— Минувшей ночью завод моего партнёра, купца Овчинникова, подвергся нападению. Три синхронных взрыва, профессиональная работа, — начал я. — Я ожидаю, что нападение может повториться на других объектах, и хочу защитить не только заводы, но и семью моего партнёра.
Ефремов придвинул планы ближе, изучал внимательно.
— Жертвы?
— К счастью, только пострадавшие. Все выжили. Сам Овчинников в больнице. Через пару дней выпишут. Рабочие отделались лёгкими травмами. Повезло.
— Литейный цех, — Ефремов указал на план московского завода. — Основной удар пришёлся сюда, судя по вашим пометкам?
— Да. Плюс склад заготовок и цех обработки.
Ефремов кивнул, продолжал изучать схемы. Задавал вопросы — точные, по делу. Количество входов, системы безопасности, численность персонала, режим работы. Хорошо, что Арсений успел расшифровать для меня все схемы.
— Мне необходима усиленная охрана всех трёх заводов. Внешний периметр, контроль входов, патрулирование территории. Проверка всех посетителей и грузов. Также нужна охрана дома Овчинниковых в Москве, — продолжил я.
— Есть, — Ефремов записал. — Личная охрана?
— Для Павла Акимовича — точно. Для детей — по обстоятельствам. И я бы пересадил партнёра в автомобиль понадёжнее.
— Сделаем.
— И ещё. Нужен специалист по внутренней безопасности.
Ефремов поднял бровь:
— Проверка персонала?
— Да. У нас есть три подозреваемых среди сотрудников завода. Возможен предатель. Нужно проверить их биографии, финансовое положение, связи. Возможные долги, шантаж, всё, что могло стать рычагом давления.
Ефремов откинулся на спинку кресла и почесал подбородок.
— У нас есть человек со связями в нужных структурах. Опыт работы в контрразведке, десять лет. Если есть что найти — найдёт.
— Отлично.
Ефремов открыл ноутбук и принялся составлять смету. Таблица угрожающе распухла, и я морально готовился оставить на этом контракте все свободные средства.
— Итого, — он повернул экран ко мне. — Персонал на три завода, дом, личная охрана, транспорт с водителем. Безопасник отдельной строкой… Десять тысяч рублей в месяц. За всё.
Я не моргнул. Сумма внушительная, но ожидаемая. «Астрей» и так стоил недёшево, а тут ещё и задача нетривиальная.
— Принято, — сказал я без торга. — Безопасность дороже всего.
Ефремов кивнул с уважением:
— Полностью согласен. Затем через месяц можем пересмотреть договор в зависимости от ситуации. Если угроза снизится — сократим состав. Если обострится — усилим.
— Когда можете начать?
— Сегодня к полуночи первые группы заступят на объекты, — ответил он без колебаний. — Завтра утром — полное развёртывание. Безопасник приедет к вам днём, обсудите детали проверки.
Я улыбнулся.
— Благодарю за оперативность.
Ефремов поднял на меня глаза.
— Александр Васильевич, позволите личный вопрос?
— Конечно.
— Кто ваш противник?
Я помолчал. Ефремов не спросил напрямую про Хлебниковых. Но по его взгляду было ясно — он понимает масштаб.
— Серьёзный, — ответил я уклончиво. — Влиятельный и весьма известный в Москве человек. И он вряд ли остановится.
— Понял, — кивнул Ефремов. — Тогда рекомендую вам тоже взять охрану. Хотя бы на время пребывания в Москве.
Я задумался. Не люблю, когда за мной ходят. Ограничивает свободу действий.
Но Ефремов был прав. После поджога завода противник может переключиться на меня лично или на мою семью.
— Один человек, — согласился я. — На ваше усмотрение.
— Есть подходящий, — Ефремов улыбнулся. — Максим Валерьевич Чернышёв. Позывной Штиль. Бывший спецназовец, маг-боевик пятого ранга. Опыт работы телохранителем десять лет. Думаю, вы сойдётесь.
— Что ж, поверю вам на слово.
— Представлю его завтра. Он будет сопровождать вас с утра.
