— Я придумал свою последнюю смерть, мой асатр, — хозяин вздохнул глубоко. — Как ты уж сам понял, осталось от меня совсем мало. И решил я, раз уж так, то сделаю последний ход. Чтоб всем им поперёк горла.
*****
Меня отмыли, принесли одежду.
Я взглянул в начищенный до блеска медный круг еще раз. Черная рубаха, камзол глубокого синего цвета с серебром, ниже не видно, но там черные штаны и дорогие сапоги, сшитые на заказ специально для меня. Широкий пояс с кожаными вставками. В целом вид был солидный. Вчера вечером я долго отмокал в бочке с душистыми травяными отварами. После всех процедур, коим меня подвергли, дабы вернуть человеческий облик, даже стало легче дышать.
Существо, именовавшее себя Девой приходило еще два раза. Спрашивало, я молчал, но и это не помогло. Воспоминания поднимались сами, а она, Дева, их выпивала, а с ними таяли и силы. Она настойчиво напоминала о Тиане, но об этом я упрямо не хотел думать. О чем угодно, но не о ней. В лице Девы откровенно читалось разочарование. Она хотела поглотить и это. Слаще куска для нее не было, но я держался, сколько мог, потому как хотел придержать для финала. Ждал третьего раза и боялся, что уж не смогу воспротивиться. Она так быстро и так откровенно выпивала меня, даже не стесняясь своих подопечных. Когда же Игрим упомянул о приеме, все сразу стало на места. Она просто ждет. Ей был нужен живой Вмещающий на этом пиру, а после… после еще поглядим, кто кого.
Оправил ворот у шеи. Идеально. Сшито на заказ, только для сегодняшнего случая, а большего и не надо.
Послышались шаги и дверь открылась, в камору вошла целая толпа. Двое конвоиров, портной с плащом в обоих руках и пёс Игрим. Я спокойно взглянул последнему в глаза. Тот через несколько секунд утратил весь свой боевой пыл и как-то потух под внимательным взглядом.
— Вот… — Портной протянул темно-синий плащ, подбитый мехом. Я не шелохнулся, тогда конвоиры, смущаясь приняли плащ из рук портного и накинули мне на плечи. Портной суетливо защелкал застежками, после огладил свое творение.
— Великолепно…
Все это время я не сводил взгляда с рыцаря, и тот смутился.
— Я слежу за тобой, — неловко пропуская портного к выходу сказал Игрим. Я не ответил, снова взглянул в зеркало. Вид и вправду внушал трепет. Почти как тот человек на портрете. Я расправил плечи. Мечей не хватает. Жаль потеряны навсегда. Хотя, почему жаль. Когда-то они нашли во мне хозяина, и едва почуяли слабину тотчас поспешили покинуть меня. Теперь они найдут себе нового господина. Перехватил застывший взгляд рыцаря.
— Пора, — отстраненно сказал Игрим, и я под конвоем вышел из каморы. В коридорчике ждали еще двое. Так вшестером и отправились к месту приема.
*****
Гость молча мял ручку у глиняной кружки. Хозяин же углядев это улыбнулся.
— Не тушуйся, благородный асатр, я знал, на что шёл.
*****
Игриму стало страшно. Едва он увидел, как Вмещающий расправляет плечи, вспомнил, кто перед ним. Нет, не изломанная неведомой силой, жертва, не больной, что не может встать с койки, даже не раскаявшийся грешник. Перед ним стоял убийца. Лицедей. Вор. Вмещающий демона. Вот кто был перед ним. И узнать, что задумал этот человек невозможно, потому что на лице его застыла маска безразличия. Глаза пусты. Слова — никчемны. Все, что должно случиться, случиться нынче. Игрим сжал амулет на груди. Готов ли он? И ответил себе. Готов. Он не подпустит Вмещающего близко к Деве.
В сопровождении мы вошли в большой сводчатый зал, где уже давно пировали приезжие таны. По правую руку от Девы сидел и Тьярд. По левую место пустовало. Там должно было быть моё. Каждый шаг давался с трудом. Таны замерли и музыка притихла. Под сотней взглядов процессия двигалась по залу. Слышались вздохи и шепот.
«Да, это он…»
Да, это я. Игрим оглянулся ненароком. Я шел прямо, не смущаясь взглядами. Голова моя поднята высоко, и плечи расправлены. Игрим выдохнул и незаметно выпрямился. Все сложится, как должно. Мы прошли к главе стола, где сидела Дева. Тьярд нахмурился, когда взгляд его упал на меня и он узнал меня, подтвердив свои подозрения. Но промолчал до поры. Игрим склонил голову.
— Я привел его, моя госпожа.
Дева встала.
— Мой Тьярд! Доблестные таны! — Громко возвестила она. Игрим украдкой окинул взглядом всех. Часть была поражена видом, часть заинтересована. Только Тьярд хмурился. Вмещающий был определенно знаком королю северных и южных земель.
— Потомок Торгольда Кровавого сегодня здесь! — Гул голосов перекрыл голос Девы. Кто-то вскочил, кто-то остался сидеть.
— Но вы можете не беспокоиться за безопасность своих земель! — Продолжила Дева. — Тот, кто несет в себе демона, раскаялся, и готов служить нам!
— Вранье! — раздалось со спины.
Игрим, точно гончий пес повернулся на крик.
— Он сам пришел ко мне, и испросил прощения за содеянное им самим и деяния его предка! — Продолжила Дева. Гул голосов стал стихать и все взоры устремились на меня. Игрим отошел в сторону. Конвоиры так же сделали шаг от меня и я оказался в самой середине зала один.
— Скажи им, так ли это? — Громко спросила Дева у меня. О том ли мы с ней говорили? Желала она покорности? Или хотела пищи? Самое время мне было исполнить свой план.
— Все так, — громко ответил я, не сводя глаз с Девы. — Я покоряюсь вашей вере. — Я с трудом опустился на колени. — Отныне и до конца моего века…
Дева милостиво кивнула. Таны снова загудели в недоумении. А Игрим потрясенно смотрел на фигуру на коленях посреди Белого зала. Этот ли человек шипел и плевался ядом еще вчера? Дева свершила чудо? Чудо ли?
В своем недоумении рыцарь упустил момент, когда разгорелся спор.
— Чем ты докажешь, что это он? — Вопрошал один из танов. — Докажи!
— У Торгольда не было детей, это все знают! — Кричали из другого угла. Тьярд молчал и сверлил глазами фигуру на полу.
Дева подняла руки и тотчас опустилась тишина. Она медленно вышла из-за стола и подошла ко мне.
— Демоны изворотливы. Жнец не захотел покинуть мир людей навсегда, оттого и нашел себе лазейку, — громко сказала она. — Этого человека искали