— Александр Васильевич, — Евдокия Матвеевна посмотрела на меня с благодарностью. — Спасибо, что не бросили нас и Павла Акимовича. Многие бы отступили после такого. Вы настоящий друг нашей семье…
Я скромно кивнул:
— Павел Акимович рискнул, согласившись на партнёрство. И я не могу оставить его наедине с происходящим.
— Всё равно, спасибо.
— Кстати, об этом. Я хотел вас предупредить. С сегодняшнего дня у вас будет охрана. Я договорился с агентством «Астрей». Это согласовано с Павлом Акимовичем.
Таня встревоженно посмотрела на меня:
— За нами теперь будут следить?
— Не следить, а охранять, — поправил я. — Они профессионалы. Вы их почти не заметите. Просто мера предосторожности.
— А если… — она замялась. — А если ещё будут нападения?
— Именно поэтому нужна охрана, — ответил я твёрдо. — Чтобы предотвратить любые попытки.
Евдокия Матвеевна перекрестилась:
— Господи, защити нас.
Арсений посмотрел на меня:
— Александр Васильевич прав. Отец вчера сказал то же самое. Нужно быть осторожными.
Савелий неожиданно заговорил:
— А можно мне научиться драться?
Все удивлённо посмотрели на него.
— Что? — переспросил Арсений.
— Если нас атакуют, хочу уметь защитить семью, — Савелий посмотрел на меня серьёзно. — Не хочу быть беспомощным.
Арсений нахмурился, собрался возразить. Но Евдокия Матвеевна положила руку ему на плечо. Я кивнул:
— Хорошее желание, Савелий. Посмотрим, что можно сделать. Возможно, один из охранников сможет дать вам уроки самообороны. Если ваш отец, конечно же. Не будет против.
— Спасибо, Александр Васильевич!
Савелий впервые за вечер улыбнулся.
Ужин продолжился. Разговоры текли легко — об учёбе, о планах, о мелочах жизни. Никто не упоминал пожар напрямую. Семья старалась сохранить нормальность.
Когда тарелки опустели, Евдокия Матвеевна встала:
— Танюша, помоги мне с посудой.
— Конечно, матушка.
Савелий поднялся:
— Я к себе, уроки надо доделать…
— Иди, сынок.
Остались мы с Арсением. Он посмотрел на меня:
— Пойдёмте, покажу, что нашёл на записях.
Мы перешли в кабинет.
Арсений сел за стол, я устроился в кресле рядом. Ноутбук уже был включён, на экране висела таблица с данными.
— Я сопоставил логи пропусков с записями камер, — начал Арсений. — Проверял, действительно ли каждый человек входил лично, или кто-то использовал чужой пропуск.
Человек с украденной карточкой откроет дверь — система запишет владельца. Но камеры покажут правду.
— Результаты? — спросил я.
— Начнём с Воронова.
Арсений открыл видеофайлы. Три ролика, метки времени: 21:30, 22:00, 22:15.
На первом — Пётр Ильич Воронов входил в литейный цех. Пожилой мастер, лет пятидесяти пяти, седая борода, рабочая одежда. Прикладывает пропуск к считывателю, дверь открывается.
Второй ролик — склад заготовок, 22:00. Тот же Воронов, несёт ящик с материалами.
Третий — цех обработки, 22:15. Воронов разговаривает с кем-то из мастеров, показывает на чертёж.
— Все входы подтверждены, — сказал Арсений. — Везде он лично.
Я кивнул. Воронов чист. По крайней мере, по этой части.
— Кудрявцев?
Арсений переключил на другие файлы. Степан Фёдорович Кудрявцев — мужчина лет сорока, коренастый, усатый.
Три ролика: 19:00, 21:00, 21:45.
Везде он. Входит сам, работает в своём цехе, проверяет заготовки в литейном, делает инвентаризацию на складе.
— Тоже подтверждено видео, — Арсений откинулся на спинку кресла. — Кудрявцев чист.
— Остаётся Краснов, — сказал я.
— Вот тут интересно.
Арсений открыл новую папку. Четыре видеофайла.
— Смотрите.
