– Ну слава Всевышнему! – выдохнула Шарима.
По траве рядом заиграл луч фонарика – к ним пробиралась Кати в невысоких резиновых сапожках и длинной теплой кофте с капюшоном поверх распущенных волос. Она быстро провела лучом по воде, и у берега громко плеснула рыба.
– Так, – заключила девушка. – Но это уже переход черты. Она не может вот так воровать чужой дом здесь.
Марта хотела что-то ответить, но Шарима прервала ее:
– Да, дом она все же не может? А мужа, значит, может?!
Кати окинула взглядом мокрого подслеповато щурившегося Рона и Шариму, все еще сжимающую в руках ведро.
– Радикально, – заметила она, дернув бровью. – Но, кажется, действенно. Марта, как ты думаешь, кто ее мог навести на мысль?
– Вот теряюсь в догадках…
– Не думаешь ли ты, что в городе есть еще один? – и Кати выразительно глянула на возвышавшуюся рядом подругу.
– Да о чем вы? Объясните уже, наконец?! И где искать нашу лодку? И будет ли все в порядке с Роном теперь? – не выдержала Шарима. Вместо того, чтобы помочь, опять перемигиваются!
– Ну если он только воспаление легких не схватит, – заметила Марта и слегка хмыкнула. – До трусов ведь…
Рон хмуро кивнул.
К ним, сверкая длинными лучами фар на ухабах, прямо через поляну ехала машина. Притормозив у честной компании, с водительского места вынырнула Летисия в аккуратном шерстяном платье и туфельках на ремешках и невысоком каблуке.
– Ну что у нас здесь? – сразу же поинтересовалась она. – Все в сборе, как я вижу. Эрл уже связался с береговой охраной, обещал позвонить как только что-то выяснится, – ее взгляд пал на Рона, которого уже потрясывало. – Так, у меня тут был плед в машине, – она обогнула автомобиль и, порывшись в багажнике, извлекла оттуда большой колючий плед в красно-зеленую клетку.
Стуча зубами, Рон выдавил «данке зееее шон», и Шарима сразу же помогла ему завернуться, вытирая пледом его мокрую голову и плечи так активно, что тот еле спас очки. Потом его сразу же отправили греться в машину.
– Ну что, девочки, – как только дверца за мужчиной захлопнулась, обратилась к оставшимся на берегу старшая, – не кажется ли вам, что это уже переход черты? Лодка не могла совершить акт волеизъявления, так что здесь налицо похищение жилища. Кажется, нам пора вмешаться в ситуацию.
– Да я-то давно за, – хмыкнула Марта. – Это Кати у нас вечный образчик непонятно какой морали…
– Марта, – черноокая подруга ее говорила негромко, но с нажимом, – это было его решение, ты сама знаешь. Человек обладает свободой воли, и мы не имеем права в это лезть. Пока он сам не отказался, мы ничего не могли сделать. Жена может вмешиваться, но не мы.
– Но кто-то все-таки помогал ей, – Марта кивнула на ведерко. – Вот только я не чувствую его.
– Да, – кивнула Летисия, – я уже давно замечаю, что кто-то еще из древних есть в городе, но не нашей масти. И присутствует он здесь не постоянно.
Шарима даже рот слегка приоткрывала, пытаясь разобраться, о чем эти трое говорят. Однако слова Летисии натолкнули ее на мысль. Ей вдруг вспомнилась большая белая сырная голова, словно полная луна, прорезаемая широким лезвием, и как она кормила этим сыром Рона, а потом случайно забытый в корзине серп, и наконец, ее странное действие теперь с отражением полумесяца в воде. И все это вело к одному человеку… Но вслух она ничего не сказала, продолжая разглядывать собеседниц, которых, она думала, знает, но теперь выяснялось – не знала совсем, кем вообще были эти три женщины – пожилая аккуратная блондинка, высокая рыжеволосая среднего возраста женщина и миниатюрная черноволосая и черноокая молодая женщина.
– Эрл звонит, – прервалась Летисия. – Да? М… Поняла. Сейчас приедем.
Она положила трубку и обернулась к Шариме:
– Лодка замечена, ее унесло далеко в море. Эрл ждет нас в порту.
Все оперативно погрузились в машину. Марта и Шарима зажали на заднем сидении Рона, а Кати, хоть и самая маленькая, удобно устроилась на сидении рядом с водителем.
