Большинство тварей было уничтожено, однако часть расползлась не только по округе, вынуждая людей бросать дома и перебираться в места поспокойнее, но и гораздо дальше. С тех пор и появились так называемые боевые маги, защищающие поселения от подобных напастей. А тёмными стали называть тех, кто умел мёртвое делать живым, поскольку для борьбы с отступниками пришлось изучать особые методы их чародейства. Давалась эта наука далеко не каждому да и чести особой не приносила, а потому развивать дар в данном направлении хотелось немногим.
Пустоши привлекали не только тем, что здесь можно было отточить навыки тёмного дара, но и большим количеством артефактов, использованных или же просто утерянных во время побоища. Вот один из них Маэриэль и собирался отыскать, для чего набрал себе команду из числа адептов Антарийской школы под предлогом прохождения практики. Дэйна вошла в неё в качестве проводника. Её основным даром было умение выбирать наиболее удобную дорогу и предчувствовать опасность, в том числе нежить. Помимо девушки и эльфа с телохранителями в отряде были целитель, два артефактора и наставник Анфей.
В путь отправлялись на рассвете. Дэйна из конюшни вышла последней, ведя в поводу приземистого крепкого коня серой масти с густыми щётками на бабках. В упряжке такой смотрелся бы уместнее, чем под седлом. Худощавая девчонка на нём стала казаться ещё меньше и хлипче. Впрочем, со временем выяснилось, что по выносливости серый жеребчик не уступал тонконогим эльфийским скакунам, и хозяйку слушался беспрекословно.
С погодой в первые дни повезло — было тепло, сухо, а накатанная дорога бежала между селений, в которых отряд с удобством останавливался на ночёвку. Однако, чем ближе к Пустошам, тем безлюднее становилось вокруг, пока не наступил день, в который пришлось заночевать в лесу под начавшим накрапывать с вечера дождём.
Наставник Анфей поставил охранный контур, защищающий от дикого зверья и нежити. Остальные мужчины соорудили навес, натаскали лапника, разожгли костёр, расседлали и стреножили лошадей. Дэйна кашеварила. Делала она это с явным удовольствием. Маэр в который уже раз подумал о том, что вот сейчас девчонка — на своём месте, а не когда машет мечом или сходится в рукопашной с парнями. Слова Анфея о том, что у короны на Дэйну особые планы засели в памяти крепкой занозой.
В компании мужчин девушка чувствовала себя вполне вольготно. Её нисколько не тяготила езда верхом. Она ни разу не пожаловалась на усталость, не потребовала к себе особого отношения. Мылась обычно самой последней, будь то баня, река или озеро. Ловко и незаметно решала возникающие у неё чисто женские проблемы. Со всеми держалась ровно и приветливо, даже Маэру перепадали её улыбка и доброе слово. Да и само присутствие женщины в отряде побуждало мужчин быть на высоте: следить за речью, заботиться о чистоте тела и одежды, не ворчать и не ссориться по пустякам. Тем не менее Маэра подчас напрягало, когда он видел, какие взгляды бросают на девушку не только свои, но и посторонние. Ещё бы! Баба в штанах! Срамота! В такие моменты эльфу нестерпимо хотелось закутать девушку в плащ, усадить перед собой и везти в таком виде до самых пустошей. Сама же Дэйна внимания на косые взгляды и шепотки не обращала, потому-то они, наверное, очень быстро сходили на нет.
— Проклятый дождь, — проворчал Любим, один из артефакторов, сбрасывая под навес охапку хвороста. — Нет, чтобы пролиться весь и сразу, так зарядил, похоже, надолго.
— Зато отоспимся как следует, — зевнул целитель Вилен — полный добродушный парень.
Второго артефактора — нелюдимого молчуна — звали Евген. Разве что Дэйна могла растормошить его на несколько коротких фраз, если ей этого хотелось. Вот как сейчас, к примеру.
— Давайте в слова поиграем, — предложила девушка, раздавая ложки собравшимся вокруг котелка попутчикам.
— Это как? — удивился Дарк.
— Надо назвать пять видов снеди, начинающихся на первую букву твоего имени.
Мужчины переглянулись. Несерьёзное какое-то занятие. Однако соревновательный дух быстро взял своё. Никому не хотелось ударить в грязь лицом, пускай и в словесном поединке. Сложнее всего пришлось Дэйне и Дарку, поскольку их имена начинались на одну и ту же букву. Впрочем, девушка охотно уступала эльфу и даже подыгрывала.
Потрапезничали весьма занятно и на боковую отправились в хорошем расположении духа. Умела Дэйна создавать вокруг себя уют даже в промозглой лесной чащобе. Интересно, откуда в ней это умение? Маэр знал, что девчонка сирота. Воспитывала её бабка, которая охотно избавилась от внучки, когда заезжий чародей обнаружил у девочки дар. С семи лет Дэйна жила в школе, хотя принимали туда учиться лишь с двенадцати, но все попытки пристроить девочку в городской приют заканчивались её побегом. Своё проживание Дэйна отрабатывала сполна, помогая на кухне, прибираясь в ученических и тренировочных залах, ухаживая за лошадьми. Хлеба праздности она никогда не ела и, пускай была не самым послушным ребёнком, быстро заслужила высокое доверие наставников. Бессемейный Анфей так и вовсе относился к Дэйне, как дочери, правда, потому и спрашивал с неё по полной.
На следующий день лагерь разбили возле лесного озера, не отказав себе в возможности хорошенько освежиться. Дэйна, как всегда, отправилась купаться последней, отойдя от стоянки на приличное расстояние. Маэриэля это сильно обеспокоило, и под предлогом пособирать хворост эльф отправился проверять, всё ли в порядке с одинокой купальщицей. Однако, когда мужчина вышел на берег, дорогу ему внезапно преградил Серко. Дивный едва успел увернуться от копыт вставшего на дыбы жеребца. Сердито всхрапывая и повизгивая, неожиданный защитник заставил Маэра отступить обратно в лес. Конь успокоился, лишь когда услышал голос зовущей его хозяйки. Когда Дэйна вернулась в лагерь, то при взгляде на Маэриэля не смогла удержаться от победной улыбки. Она, видать, подумала, что он приходил за ней подглядывать. Эльфа это невыносимо злило. Впрочем, он понимал, что все попытки объясниться будут выглядеть смешно и нелепо, поэтому лишь досадливо морщился.
В последнем селении, что попалось им перед Пустошами, для ночёвки Дэйна предпочла сеновал сомнительному удобству полатей в доме старосты, где ребятишек было мал-мала-меньше. Обычно Анфей останавливался у главы деревни и всегда забирал с собой девчонку и Маэра. Остальных путников распределял по соседним домам.
Неизвестно как, но вскоре к Дэйне присоединились Любим и Вилен. Вечер был хорош — тёпел и тих, один из тех, в который хочется предаваться мечтам о будущем и просто думать о чём-то приятном. Любим без конца травил весёлые байки, Вилен отпускал сопутствующие саркастические замечания, Дэйна смеялась. От неё