Ефремов закрыл ноутбук, встал. Я тоже поднялся.
— Договор пришлём вам на указанный адрес, — сказал он. — Сейчас начинаем работу. Времени нет.
Он протянул мне небольшой телефон — простой, кнопочный, надёжный.
— Экстренная связь. Круглосуточная линия с нашим диспетчером. Любая проблема — звоните. Реагируем за минуты.
Я взял телефон, убрал в карман.
Мы пожали руки.
— Рад знакомству, Александр Васильевич, — кивнул Ефремов. — Приятно видеть, что партнёры так заботятся друг о друге. В нынешние времена это редкость, особенно в Москве.
* * *
Я вернулся к Овчинниковым около восьми вечера.
У дверей уже стояли двое охранников в форме «Астрея». Заметили машину, один подошёл, вежливо проверил документы и пропустил меня. Быстро сработали. Хороший знак.
В холле меня встретили Таня и Савелий.
— Александр Васильевич, вы вовремя! — Таня улыбнулась. — Сейчас будем ужинать. Сава, позови брата к столу!
— Не нужно никого звать, я сам пришёл, — улыбнулся Арсений, появившись в дверях. — Как раз закончил. Александр Васильевич, есть новости?
— Есть, — кивнул я. — Встретился с представителем «Астрея», обо всём договорился. Охрана расставлена. К полуночи первые группы заступят на заводы. Завтра утром полное развёртывание. И завтра же приедет специалист — начнут проверку тех троих, кого мы с вами приметили.
Арсений сухо кивнул.
— Отлично. Я тоже кое-что нашёл. Проверил записи с камер. После ужина покажу.
— Александр Васильевич! — Таня взяла меня за руку. — Папа велел позаботиться о вас. Матушка готовила сама — хочет отвлечься. Пойдёмте, а то всё остынет!
Я не мог отказать. Да и не хотел. После напряжённого дня домашний ужин был именно тем, что нужно.
В столовой уже вовсю хлопотала Евдокия Матвеевна — лично расставляла тарелки, поправляла салфетки, проверяла блюда.
Я заметил в центре стола огромную супницу, пироги с капустой и мясом, жаркое с картошкой, солёные огурцы, квашеную капусту. Домашняя еда, простая и сытная.
Пахло невероятно.
— Садитесь, садитесь! — Евдокия Матвеевна указала мне место справа от себя. — Александр Васильевич, вы наш почётный гость.
Место во главе стола пустовало.
Евдокия Матвеевна разливала щи, Таня раскладывала пироги, Савелий подавал хлеб. Слаженно, привычно.
— Как отец? — спросил Арсений.
— Завтра уже хочет выписаться, — ответила Евдокия Матвеевна с улыбкой. — Врачи отговаривают, но вы же знаете Павла Акимовича. Упрямый как бык. Сказал: «Дома быстрее поправлюсь».
— Это точно, — усмехнулся Арсений.
Щи оказались отменными — наваристые, с говядиной, со сметаной. Пироги — хрустящие снаружи, сочные внутри.
— Танюша, как учёба? — спросила мать.
Таня оживилась:
— Хорошо! Мы сейчас изучаем гжель. Смотрим, как современные художники черпают вдохновение из традиционных промыслов. Завтра будет практика по керамике…
Она посмотрела на меня:
— Александр Васильевич, а вы когда создаёте артефакты, думаете о красоте?
Я улыбнулся.
— Постоянно. В нашем мире артефакты — часть ювелирного искусства. И когда заказ индивидуальный, требования к художественной ценности очень высокие. Но артефакт должен ещё и работать, выполнять свою функцию ровно так, как нужно мне и заказчику. Так что здесь нельзя сказать, что первично.
— Интересно, — Таня кивнула. — Значит, форма не всегда следует за функцией?
— Задача артефактора-ювелира — подружить одно с другим.
Савелий молчал, но слушал внимательно. Арсений был расслаблен, деловитость сменилась на семейную теплоту.
Я чувствовал себя комфортно. В кругу семьи Овчинниковых