И я бы не был сейчас на четыре пальца в виски.
— Мой Король, — говорит он, обходя кресло, чтобы встать передо мной.
Он бросает взгляд на бокал в моей руке, затем с привычной точностью оценивает моё состояние.
— Простите мою неформальность в такую ночь, но во имя всех преисподних, что вы делаете?
Фыркнув, я откидываюсь обратно в кресло и молча поднимаю бокал в знак уважения.
— Выпиваю. А на что это, по-твоему, похоже?
— Через час вас ожидают в Тронном зале. Вы даже не одеты… и с каких это пор вы пьёте?
Я одним глотком опрокидываю остатки виски, пока бокал не пустеет.
С шипящим выдохом ставлю его на подлокотник кресла.
— Не одет? Девин, ты что, не видишь разницы между одетым человеком и голым?
— Юмор? — Он склоняет голову набок. — Вы… пьяны?
Вздохнув, я убираю ноги с пуфа и поднимаюсь во весь рост, легко возвышаясь над своим генералом на целую голову.
Я протягиваю ему бокал.
— Нет. Хотя, полагаю, мне бы хотелось, чтобы это было так.
Когда он забирает бокал, выражение его лица смягчается, превращаясь в жалость. И, видят боги, от этого у меня скручивает желудок. Я не выношу, когда меня жалеют.
— Сайрус… — бормочет он.
Вот так я и понимаю, что он собирается читать мне нотации. Когда со вздохом отказывается от формальностей, принятых между нами.
— Эти женщины — наш лучший шанс. Мы лично отобрали каждую из них для вас. Разве мы уже не прошли через это? Мы зашли слишком далеко, чтобы всё отменять.
Забавно. Казалось бы, так называемый Король Земель Драконов должен иметь возможность отменить нечто подобное. Да вообще что угодно отменить. Но, как выясняется, даже власть короля имеет свои пределы. По крайней мере, такого короля, как я. Того, кому нельзя доверить абсолютную власть.
Это ограничение в равной степени принадлежит и мне самому, и моему Совету. Необходимая мера предосторожности. Мои мать и отец были убиты много лет назад моим дядей, Королём Аариком, который правит южной половиной нашего королевства — Артериасом. Я же правлю северной половиной, называемой Землями Драконов, где драконы свободно странствуют и связь с драконом не является смертным приговором.
Мы с дядей, возможно, и разделяем крупицу одной крови, но во всём остальном мы совершенно разные. Достаточно разные, чтобы представлять потенциальную угрозу. Риск, который нельзя оставлять без контроля.
Поэтому я полагаюсь на Девина и его советы. Веря, что он, зная все мои самые тёмные секреты, способен дать мне непредвзятое мнение. Логичный и тщательно просчитанный план того, как лучше всего обеспечить безопасность нашего королевства и драконьего народа.
Я вздыхаю и ворчу:
— Что ты там говорил на днях? Ради королевства и богов?
Он расправляет мой воротник на плече, игнорируя мою слабую попытку изобразить благородство.
— Знаете, любой мужчина был бы готов убить, чтобы оказаться на вашем месте.
— Я бы добровольно отрёкся.
— Но не можете. — Он напоминает мне об этом суровым взглядом. — А теперь возьмите себя в руки, позвольте слугам привести вас в порядок и отправляйтесь в Тронный зал. Нужно ли мне напоминать, что эти женщины прибыли сюда ради вас и вашей руки? Больше никаких колебаний. Нам нужно, чтобы вы жили жизнью короля. Вам представят каждую женщину и назовут её имя, а вы должны будете выбрать одну, с которой сегодня вечером поужинаете. Уверяю вас, вы не будете разочарованы этим выбором.
— Сколько их?
Он прочищает горло, смахивая с моего сюртука несуществующую пылинку.
— …Тридцать.
— Девин, — рычу я. — Разве мы не договорились на десяти? Максимум на пятнадцати?
— Да… — Он похлопывает меня по груди, делает шаг назад и наконец встречается со мной взглядом. — Но Леди Бетани предложила, что с учётом продолжительности состязания будет лучше увеличить число участниц. И испытаний.
Моё лицо холодеет.
— Что ты имеешь в виду под испытаниями?
Надо отдать ему должное: он выдерживает мой взгляд, даже не моргнув, в отличие от большинства других. Его голос остаётся ровным.
— Будет проведено несколько испытаний, чтобы проверить каждую женщину по отдельности на совместимость.
— Совместимость для чего именно? — тихо спрашиваю я.
— Для всего.
Я качаю головой, уже понимая по напряжению в его челюсти, что речь, вероятно, идёт о вещах, на которые я бы не согласился, знай я о них заранее.
— Мы этого не обсуждали…
— Всё это состязание держится на очень хрупком равновесии. У нас. Заканчивается. Время. Сайрус. Ты знаешь это не хуже меня. Испытания не только ускорят процесс отбора, но и помогут выявить ту, которая подойдёт лучше всего.
Я пытаюсь расслабить сведённые мышцы челюсти и лишь потом спрашиваю:
— Что это за испытания?
Он качает головой и направляется к двери.
— Боюсь, я не могу тебе этого сказать. Если скажу, это исказит результаты отбора. Нам необходимо сохранить весь этот процесс беспристрастным. А я знаю тебя. Знаю твоё сердце и вместе с ним твои слабости. Мы должны избежать твоей привычки спасать девицу в беде ценой благополучия всего королевства.
Я иду за ним, движимый решимостью.
— Девица или нет, каждый человек является частью этого королевства.
— Что для тебя важнее? — Его рука ложится на дверную ручку, и он оборачивается ко мне. — Твои чувства? Или все годы, которые ты посвятил защите людей и драконов этого королевства? Борьбе против тирании своего дяди? Ты рождён для ответственности, которую не сможет нести никто другой.
Я останавливаюсь в нескольких шагах от него, и правда его слов тяжёлым грузом оседает в моих костях.
Потому что он прав.
И с этой правдой я борюсь уже очень давно.
Я хочу поступать правильно, но кажется, что какой бы выбор я ни сделал, в нём всегда будет что-то неправильное.
Остаётся лишь выбирать меньшее из двух зол.
И жить с последствиями сделанного выбора.
Мои плечи медленно опускаются, и я прихожу к мысли, что, возможно, выбора у меня и нет. Возможно, это действительно лучший путь, и мне остаётся лишь довериться ему.
По крайней мере, на Девина я могу положиться. Он всегда способен сорвать с меня шоры. Напомнить о вещах, которые я не хочу принимать. Порой он бывает жестоко честен.
Но именно поэтому я ему доверяю.
— У нас почти не осталось времени, чтобы привести вас в порядок, — мягко говорит он.
Таким тоном он пользуется крайне редко.
Медленно повернув ручку, он открывает дверь,