думать, как помочь.
Человек, которого Коди не узнал, крякнул от боли, когда Луна пнула его в деликатное место. Он держал ее за горло, а она пыталась схватить какую-то штуку, которую он зажал в кулаке свободной руки. Коди увидел, что она, изловчившись, впилась зубами в костяшки его пальцев. Тот зарычал, разжал пальцы – и штука выпала из нее.
Это был камень, и он ярко светился. Он показался Коди смутно знакомым, но времени размышлять не было. Он схватил камень с земли и закрыл ладонями для надежности. Краем глаза он увидел, как к дерущимся метнулось что-то белое. Нефрита. Она взмыла в воздух и упала на лицо незнакомца. И это дало Луне возможность вырваться.
Человек сорвал крольчиху с головы и отшвырнул прочь. А потом кинулся на Коди, за теплым и блестящим камнем.
Луна Чанг
Крольчиха ударилась о грудь Луны и, обмякнув, упала на землю. Смотреть, что с ней, было некогда. Коди швырнул шестигранник в воздух, и Луна схватила его кончиками пальцев.
Ей тут же полегчало, и она вздохнула. Отсутствие камня мучило ее, а теперь она ощутила прилив сил. Она чувствовала, что камень принадлежит ей. Неудержимо притягивает ее к себе. И он пахнул: сливочно, сладко, землей и цветами. Как печенье, которое вот-вот вынут из духовки. Как спелый фрукт, созревший в саду. В общем, всем, что сладко и вкусно.
– Где он? – рявкнул Вонг, сбивая Коди с ног.
– Здесь! – заорала Луна прежде, чем тот успел ударить еще раз. – У меня.
И тут на нее снизошла идеальная ясность, точно солнце пронзило тучи. Она поняла, чтó нужно делать.
Луна сунула камень в рот, ощутила на языке его тяжесть. Как только ее губы сомкнулись над ним, он стал другим. Растаял, как мед или сливки. И на вкус стал таким же.
Она быстро прожевала его и проглотила.
Камень исчез.
Хантер И
Мир зашатался. По грохотавшей земле катились камни, ветки и прочий мусор. Где-то под ним образовывалась еще одна трещина. Хантер слышал щелчки и треск там, где под землей что-то ломалось. Он бросился назад, когда перед ним разверзлась зияющая пасть и проглотила упавшее дерево вместе с пламенем.
Дым и пыль рассеялись, и Хантер увидел, как Хванг сделал два неверных шага. Мир содрогнулся.
– Погоди! – окликнул его Хантер. – Стой!
Хванг покачнулся на краю. Молча сделал шаг назад – на его лице застыло выражение полного удивления. Он неуверенно улыбнулся, больше от изумления, чем от страха. И поднял руку, точно подавая ее кому-то невидимому, чтобы тот за нее схватился. А потом упал.
Хантер наклонился, насколько хватило смелости, и заглянул в пропасть. Он вспомнил, как сам свалился в трещину, и подумал: интересно, он увидит на дне тело?.. Но вышло иначе. Он увидел лишь тьму. Хванга нигде не было.
Хантер не понимал, что чувствует. Облегчение, усталость или сожаление… или все вместе. Он гадал, мог ли что-нибудь сделать, чтобы не допустить этого, – но в то же время ощущал некое бесстрастное удовлетворение. Тени, что нависала над его семьей, больше нет.
Он замахал руками, чтобы развеять дым. За ним он видел силуэты Луны и своего брата.
– Вы там целы? – крикнул он.
Коди кивнул, но Луна держалась за горло.
– Что случилось? – спросил Хантер.
Она посмотрела на него широко распахнутыми глазами:
– Я его проглотила.
– Что?
До него медленно доходил смысл ее слов. И еще медленнее – то, что он видел собственными глазами.
Ноги Луны оторвались от земли, точно ее подхватил воздушный шар. Она взмыла вверх, набирая скорость.
– Что происходит? – спросил Коди.
Светлячки выпорхнули из оставшегося гнезда. Их огоньки не мигали – они горели, что твои лампочки, ослепительные и неколебимые. Сгрудившись вокруг Луны, они помогали ей вращаться в воздухе, будто она была листком, подхваченным ветром.
– Хантер! – Она потянулась к нему, но была уже слишком высоко.
– Вернись, – отозвался он. Его замутило от страха.
– Вряд ли я смогу. – Ее голос был таким далеким. Нефрита подпрыгнула и, отталкиваясь задними лапами от воздуха, устремилась вдогонку. Луна поймала крольчиху и полетела еще выше.
Хантер огляделся, пытаясь думать быстро. Он заметил ветку персикового дерева, некогда возвышавшегося над лесом. Из нее торчала стрела. Привязанная к древку тончайшая нить блестела на солнце. Он вспомнил, как наблюдал за Луной, пока она завязывала этот узел.
– Ты мне доверяешь? – крикнул Хантер, выдергивая стрелу. Она вообще его слышит?
– Да, – ответила Луна, – конечно.
Хантер смотрел, как полы куртки, точно крылья, вздымаются вокруг нее. Он не обращал внимания на то, как кровь стучит в висках, как тянет в груди. Это сработает. Он прицелится в ткань. Стрела зацепится за нее, и он сможет стянуть Луну обратно на землю.
Он обвязал волочившуюся нить вокруг талии, намотал петлей на руку. Для верности несколько раз обмотал ею костяшки пальцев.
И вскинул