- Я хочу поплавать. Мне всегда это помогало. Поедем в Сьюне.
Это была небольшая деревушка вблизи моего дома. Жители ее жили тем, что организовали немудреный отдых для среднего класса. Там были огороженные морские купальни с пляжем и домиками для отдыха. Нам оседлали коней и скоро мы уже были на месте. Я плавала, как рыба, это доставляло удовольствие и расслабляло. Девушки не заплывали так далеко. Стало легче.
- Завтра обязательно повторим! Давно хотелось поплавать, но не получалось.
Подругам тоже полегчало, мы скакали домой с развевающимися волосами, голодные и довольные. Известий от Руса не было, да, мы и не ждали их так скоро. Заснула легко, но мне приснился кошмар. Меня, связанную, мучит жажда, но никто не дает пить. Какие-то мерзкие рожи насмехаются надо мной, велят лежать тихо, один даже пинает. К счастью быстро проснулась. Очень хотелось пить, кувшин с водой на тумбочке я осушила одним махом. Думала уже не усну, но сон сморил и проснулась я, когда уже светило солнце.
От неспокойного сна ощущала не то, чтобы разбитость, но неприятную слабость. Позавтракаем и плавать. Срочно. Смыть с себя все наносное – сон, покушения, все. Вода приняла меня в свои объятия и я поплыла вольно, размашисто. Потом легла на спину и отдалась волнам, почти задремав. Сильный рывок вниз застал меня врасплох. Я наглоталась воды. Меня снова утянули под воду и быстро поволокли куда-то. Сознание померкло.
Ужасно тошнит, кто-то силой выдавливает из меня воду, она вырывается потоками с кашлем, отплевыванием, слезами. Сил нет ни на что. Меня бросили валяться. Еле подняв веки, я вижу своды пещеры и слышу голоса.
- Может утопить и дело с концом?
- Нет, сказали должна страдать. Ночью погрузим в лодку и на корабль, дальше не наше дело.
Я не вижу говорящих, но их разговор наводит на меня страх. Что же за фатум такой роковой? За что? Понимаю, что вот-вот умру.
- Воды, - хриплю я, облепленная песком, рядом с тем, что выплюнула.
- Не напилась, падаль, - кто-то пинает меня ногой.
На лицо мне льется струя воды, я судорожно ловлю ее ртом и глотаю. Мои мучители отходят в сторонку, но я слышу, как они обсуждают, не провести ли им со мной время.
- Не, я брезгливый. После такого не встанет. Ее отмывать надо, лень.
Хороша же я сейчас, наверное. И хорошо, пусть брезгуют. Сознание возвращается рывками, я то ухожу в темноту, то возвращаюсь в этот кошмар. Становится темно и холодно.
- Прикрой и хлеба кинь, чтоб не сдохла раньше времени.
Мне кидают кусок хлеба, он в песке, но я впиваюсь в него и долго жую, медленно глотая. Горло саднит. На меня сверху летит что-то, накрывает, и становится теплее. Кто-то поднимает на руки и почти бросает в лодку.
- Вы чего ее тут вдвоем пользовали до полусознания? – раздается веселый голос.
Снова накрывает темнота, она спасительна. Бороться за жизнь сил нет.
Сознание возвращается. Я на палубе корабля, песок впивается в кожу, но осыпается при движении. Со стоном сажусь и стряхиваю песок. Волосы спутаны, они тоже в нем.
- Смотри-ка, живучая оказалась. А ты говорил в мешок и в море. Облей ее из ведра.
- Может в море пополоскать, - идет второй.
- Вставай, сейчас душ будет, - это уже ко мне.
Я блаженствую под льющейся холодной водой, на меня выливают ещё ведро. Молча сажусь и начинаю пальцами разбирать волосы. Спутаны они невероятно, но я упорно тружусь. Передо мной ставят миску с какой-то кашей и мясом, кружку воды и кусок хлеба. Стараюсь есть не торопясь, поглядывая по сторонам. Не смотрели бы, накинулась и урча от восторга смела бы все.
- Капитан! Девка-то очнулась, глянь.
- На что там глядеть? Исцарапанная вся, грязная, фу.
- Не, мы окатили ее, вроде ничего себе девка.
- Потом погляжу, уберите ее с палубы, похоже шторм идет.
Один из матросов показал мне на люк и открыл, чтобы в трюм спустилась.
- Новенькая? – услышала я женский голос.
- Куда нас везут?
- Известно куда, на невольничий рынок. Скорее всего в Курфию.
- Нет! – простонала я, - Только не это.
Что за странный виток судьбы? Неужели я снова попаду туда, откуда все началось?
Чтобы не сидеть без дела, я начала снова распутывать волосы. Без гребня это было сделать непросто, но времени в достатке. Мне кинули что-то на колени. Я рассмотрела – обломанный гребень.
- Капитан накормил и это дал за ласку, - похвасталась женщина.
Я поблагодарила, холодея от ужаса. Ведь со мной могли сделать что угодно. Я чесала и чесала свои волосы пока не почувствовала, что гребень идет свободно. Заплела тугую косу. Оторвала полоску от тряпки, что рядом со мной валялась, завязала. Корабль качало, послышались крики команды. Происходило что-то плохое, мы слышали треск и падение чего-то тяжелого. Я полезла вверх и открыла люк. Мачты не было, клочья парусов валялись на палубе, никого из команды на ней я не увидела. Похоже, нас бросили погибать. Из трюма вылезли две женщины.
- Нас здесь бросили, но корабль ещё не тонет. Надо поискать припасы.
Мы расползлись по кораблю. В каюте капитана я обнаружила бочонок чего-то крепкого, бочонок воды и бочонок солонины. Мои подруги по несчастью притащили мешок сухарей. Если корабль не потонет, может нас найдут. С запасами мы продержимся сколько-то дней.
- Как зовут тебя?
- Тами, а вас?
- Лия и Вилия.
- Договоримся так. Есть и пить понемногу. Может дождемся спасения. Шторм утихает, а корабль ещё на плаву. Шлюпок нет, спасаться не на чем. Надо ещё поискать воду, она для нас главное.
Наши поиски увенчались успехом, под брезентом мы обнаружили большой бочонок. Я была почти голая, пошла рыться в сундуках капитана. Нашла широкую рубаху, штаны, которые подвязала веревкой и ещё несколько богатых кафтанов. Они нам сгодятся для тепла.
В эту каюту мы принесли все, что нашли. Там и жили пока погода была ненастной. Я найденным ножом отмечала дни на притолоке. Мы дрейфовали, не встречая ни одного судна, но не переставали надеяться. Рассказали друг другу свои истории.
Лию родители отдали в монастырь. Там она жила с детства, дальше ее ждал постриг, но живая, веселая девушка никак не могла с этим смириться. Как она сумела слюбиться с пришлым мужчиной, непонятно. Его раненым оставили в монастыре, монашки за