Тут Громада снова пустился в дебри объяснений, как действуют анекдоты-вирусы, но Логинов спас ситуацию. Перетерпев пару минут, толком не вслушиваясь в теории, а дочитав меморандум, он наконец напомнил: «Андрон Владленович, может, про афганцев?»
Громада осекся. «Да, Володя, говорите. Хотя…»
Логинов не стал дожидаться «хотя» и рассказал, что в его тексте автор из «Глобаль Тор» сравнил нынешних украинцев с моджахедами Афганистана, которые не просто прогнали русских, но создали новый тип отношений – сетевой интернационал. «Украинцы не просто снова выгонят русских и снесут их государство. Украинцы поднимут сетевой интернационал на новый, окончательный уровень, воспользовавшись опытом и кровью моджахедов».
Профессор аж взвился:
– Ох, это многое, это многое… Вы срезали самый настоящий белый гриб. А у вас что, Аркадий?
– А у меня – ничего особенного. Чистый бизнес на крови. Ребята сидят на высоких технологиях и торгуют спецтехникой. И, кстати, не брезгуют криптой. Предлагают спецкурсы, обещают собственную криптовалюту, которая будет производиться под специальные задачи. Еще предлагают компьютерные игры высокого уровня, тоже под задачи, стратегические игры, идеологические организационные игры, системы ИИ. Молодцы. Я бы нашим посоветовал у них накупить этого всякого барахла.
– Прямо так написано – организационные идеологические? – уточнил Громада.
– Да.
– Впервые встречаю. Интересно. Есть описания?
Сербов развернул экран. Мол, вот, разбирайтесь сами. Громада подошел поближе, подтянулся и Логинов, заглянул через профессорское плечо. Так, по инерции, без интереса.
– Это не описание. Ерунда. Они как китайцы, сердцевину метода не выдают.
Он утратил интерес к предмету и отвернулся. Логинов тоже было оставил мыслью экран. Но что-то зацепило его там, и он пробормотал под нос, но обратившись к Сербову:
– А как оно, это все, называется, с организационно-идеологическими? Там заголовок мелькнул.
Аркадий вернул картинку и ахнул. Заголовок гласил: «Сто первый Адам». Сербов по привычке посмотрел на дату обновления. Накануне. Он с изумлением взглянул на Логинова.
Когда это открытие дошло до Громады, тот, поразмыслив, внес предложение хуралу:
– Володя, чтобы окончательно изучить Вашу гениальную лемму на прочность, знаете что нужно сделать? Нужно попросить балашовского немца узнать, не было ли у тех афганцев ваших методички какой-нибудь, тоже про Адама? Это было бы доказательство всеобщей связи, так сказать, высшая индукция. Для вашего, кстати, начальства улика, вещественнее не придумать.
Сербов ёрнически расхохотался:
– Вы совсем не представляете себе моих начальников.
– И слава богу, – бросил Логинов.
– И ты не представляешь. Мне год писать и еще год отписываться, чтобы получить добро на контакт с балашовским мутным немцем.
– А мы не тебя просим. Мы Балашова попросим, – возразил Владимир. – Ты же в нашем лице обрел бесплатную собственную мини-разведку и мини-аналитическое бюро в одной точке. Пользуйся, пока не отлучили.
– Смотри, как бы нас всех не отключили. Ты не допускаешь, что нами как раз балашовский немец, или сам Балашов, или ты сам, манипулируешь? Ведете нас к ложной угрозе, побуждаете к вынужденному действию. Рассказать вам, как это бывает и как это делается? Или ты с технологиями знаком? Знаком? Тогда еще подозрительнее может показаться наша замуть.
– А убийство Пушкина и убийство Кеглера – тоже замуть? Сложная комбинация? – набычился Логинов, но Громада прервал спор, который, вспыхнув, вот-вот перерос бы в ссору.
