— Спасибо, — сказала я, скользнув на своё место справа от него. Только одно кресло стояло во главе стола — то, что напротив, всегда оставалось пустым. Это гарантировало, что он один смотрит на дверь. Ещё один тонкий властный приём, хотя я никогда не ела здесь, когда стол был полон. За ним всегда были только мы.
Передо мной стояла одинокая тарелка с едой. Я научилась не задаваться вопросом о том, что я ем. Мне, вероятно, не хотелось бы знать. Даэс наблюдал, как я делаю первый укус, медленно потягивая из своего кубка. Это было всё, что я когда-либо видела у него — густая красная жидкость, которая окрашивала его губы, прежде чем он слизывал её. От неё пахло металлом. Я также научилась не задаваться вопросом о том, что он пьёт.
Мне потребовалось десять жевательных движений, прежде чем я смогла проглотить первый кусок. То, что я ела сегодня вечером, было жёстким. Мой желудок скрутило, и мне пришлось бороться с желанием вырвать. Но это была единственная еда, которую я получу. Мне разрешали ужинать только если Даэсу хотелось поужинать со мной. Я могла есть только с ним. Если он был не в настроении или у него были другие дела, я не получала еды.
— Убедись, что доешь всё сегодня. Тебе понадобятся силы, чтобы утром привести всех трёх девушек.
Я кивнула, проталкивая ещё один кусок в горло. В столовой всё всегда казалось таким громким. Мои вилка и нож гремели о тарелку, а звук собственного жевания казался оглушительным.
Я не беспокоилась о том, чтобы привести их обратно. С тех пор как Даэс решил использовать меня для охоты, он начал меня тренировать. Я могла постоять за себя. Я могла проскользнуть мимо охраны, проникнуть в тщательно охраняемые места незамеченной и утащить того, кого он хотел. Я только никогда не делала этого в момент изгнания. Это вызывало во мне любопытство, заставляло гадать, что ему от них нужно. Их ещё не было в Морианне, а значит, они ничего не сделали, чтобы разозлить его. Так зачем они ему?
Я поняла свою ошибку в тот момент, когда кубок Даэса звякнул о камень из смолы — он поставил его. Он откинулся на спинку кресла, уставившись на меня.
Я слишком много думала…
— Я хочу их Метки, — ответил Даэс, читая мои мысли. Это была ещё одна вещь, которую я не осознавала, когда заключала свою сделку: что Даэс может проникать в мой разум и видеть всё, о чём я думаю в данный момент.
Поэтому я держала себя в оцепенении, поэтому так старалась не думать. Обычно он использовал мои мысли против меня…
Вдох. Раз. Два. Три. Четыре. Выдох.
Я ждала, даже если это меня убьёт. Если он захочет, чтобы я знала больше, он скажет мне.
— Вместе они могут предсказывать судьбы. Их Метка — дар видения.
Мне потребовалось всё моё самообладание, чтобы не разинуть рот. Такая сила…
— Если они могут видеть будущее, — медленно сказала я, пытаясь понять, как сформулировать то, что хочу сказать, — разве они не узнают, что я иду за ними?
Даэс покачал головой.
— Их силы не действуют на них самих, и даже если бы действовали, я хочу их, Магнолия. В тот момент, когда их сбросят в Морианн, ты приведёшь их ко мне.
Я продолжала есть, продолжала сосредотачиваться на том, чтобы резать еду, класть её в рот, затем жевать, жевать, жевать, жевать, глотать. Повторить.
Даэс наблюдал за мной, как всегда. В первый год меня это нервировало, но я привыкла есть под его взглядом. Он не отводил глаз. Он открыто смотрел на меня, так пристально изучал меня, следил за мной так, будто я была величайшим увлечением, которое он когда-либо встречал, что казалось ироничным, учитывая, что он был правителем мёртвых и надзирателем монстров. Он утверждал, что все существа в Хилитии, даже те, что теперь обитают в Вивене, в своё время произошли от него в Морианне.
— Информация о них будет в твоей комнате сегодня, — его голос скользнул вокруг моего позвоночника и скрутился, и я поняла, что с ужином покончено.
Я опустила вилку обратно на стол, встретив его взгляд. Это всё, что я получу.
— Я долго ждал, когда кто-то с их силой будет изгнан в моё королевство, — его голос обвился вокруг меня, как раз когда я отодвинула стул. — Не облажайся.
Я кивнула, хотя привести троих к нему было последним, чего мне хотелось. Я ненавидела охотиться на людей, но ничего не могла с этим поделать.
Его белые глаза следили за мной, пока я поднималась из-за стола и начинала идти вдоль пустого ряда стульев. Когда я достигла больших двойных дверей, Даэс щёлкнул запястьем и открыл их призрачным ветром — понятия не имею, как он это делал. Он не был Вильдером, у него не было Метки, но у него всё равно каким-то образом была магия.
Если тебе посчастливилось родиться не простолюдином, ты был либо дракином, либо Вильдером. Дракины обучались, чтобы стать всадниками на драконах, а Вильдерам одна из двух Богинь Солнца даровала Метку. Это был один магический дар, который проявлялся до достижения тобой Возраста Оседлости, возникая из желания или необходимости.
Метка каждого была разной и уникальной. Иногда Вильдер оказывался достаточно сильным и обладал двумя Метками, но у большинства был только один. Однако у Даэса было так много сил.
Я знала, что это не должно было меня удивлять. Король Даэс и король Элион были единственными существами, выжившими дольше тысячелетнего Возраста Оседлости. Они были бессмертны, считались дальними родственниками двух Богинь Солнца и шести Богов Луны, которые положили начало всему в Хилитии. Так что, конечно, у Даэса был доступ к бесконечной магии. Он не был человеком.
Я прошла сквозь двери, не обращая на это внимания. Я никогда не обращала внимания на его силы, и если бы он не использовал их, мне потребовались бы обе руки и весь мой вес, чтобы раздвинуть массивные каменные двери.
Я шла по коридорам, опустив голову, глядя на свои босые ступни, ступавшие по бледным полам, когда возвращалась в свою комнату.
Онемение поднималось по моим ногам, но я не останавливалась. Я чувствовала, как стражники смотрят на меня, когда я проходила мимо, даже несмотря на то, что у них не было глаз, их круглые головы поворачивались,