Изначально я собирался пробить драйв под неведущую руку Аоки, однако, мельком взглянув на него, понял: он уже разгадал мои намерения и готовился встретить атаку во всеоружии. Перестроился я мгновенно: отвел запястье, вложил в руку ровно только силы, сколько требовалось, и… вот она, та самая решающая подставка – невесомая, словно при ее выполнении я не бил по волану, а аккуратненько сбросил его на пол прямо под сетку с вражеской стороны. Среагировать на маневр Аоки не успел.
– Красавчик!!! – вот на этот раз перевозбужденный вопль Сакаки мне совершенно точно не привиделся.
К тому времени, когда я наконец зубами выгрыз себе путевку в финал, Юса уже вовсю отдыхал после своего без особого труда выигранного полуфинального сражения.
Да уж, Юса знает короткие пути к победе. Это, конечно, не означает, что благодаря знанию он может позволить себе играть спустя рукава. Со стороны, может, так все и выглядит, но тут – никакой не пофигизм, а, как говорит господин Эбихара, «добросовестная игра в энергосберегающем режиме».
Эта самая «игра в энергосберегающем режиме» стала возможна для Юсы благодаря безупречным техническим навыкам и идеально отточенному умению быстро принимать наиболее эффективные решения в моменте. В совершенстве освоив этот своеобразный стиль, Юса заполучил еще одно преимущество в свою копилку – бесценную возможность лишний раз не перенапрягаться на корте как физически, так и психологически.
Это преимущество и стало его главным оружием, чтобы теперь несколько дней подряд без продыху сражаться и командном этапе, и в индивидуальных парных соревнованиях, а затем и в одиночных.
И вот уже сейчас мне предстоит встретиться лицом к лицу с тем, кто за свою практику не знал ни одного – ладно, почти ни одного – поражения. Да, у нас будет по-настоящему серьезная битва.
Правда, из преимуществ у меня разве что мнимая усталость Юсы после двух сегодняшних парных игр, но тем не менее…
Я выиграю. Любой ценой.
Пускай кто-то будет надо мной смеяться за такие амбиции, мне плевать. Я выиграю. Я решил это в ту же секунду, когда закончился полуфинал.
В принципе я могу просто достойно выступить, и дело с концом. Вот только «ты отлично сражался» – совершенно не то, что я хочу услышать. И вовсе не это сделает завтрашнюю Йокогама Минато сильнее.
Да, Юса – это очень высокая отвесная стена, здесь не поспоришь. Но одну такую же стену мы уже пробили в командном этапе.
Едва я покинул корт, как рядом мгновенно материализовался Сакаки.
– Зашибись, давай дальше в том же духе! Чтоб победил мне, и все тут.
От неожиданных фраз брови мои поползли вверх в удивлении.
– Че ты так смотришь? Я ж и без слов понимаю, что ты собрался победить. Братаны мы или кто, в конце концов?
Не найдя, что ответить, я с улыбкой стукнулся с «братаном» кулаками.
* * *
Финал одиночных соревнований индивидуального этапа стартовал.
Как и следовало ожидать, спортзал погрузилось в тишину. Даже многочисленные болельщики, пришедшие только сегодня, не скрывали проступившего на лицах замешательства.
Я переживал подобный опыт уже неоднократно. Будь то префектурный турнир, региональный или Турнир новичков – так неизбежно происходило каждый раз, когда на корте сталкивались двое одноклубников. Теперь я, впрочем, решил считать, что за всеобщим молчанием скрывается поддержка именно по отношению ко мне. Так было легче.
И только я было примирился с тишиной, как ее вдруг прорезали два идентичных голоса.
– Мидзуси-и-има, в бо-о-о-ой!
– Покажи ему, что значит “ученик превзошел учителя”!»
Тайити и Ёдзи.
«“Ученик превзошел учителя”, серьезно? – хохотнул я про себя. – М-м, а ведь близнецы позавчера просили поболеть за них, если пройдут в финал. Мне-то даже шанса исполнить обещание не выпало, а они все равно должок возвращают, что ли? Ну надо же – верные – прям как собаки! Да еще и фразу такую подобрали!»
Смелый поступок братьев Хигасияма запустил цепную реакцию – болельщики, будто освободившись от груза вины и стеснения, один за другим принялись скандировать имя своего фаворита.
Большинство, что совершенно ни удивительно, болело за Юсу, но и у меня была группа поддержки: близнецы, еще не до конца поправившийся Мацуда и Сакураи в один голос выкрикивали всевозможные подбадривающие слова. Ну и конечно же, в эту группу входил мой партнер по текущему разогреву, напарник по двойкам и самоназваный «братан» Сакаки. Вернее сказать, он не просто входил – являлся ее бравым лидером.
Были среди зрителей и те, что кричали: «Удачи вам обоим!» Это, признаться, тоже грело душу.
Мой звездный соперник тем временем почти что непринужденно разогревался на соседнем корте с Йококавой, путем идеально слаженной переброски подготавливая и дух, и тело к предстоящей схватке. Впрочем, схватка эта, казалось, его нисколько не тревожила: в гибких движениях закаленных мышц не прослеживалось ни намека на скованность и напряжение, а в выражении лица – даже не было ни тени волнения.
Ну а затем… началось наше сражение.
«Соберись!» – неизменная аффирмация от Сакаки настигла меня уже на исходной позиции.
Первый гейм. 0:0. Начать игру.
Я опрометчиво предполагал, что мы будем неторопливо примеряться друг к другу, однако ошибся – уже первую мою высоко-далекую подачу Юса, будто предсказав заранее, встретил внезапным смэшем. Худо-бедно я смог его отразить, но только «худо-бедно» – снаряд полетел обратно по слишком простой траектории, ну а противник только этого и ждал… и пробил в ответ еще один, на сей раз еще более резкий смэш. Хотя среагировал я с крошечным запозданием, кое-как успел дотянуться до волана, но… на этом все – посмотрел чуть вверх, а тот самый волан просвистел прямо передо моими глазами.
Отбивка не удалась. Уголки губ Юсы едва уловимо приподнялись.
Вероятно, частью его тактики было разозлить меня с самого начала. Вот только предоставлять ему такое удовольствие в мои планы не входило: проворно вернувшись на исходную позицию, я демонстративно ответил звездному противнику аналогичной дерзкой полуулыбкой.
Юса умел подавать, кажется, тысячей разных способов. Об этом я знал прекрасно, а потому, заранее приняв наиболее универсальную позу, приготовился рвануть в любом возможном направлении. За короткие мгновения, проведенные в ожидании его следующего удара, я успел наверняка решить для себя одно: «Что бы ни происходило дальше,