Автомобиль моргнул фарами и, негромко взрычав, покатил от берега, оставив в лунном свете опрокинутое ведро и одинокую корзинку с незаконченным шарфом.
Глава 10. Вечерняя звезда
Стоило распахнуть дверь, и в ноздри ворвался прохладный свежий морской запах. Несмотря на то, что гавань располагалась не так уж и далеко от их стоянки на реке, здесь был словно иной мир. Вместо тенистых склоненных над водой ив деловито сверкали в свете прожекторов металлические, поскрипывая на ветру лебедками, выстраивались, словно блочными многоэтажными домами, морские контейнеры, у берега терлись широкими амортизирующими боками коренастые и цветные буксирчики, а подальше виднелись чуть беднее иллюминацией языки марины, увешанные мелкими и несколькими более крупными яхточками.
Шарима ни разу за это время не была на территории порта, хотя в марину они заходили один раз по техническим вопросам. Эрл встретил их у ворот, у него до сих пор был пропуск, да и все старожилы порта слишком хорошо знали его, чтобы чинить какие-то формальные препятствия.
– Доброй ночи, потерпевшие! – весело поздоровался он. Морской воздух и атмосфера порта так оживили его, что он выглядел приободренным, несмотря на повод, и помолодевшим даже. – Ну и вид у вас, – его взгляд остановился на закутанном с головой в плед Роне, – пираты выбросили Вас за борт, когда похищали судно? Нет, так не пойдет, надо что-то подыскать, да и даме тоже – на море холодно.
Вместе с другим сотрудником порта, коренастым маленьким мужичком, быстро нашли Рону рабочий комбез почти даже по размеру – немного висящий на нем по ширине и слегка не достающий до щиколоток по длине, – и теплую полосатую фуфайку. На Шариму нацепили гигантскую куртку с капюшоном, слегка отдающую машинным маслом, и даже где-то отыскали шерстяные носки, а Рону уморительную вязаную шапочку. Теперь они имели вид вахтовиков на путине. Кати коротко заметила, что ей ничего не надо, и только извлекла из кармана кофты свернутую в клапан непродуваемую куртку, у Летисии была своя одежда в машине, а Марта с радостью приняла другую полосатую фуфайку, радуясь, как мальчишка, которому дали примерить капитанский китель. Это так развеселило друга Эрла, что тот сразу же подарил фуфайку Марте.
– Всё, – скомандовал Эрл, – оперативно погружаемся в буксир. Дежурные, заметившие лодку, уже передали координаты. Ее постепенно сносит, надо поторапливаться.
– А на катере не быстрее будет? – поинтересовалась Кати, оправляя куртку.
– Есть вероятность, что придется буксировать… – Эрл махнул рукой, поторапливая.
Маленький пухленький оранжево-белый кораблик деловито отчалил и неспешно двинулся во мрак, где помигивал лишь огонек маячка на входе в марину. Судно низко гудело. Шарима высунулась из рубки, подставляя лицо холодному ветру. Впереди по темной воде полз полупрозрачный волок тумана. Естественного ветра почти не было, только создаваемые движением судна воздушные потоки забивались под капюшон, заполненный ее густыми, освободившимися от последних шпилек волосами.
– Не простудись, – тихо заметила Летисия, знавшая коварность моря.
Эрл был у штурвала, с серьезным видом обозревая показания приборов, он заметил:
– Вот она, прямо по курсу.
Зеленая полоска радара на экране показывала помеху, но во мраке пока ничего не было видно.
– Странно она стоит, – Эрл пошел на разворот. – Кренится что ли слегка, и не по течению развернута, зацепилась, что ли, за что-то? Будете сходить – аккуратнее, если что – сразу назад. Поняли? – сейчас его голос звучал четко и серьезно. Эрл снова был капитаном.
Теперь уже и Шарима видела белеющий силуэт лодки. Вместе с мужем они первые вышли из рубки в туманный воздух. Сизые влажные плети его огибали корпус судна, проплывая мимо облачными обрывками. Шарима невольно уцепилась за руку мужа, и он покрепче сжал ее ладошку, успокаивая.
– Что-то мне подсказывает, что у нее винт поврежден, – заметил Рон негромко. – Но ее точно не могло унести, я проверял все крепления. Ее отвязали специально… Но кому это могло понадобиться? Даже не украли, просто бросили. Как будто напакостить?