— Потому что он рождается не на ветвях кофейных деревьев, а в результате жизнедеятельности животного.
— Как это? — не понял Хлопонин.
— Маленькие животные мусанги, или люваки, которые живут на Филиппинах, едят спелые кофейные зерна. В желудочном соке этих животных находится особое вещество, которое и делает вкус кофе необычным.
— Ага, — качнул головой Хлопонин, — выходит, мы пьем какашки этих лювак? С ума сойти.
Он намеренно сказал именно так — «какашки». Хотел посмотреть, как отреагирует Воропаева, слетит ли с нее высокомерность.
Воропаева засмеялась, склонив голову набок. Удивительно, но ни смех, ни улыбка ей совершенно не шли. Они ее упрощали. Может, оттого, что на минуту она забыла держать лицо?
— Нет, это кофейные зерна, но прошедшие путь по желудку, — совершенно спокойно объяснила она.
Да уж, Виолетта Леопольдовна готова к любым неожиданностям. Вон как отреагировала — именно так, как нужно. Не скривилась брезгливо от его далеко не интеллигентного словца, не сморщила носик. Она мигом раскусила провокацию Хлопонина и повела себя единственно правильно. Мол, я такая же, как вы, простая и открытая.
— И вот эти, как вы изволили выразиться, «какашки» — довольно дорогое удовольствие. Один килограмм стоит около тысячи долларов. Ну а теперь скажите «однако» и подумайте о том, откуда у меня такие деньги.
— Да нет, — усмехнулся Игорь, — не скажу и не подумаю.
Некоторое время они молчали, наслаждаясь кофе. Потом Воропаева нажала кнопку коммутатора и снова вызвала секретаршу. Та впорхнула в кабинет в ту же секунду. Будто стояла под дверью, а может, и правда стояла.
Виолетта Леопольдовна небрежно кивнула головой на кофейные чашки. Секретарь поняла ее мгновенно, без слов, и через минуту уже закрывала за собой дверь с грязной посудой в руках.
Воропаева достала из пачки тонкую сигарету, прикурила, выпустила дым и откинулась на стуле.
— Некоторое время назад вы заключили договор с фирмой «Мего», — начал Игорь, — и ждете сейчас заключение. Так вот, заключения не будет.
— Не будет? — на лице главного экономиста не дрогнул ни один мускул.
«Да, крепкий орешек, — с уважением подумал Хлопонин, — и выдержка железная».
— Не будет. Во всяком случае, положительного не будет. И вы знаете почему.
— Неужели? — равнодушно приподняла изящную бровь Воропаева. Однако, когда она тушила сигарету, ее пальцы слегка подрагивали.
— Да. Знаете. Все ваши финансовые показатели — сплошная липа. Хотя и достаточно искусно замаскированная. Не знаю, как вам удавалось получать заключения за предыдущие годы — обманом, подкупом, — не знаю. Но обязательно узнаю. В этом году вы почему-то решили заключить договор с компанией попроще — наверное, думали, что специалисты «Мего» не разберутся. Но Юлия Павловна Холодная разобралась. Она очень хотела оправдать доверие такой крупной и престижной компании, как «Кардинал», и поэтому копнула слишком глубоко. И поняла, что циферки ваши подтасованные. А значит, вы не только не можете принимать участие в этом конкурсе, но и не имели права принимать участия в прошлогодних. Это более чем серьезные суммы. И в лучшем случае вам придется заплатить гигантский штраф, а в худшем — это не только штраф, но и уголовка. И тем, кто давал вам липовые заключения, тоже несдобровать. И Холод- ная сказала об этом вам.
Воропаева резко встала со стула. Хлопонин тоже поднялся.
— Ну хватит. С какой стати и по какому праву вы задаете мне вопросы?
— Глупо, Виолетта Леопольдовна.
— Что такое?! — сухо спросила она.
— Глупо и недальновидно. А вы, как я могу судить, женщина умная. Так что сядьте, госпожа Воропаева, и послушайте дальше.
То ли потому, что ее назвали официально «госпожа Воропаева», то ли оттого, что тон разговора стал для нее непривычно резким, но она послушно села.
— Так вот, Холодная раскопала о вашей компании всю подноготную, и ее за это убили, — Игорь взялся за ручки стула, на котором сидела Виолетта Леопольдовна, и так низко склонился к ее лицу, что почувствовал запах корицы, исходивший от ее тела.
— Почему за это? — тихо спросила она.
— Во-первых, у меня есть доказательства. Во-вторых, “Cui prodest? Cui bono?” — «Кому нужно? Кому выгодно?». Ком-пании «Кардинал» выгодно. Ведь на кону деньги, и не просто деньги, а очень большие деньги.
— Что за доказательства?! Не верю. Совсем неубедитель- но, — не дрогнула Воропаева, глядя Хлопонину прямо в глаза.
Он выпрямился, отошел от Виолетты Леопольдовны и сел в кресло, положив ногу на ногу.
— Я вам могу назвать тысячу и одну причину, по которой могут убить человека. А убивать из-за заключения?! Не на одной вашей компании свет клином сошелся, получили бы у более сговорчивой.
Воропаева снова закурила, выдула дым в сторону Хлопонина и глянула на него со скрытым торжеством.
— Да, но только в том случае, если вам не угрожают разоб-лачением.
— А почему в таком случае вы пришли ко мне, а не к Вавилову? — поинтересовалась Виолетта Леопольдовна.
— Отчего же?! К Станиславу Николаевичу я приходил. Он высокомерен, заносчив и глуп. Да и циферки эти, что в от- четах, он так составить не мог. Это дело рук умного человека. Именно поэтому я пришел к вам. Кому, как не вам, по- нимать, что будет, если я со своими выводами пойду прямиком в прокуратуру. И пусть они разбираются, убивают из-за заключения или нет.
— Что вы предлагаете? — после некоторого раздумья произнесла Воропаева.
— Я предлагаю сделку. Но она действительна только в том случае, если вы не имеете отношения к смерти Юлии Павловны. В этом случае вы мне честно отвечаете на мои вопросы, а я за это поговорю с хозяином «Мего» — с Робертом Владленовичем Берцем.
— А чем поможет господин Берц?
— Он не даст ход делу о вашей афере. А то он уже спит и видит, как бы результаты проверки в прокуратуру отправить. Еще бы, такой шанс избавиться от одного из конкурентов, который липовые заключения «Кардиналу» давал. Да и аванс останется у «Мего».
— Я должна все взвесить, — Виолетта Леопольдовна поднялась, показывая, что разговор окончен.
— Взвешивайте, Виолетта Леопольдовна, — Хлопонин пожал плечами. — Но быстро. Завтра документам по «Карди- налу» будет дан ход. Честь имею.
Хлопонин не торопясь спустился вниз, вышел на улицу и стал ждать.
Не прошло и минуты, как из офиса выскочила Воропаева и стала оглядываться по сторонам. Увидев Хлопонина, стремительно бросилась к нему.
— Я согласна. Только пройдемте в кафе. Тут через пару домов есть неплохое. — И она пошла впереди него.
Глава 48
В офисе никого не было, ни единого человека. Полина открыла дверь в кабинет Холодной. Юлии Павловны нет, а на ее