Видео 1 — Литейный цех, 20:15.
Иван Семёнович Краснов. Высокий, худощавый мужчина в костюме входит в цех, идёт проверять оборудование. Разговаривает с мастерами, кивает, осматривает печи. Деловито, обычная рутина.
Выходит через десять минут.
Ничего подозрительного.
Видео 2 — Склад заготовок, 20:30.
Краснов входит. Проходит между стеллажами. Камера снимает его несколько секунд.
Потом он исчезает.
— Мёртвая зона, — пояснил Арсений. — Между стеллажами камера не достаёт. Слепое пятно.
Две минуты пустого экрана. Только стеллажи.
Потом Краснов появляется снова. Идёт к выходу, выходит.
Общее время в складе — двенадцать минут.
— Что он делал эти две минуты? — спросил я.
— Неизвестно.
Видео 3 — Цех обработки, 20:45.
Краснов входит. Осматривает станки, проходит вглубь цеха и снова пропадает из кадра.
— Зона за крупным оборудованием, — сказал Арсений. — Камера не видит.
Три минуты. Потом Краснов выходит.
Взрывы произошли в 23:00.
Я откинулся на спинку кресла, анализируя увиденное.
— К сожалению, невозможно покрыть камерами каждый угол, — вздохнул Арсений. — Слишком много оборудования, стеллажей, конструкций. Есть слепые пятна.
— Но подозрительно, — сказал я, — что Краснов дважды пропал именно в этих зонах.
— Именно.
Я встал, прошёлся по кабинету.
Устройства могли быть с таймером или с дистанционным управлением. Доступ у Краснова был во все помещения. Мёртвые зоны позволяли действовать незамеченным.
— Можно попробовать проверить его компьютер… — сказал Арсений. — Посмотреть, что он делал в тот вечер.
Я посмотрел на него:
— Можно?
Арсений помрачнел:
— Чёрт! Компьютер пострадал. Кабинет Краснова был на втором этаже, рядом с литейным цехом.
Арсений сжал кулаки:
— Если это Краснов… Отец ему доверял. Десять лет работы.
— Не стоит делать преждевременных выводов, Арсений Павлович, — отозвался я. — Завтра приедет человек из «Астрея», специалист по внутренней безопасности. Проверит Краснова, Воронова, Кудрявцева. Финансы, связи, возможный шантаж. Если есть что найти — найдёт.
— А пока можно аккуратно поговорить с Красновым. — Арсений достал телефон. — Напишу ему. Попрошу приехать завтра на завод. Всё равно нужно встречаться с представителем страховой…
Он набирал сообщение. Я тоже достал телефон и написал Лене:
«Как дела дома? Как матушка?»
Ответ пришёл через минуту:
«Всё в порядке, Саша. Матушке лучше с каждым днём. Работаем. А как Овчинников? Выздоравливает?»
Я улыбнулся. Лена всегда беспокоилась о других.
«Завтра выписывается. Упрямый, как бык. Врачей не слушает».
«Хорошие новости! Береги себя. Целую».
Я улыбнулся и убрал телефон. Арсений поднял голову от экрана.
— Кажется, у нас проблема.
— В чём дело, Арсений Павлович?
Он повернул ноутбук ко мне. На экране — сообщение от Краснова:
«Арсений Павлович, извините, не смогу завтра. Уехал на завод в Калугу по срочным делам».
Я нахмурился:
— Когда он уехал?
— Сегодня вечером, — Арсений проверил логи. — В половину седьмого. Никого не предупредил…
Мы посмотрели друг на друга.
— И почему мне кажется, что в Калуге его не ждут? — криво усмехнулся я.
Глава 4
Я проснулся рано. Привычка — в Петербурге всегда вставал с рассветом.
Умылся, оделся, спустился в столовую. Семья Овчинниковых уже завтракала.
— Доброе утро, Александр Васильевич! — Евдокия Матвеевна разливала крепкий ароматный чай. — Присоединяйтесь к завтраку.
— Доброе утро.
За столом уже расселись Таня и Савелий. Но старшего сына не было.
— Сеня уехал на завод рано утром, —