– Ты еще про времена покорения Крыма вспомни… – огрызнулся Сербов. Ему еще дедушкой Мироновым попрекните…
А Громада слушал и улыбался.
– А что вы посмеиваетесь? Тратим зря время?
– Ничего подобного, молодые люди. Я не вижу в противоречии нелепости и тупика. Противоречие – это ступень к познанию истины. В чем суть «ста Адамов»? Суть – в создании мифов, раскалывающих общности на фаши. Но зачем? Встанем на место игрока. Ему зачем это? Просто разъять и разрушить?
– Да, разделять и властвовать. Классика. Ничто не ново под луной.
– Так, да не так, Аркадий. Это если бы ваш ангел нашептал про супостата, что он Брит. А этот – Укр. Я уверен, что Укру необходимо жизненное пространство и свобода даже от Брита. Так он устроен. Это хуторянин, увидевший себя центром мироздания. Я предположу, что он задумал воссоздать нового ария и заселить им огромную территорию. Анти-СССР. Но европейцы ему этого не дозволят, для них Укр – биомеханизм, низшая раса. И Укр это знает. Я бы тогда на его месте поискал союз, так сказать, брак с пассионариями в Азии. С теми, кто не проклинает Гитлера. Таких много в Иране, таких много в Афганистане. Афганистан – для этого крайне удобен, как расстроенное государство. А если это наложить на идеологию Укра – то, что Игорь нам описал про Смерть, и то, что мы знаем об оккультизме «Азова», то альянс вполне согласован. Сотый Адам – это вполне может быть синтез Смертников.
– Анти-СССР и «Велаята Хорасан?» – предположил Логинов.
– А почему нет? Вы гений, – поощрил Володю профессор. – Знаете, что это подтверждает? Вспомните, со слов Игоря, что немец говорил об оружии?
– Что? Что это технология, простая, как кубик Рубика, и эффективная, как реакция полураспада. Так он говорил.
– Вы молодец, Володя! Ключевое слово – «Рубик». Вы поняли?
– Нет, – хором ответили Логинов с Сербовым.
– Не важно. Вспомните, что представляет собой кубик Рубика, змейка Рубика, шарик Рубика. Принцип один. Если вы владеете технологией сборки, то можете собрать желаемый рисунок. То есть это сборка, а не разборка.
– Термояд вместо полураспада?
– И, если следуя Вашей первой лемме, искать подобие возле Пушкина, то посмотрите, они ведь не просто создают антифейки и «дантесовские» мемы, а конструируют «дантесов» самыми разными манипуляциями кубика… Я сейчас принесу компьютер, и кое-что мы проверим. Это будет третье применение вашей леммы, Володя. Знаете, что вы упустили? Мы упустили? Система на то и называется системой, что она превосходит сумму своих составляющих. Чтобы убить Пушкина, они должны были создать систему, своего Великого инквизитора. Система основана на антиидее добру, красоте, народности, чему там еще? На антиидее Богу. Это не просто искусственный интеллект. Мне уже хорошо понятно, как может действовать их мозгобойка, ее принцип Дантеса, и ее принцип Рубика. Да, это не ядерная, а термоядерная энергия синтеза радикалов, вместо пушкинского открытия сущностей. Полет Валькирий по плоскости свобод.
– Муха между двумя стеклами окна, – предложил Логинов чужой образ.
– Это как раз понятно. Пока не понятно, в чем антиидея и кто антибог. Давайте вот как поступим. Балашов упомянул, что Одноглазый представляет некую структуру, «Глобаль Тор». Вы, Аркадий, ее изучили?
Нет, до «Глобаль Тор» у Сербова руки не добрались.
– И я упустил. А вы, Володя?
– Нет, вообще не вспоминал.
– Значит, сейчас – самое время. За работу. Я принесу два ноута, а сам возьму планшет. Поищем в шесть глаз, что в чреве циклопа.
Прошли пятнадцать минут, и профессор нашел сайт того самого «Глобаль Тор». Он исполнен на немецком и на английском языках. Затем пошла работа. Логинов взялся за немецкий, Громада с Сербовым – за английскую версию. Последний – с грехом пополам, конечно. Подзабыл, чему учили. Все, на что каждый обращал внимание как на мало-мальски интересное, заносилось каждым на бумагу. К счастью, на сайте документов было немного – два меморандума, один стостраничный, второй, погуманнее, то есть в десять раз поменьше, и с десяток небольших статей, больше напоминающих рекламу того или иного продукта – в основном это были средства слежения, компьютерные прилады, предназначенные для наведения ударных беспилотников и обладающие, согласно описанию, признаками высокого искусственного интеллекта. Роевого интеллекта. Эти рекламки вычитывать поручили Сербову как наимение сильному в языках. Логинову достался десятистраничный меморандум, озаглавленный с вызовом: «Почему мы побеждали и почему мы победим». А Громада, умеющий читать очень быстро и эффективно, принял на себя большой меморандум. «Вечная война». Он читал, раскачиваясь, как береза на сильном ветру, и попутно, не глядя на бумагу, делал пометки. Чтение он закончил первым.
– Что у вас?
– Уже сто страниц освоили?
– Конечно. Скорочтение – мое оружие.
– И что пишут? – поинтересовался Сербов.
– Я прочел, и вот что думаю – война все-таки нужна, чтобы мира захотелось больше, чем хлеба.
– Это как раз был посыл нашего Смертника. Так, по крайней мере, считал Балашов. Впрочем, не нынешний Балашов, а тот, прежний. Но здесь-то вы что увидели?
– Здесь? Да, конечно… Близко лежало, да долго тянуться. Здесь много взято из МакКиндера, и из теорий Краснера – Паскуале. Описаны слабости русской и китайской систем, от семидесятых до наших дней. Я бы определил этот «Глобаль Тор» как ЧВК нового типа. Идеологическая ЧВК. Серьезный тезис у них – что русские обречены на поражение, потому что они медлительны, они мыслят аналогово, их военнные системы и мышление – принципиально отсталое. Оно аналоговое, против быстрого цифрового искусственного интеллекта, посаженного на мощнейшие компьютеры и на массовое производство суперчипов, не имеет шансов эпоху, когда армии движимы мгновенными решениями беспроигрышного ума. Эти парни прут уверенно, а мы все никак не спроектируем русскую цельность… Не знаю еще, такая война нас подвигнет к новой цельности?
На лицо рассказчика легла забота, он смолк.
Логинов оторвался от своего гаджета:
– У меня есть кое-что. У меня – про Афганистан.
– О, давайте, Володя. Давайте. Ум – хорошо, а два – лучше. Мы – как грибники в лесу. Кому повезет, найдет подосиновик или белый. У меня пока моховики и лисички.
– Хорошо бы, грибники, а не саперы, – подал голос Сербов. Он неимоверно устал, через слово приходилось залезать в словарь, но, стиснув зубы, полз вперед, как когда-то на тренировках.
– Так я говорю, или тебе анекдот про сапера и десантника напомнить?
– Знаю анекдот, у него борода седее твоей гривы.
– Говорите, Володя, не разменивайтесь на анекдоты. Анекдоты были спасательными кругами при Брежневе, а сейчас они – оружие врага. Британцы специально изучали нашу систему составления анекдотов, какие заходят, какие – нет, и