Видимо, выстрел из гранатомета и засветил.
Георгий:
– Потом мы же в окопах были, резерв. А у нас всегда резерв был, если перестрелка, «двухсотые», «трехсотые», они прибегали, забирали. Если жесткое было нападение, они приходили. Они были на окраине села Коломыйчиха, а от села еще идти четыре километра. И постоянно на резерве у нас человек 10. Они в брониках, с автоматами. Просто в крайнем доме они кофе пили. Как смена.
Понял: прибежали за ранеными.
11
Штурмá
– Я на карте смотрел: села Коломыйчиха, там Стельмаховка, Райгородок.
Бырдан:
– Там Райгородок, Змеевка. Змеевка у нас была рядом с нами по левой руке. Мы как раз били по Стельмаховке. Они купировались там внизу, в Стельмаховке. Они от Стельмаховки в посадке стояли, и мы – от Коломыйчихи. Посадка двойная такая. Лесополосы идут параллельно друг другу. И они как бы углом.
– Вижу на карте угол рядом.
– Вот этот угол назывался «Руслан». А правее от этого угла дамба. Вот там как раз нас и бомбануло.
– «Руслан» наш…
– И через 50 метров их. Но, я вам скажу, за нашей лесопосадкой ближе к нам самое главное: там был сад с черешней и яблоками. – Георгий радостно засмеялся. – С абрикосами, с клубникой. Объедались до упада.
– Туда ходили.
– Да, они как-то стреляли. Все поле обстреляно, но по саду не стреляли. Мы легко и свободно чувствовали себя там. Мы и черешни поели, а яблоки еще не успели. Кисленькие. Нас как раз в августе и ранило.
– Вот вы в лесополоске. Обстрелы были?
– Да, танк кошмарил нас. Он со Стельмаховки. Разведчики сказали, что там у них большой окоп, и он по окопу ходил. Он выныривал, и как из окошка по нам шмальнет, и переходил на другое окошко. Он и до нас был. Наши кошмарили, кошмарили и никак не могли в него попасть.
– А у вас «птичка» была?
– Была, но редко. Только при штурме, когда мы штурмовали, она как бы координировала нас. Когда мы штурмуем, нам уже говорили: большое количество с левой лесопосадки. Там же лесопосадки все свои названия имеют. Была «Дамба», «Руслан», «Тринажка»… «Колесо» было, там, где сгорел автобус, когда хохлы уезжали, по нему попали. И мы вот так прозвали, и, когда мы наступаем, нас координируют. Допустим: «Берите, ребята, правее. Там от „Дамбы“…» Мы уже понимали наши действия. «Давите поближе со стороны „Колеса“. Потому что там больше хохлов». Там, допустим, трое, а здесь полста. Мы начинаем большое количество давить, пытаться раздавить.
– Говорят, сначала артиллерия, потом вы.
Георгий:
– Вы знаете, за все это время раза два помогала. А с другой стороны мы, когда всегда приходили, нам говорили: «Сейчас артиллерия по лесопосадке пройдет. Придете, „трехсотых“ добьете». Мы стоим на позициях, ждем артиллерию, по рации кричим: «Ну где артиллерия?» – «Какая арта, идите».
– Вы идете…
– Идем. Но как идем. Там промежуток после второй лесопосадки, когда мы ее забираем. За второй лесопосадкой очень большое поле, и мы идем чисто тупо по полю. Вы сами представляете, там еще начинается следующий лес. А они осевшие, у них бк полностью. Ну сколько я в поход возьму бк. Две баклажки воды, и возьму, ну, не знаю. У меня было 8 рожков всегда, ну и я всегда брал около 10 пачек патрон, то есть как бы. А там уже все ссылался на то, что там трофейное будет оставаться. Плюс подствольники. Я брал от 10 до 15. Брал «Воги». Плюс к тому гранаты «Ф–1» брал. РГшки, я их постоянно боялся. Потому что у них пластиковые запалы, а эти гранаты были ровесниками моей бабушки. РГН – наступательные гранаты. РГО – отступающие.
– И вы по полю идете…
– Да, по чистому листу, а они нас там… И мы все надеялись, сейчас арта по ним чуть-чуть покошмарит. Пока они там окуклятся, мы перебежим. Но потом появились мотоциклы, «баги». Они побыстрее, пошустрее. Тогда уже поудобнее, потому что вы понимаете: когда ты по полю бежишь, этот броник, вот, допустим, «монолит», он 23 килограмма, не считая всей остальной сбруи. Это рожков, не считая гранат, не считая «Вогов», не считая всего. А добеги попробуй по всему этому полю, курящий, некурящий человек…
Георгий Бырдан готов к бою
– Вы по полю, а они в посадке…
– Это неравный бой. Тем более у них и резерв рядом. Смотришь, по тебе стреляют, чувствуешь три-четыре-пять автоматов. А потом проходит 15 минут, уже чувствуешь, что по тебе около 100 автоматов стреляет. У нас есть видео, как мы шли как раз от «Руслана». Мы по максимуму в невидимой зоне собрались, кто стоял на оборонке, мы подошли. «Баги» пронеслись, ставя дымовую завесу. Обычно до середины поля, а когда на 60 процентов, как говорится, у кого какие бубенчики, насколько железные. Выбросили бк и воду, нам запас на 3–4 дня. Самим тащить очень тяжело. БТР нас подобрал, выехал к краю невидимой зоны, буквально 20 секунд постоял: нас выбросил. Мы быстренько все спрыгнули, рюкзаки накинули, и он ушел. А мы штурмовать.