– Так, я суммирую и интегрирую то, чего мы достигли. Мало прокукарекать, надо рассвет накликать. Вам, Аркадий, я рекомендую еще рюмочку калгановки. А вам, Володя, я принесу немного хорошего виски. Достигли мы многого. Ваша интуиция и логика нам сослужили величайшую службу, осталось уговорить Игоря Валентиновича связаться с немцем и очень аккуратно объяснить ему задачу. Как вы это называете, Аркадий? Легендировать? Залегендируем сообща. Теперь суть – имеется глобальный замысел, он простирается от убийства в нас Пушкина, до уничтожения нас как народа, государства, цивилизации и идеи. Этот замысел, что мы с вами сейчас доказали с интуитивной бесспорностью, существует под одной крышей, условно нами идентифицированной как «Глобаль Тор». Для осуществления замысла созданы несколько локальных планов и сложный адский механизм, в котором используются технологии цивилизационной перевербовки, воздействия на сознание, определенные методички, среди которых – старая нацистская бомба про Адама, видимо, в британском современном исполнении – этим мы займемся, это мне тематика знакомая, – и технические ноу-хау взаимодействия ИИ – человек. А человек там – самое дерьмо, простите. Человек там – это идеолог нового ада. Он проектирует новых чертей. Тут еще думать и думать, но вырисовывается гомункулус. Гомункулус на термоядерной энергии, полученной от сборки различных радикалов, высвобожденных после убийства Пушкина. Я понятно излагаю? Новый террорист-герой. Укромоджахед.
– Снова Смертник. Вот это было бы замыкание леммы, – задумчиво, о своем, произнес Логинов, но Громада отреагировал живо. Он подскочил к Владимиру и с силой опустил крепкую ладонь на плечо.
– Не для вас, Володя, не для вас замыкание. Вам еще сына из Гонконга возвращать. А для Балашова – да, замкнется. Замкнется. Хилый котейка один раз да куснет…
– Предположим, что так и есть. Предположим, мы даже раскроем замысел провокации. И что нам делать? С такими предположениями меня просто отправят куда-нибудь в Хакасию или на Камчатку, – подвел и свой итог Сербов. – Без железного факта это все – вода. Как организована преступная террористическая группа? Где и когда готовится конкретное действие или последовательность действий? Кто источники информации? Где независимое подтверждение? Да как устроена эта чертова мозгобойка, наконец? Ничего мы не достигли пока.
Громада задумался ненадолго:
– Вода, говорите? А, пожалуй, вы правы. Стойте, стойте, почему нет? Да, они попытаются взорвать Керченский мост! А потом имитируют нашу русскую месть.
– Ядерный удар? – предположил Логинов, подхвативший волну рассуждения. Такое бывает, эффект когерентности мышлений. Калгановка поспособствовала.
– Да, именно так. Вот это будет точка запуска «Русского Нюрнберга». Это станет нашей рабочей версией, Аркадий. Именно ядерный, ядерный Армагеддон… – Громада принялся ходить вокруг стола, то и дело меняя направление движения.
Да. Все сходится, все бьется, одно с другим и с третьим. Ядерный Армагедон – это триггер к взрыву всей прежней антропологии и запуску посткультуры и конструирования, нет, и масштабирования новых типов недочеловеков. Сто Адамов. Смертник им нужен для того, чтобы в конструкции начисто избежать жажды уподобиться создателю, богу, избежать веры видеть в содержании жизни задачу осуществления вечной жизненности. Ужас низведет до нуля любой иммунитет к воздействию ересей, и тогда они займутся осуществлением своего замысла на практике. Все верно…
– Вы верующий? – вдруг вырвалось у Логинова. Сербов встрепенулся и с интересом посмотрел на хозяина. Рука непроизвольно потянулась к собственному крестику, что на груди.
Громада замер и одарил Логинова сердитым, даже яростным взглядом.
– Я нахожусь вне конфессий и поклонений. Но