— Если тебе удастся заручиться поддержкой Черных Кинжалов, то Первого принца не придется бояться, где бы он ни оказался.
— Заручиться… Знаешь, вначале эта идея вызвала у меня энтузиазм. Жнец прямо заявил о намерении мне подчиниться.
— Что изменилось?
— Не знаю… В какой-то момент Жнец стал менее охотно отзываться на отправленную монету. В последний раз гильдия вообще забрала монету — и не вернула мне ее. Жнец на встречу так и не явился.
— Я слышал, что в Черных Кинжалах происходят серьезные перемены, — задумчиво произнес Геран, наливая из графина в бокал вино и подливая в недопитый бокал Итара. — Возможно, причина в этом. В конце концов, Жнец в высшем эшелоне власти и не мог остаться в стороне.
— Да, я тоже слышал, что у них случилось нечто серьезное, — согласился принц. — Но это мне не понравилось еще больше. Если гильдия намеревалась меня поддержать, то почему не использует мою поддержку в ответ? Что бы ни случилось, разве я не должен знать? Прошло много времени, Жнец не торопится приносить присягу. Очевидно, мне нельзя рассчитывать на эту организацию.
— Это плохая новость, — вздохнул маркиз, размышляя, не рассказать ли о своих догадках насчет Наиля Шарзер. Но не решился. Принц Итар не терпит ложной информации. А это было слишком серьезное подозрение, необходимы были доказательства.
— Ничего страшного, — откинулся на спинку кресла принц. — Я уже начал реализовывать новый план. Убийцы ведь не обязательно должны быть из Черных Кинжалов. Фанатики Агзула оказались куда более сговорчивыми. После того как Виор сбежал в Хальмин, этот орден в нем разочаровался. Мне нужно было только лишь собрать их под своей рукой.
— Итар, это рискованно. Связываться с фанатиками опасно, а они еще и враждуют с кинжалами. Должен напомнить, что именно кинжалы почти полностью разгромили последователей Агзула.
— Это ерунда, — отмахнулся Итар. — Достаточно было предложить возвести их веру в ранг государственной, как они немедленно склонили головы. К тому же, я не отказался от кинжалов. Я помогу кинжалам поглотить остатки ордена в себя, а потом орден изнутри поглотит кинжалов. У них есть способ обращать в свою веру, очень действенный. Мы уже все обсудили с их жрецами.
— Ты хочешь сменить религию? — изумился Геран. — Народ может не принять, все же, Агзул — жестокий бог.
— А Крылатый Змей — добрый? Он, вообще-то, сам был убийцей, да таким кровавым, что в хальминской войне не погибло столько разумных, сколько на своем веку убило это чудовище. И что? Стоило моему драгоценному отцу трахнуть какую-то святую Златоликого и получить проклятие от Светлой Церкви, как он всего за пару лет полностью заменил веру в Златоликого на Крылатого Змея. Что мешает мне поступить точно так же?
— Вера в Крылатого Змея никогда не была такой жесткой и нетерпимой, как вера в Агзула, — возразил маркиз. — А если кинжалы как-то выяснили о твоей с ними связи — то это может быть причиной, по которой они отдалились.
— Они никак не могли узнать. Переговоры проходили в строжайшей секретности.
— Хочется в это верить, — с сомнением отозвался Геран. — Но именно они обнаружили связь Виора с орденом.
— Виор — глупый дурак, которому промыли мозги хальминцы. Он почти не скрывал своей связи с орденом. И что в итоге? Убежал, словно бродячий пес, скрывая лицо и внешность. Я не допущу такой ошибки.
— Не думаю, что с ним все так просто.
— Знаю, — вздохнул Итар. — Знаю, что едва король скончается — Хальмин вторгнется к нам под знаменами возведения Виора на трон. Именно для этого нам нужна Восточная Армия там, где она стоит сейчас.
— Поэтому ты помог им с поставками?
— Именно, — улыбнулся принц. — У них должно быть достаточно сил, чтобы сдержать врага. И недостаточно времени, чтобы вмешаться в решение вопроса с престолонаследием. А конфликт Дарнака с Первым принцем… должен сказать, Альзард сделал мне огромный подарок. Что он, что король — оба — пережитки прошлых традиций. Страна сейчас — не просто территория под силовым управлением бандитской шайки. Их подход в виде тиранического правления больше не работает, но они никак не могут этого понять. Сейчас настали времена интриг и тонкой дипломатии. Если и дальше, словно дикари, решать все вопросы мечом — нас уничтожат. Они не понимают Дарнака и опасаются его, хотя все, что нужно генералу — это поддержка короны и забота о его войсках. Хорошее оружие, хорошее питание, разведка. Дай ему все это — и Дарнак никогда и носа не высунет с приграничных земель. Он ненавидит светскую жизнь и интриги. Даже если я не буду его трогать вообще — получу полное подчинение генерала, едва взойду на трон. И мне нет нужды подчинять Дарнака насильно или давить на него перебоями в поставках. И уж тем более, мне не нужно, чтобы его войска двинулись к столице, обнажая спину врагу. Не хочется, знаешь ли, обрести корону, но потерять страну. Я не для этого приложил столько усилий и продолжаю недосыпать каждый день.
— Ты будешь действительно мудрым королем, — с восхищением вздохнул Геран.
— Приложу для этого все силы, — криво улыбнулся Итар. — Что с Эйфином? Есть какие-то новости?
— К его фракции примкнуло еще пять баронств и трое раздумывают. Также он наладил контакт с несколькими торговцами, но это — мелкие сошки.
— Слышал, Альзард начал действовать? — тихо произнес Пятый принц, отпивая вина. — Доклады — это хорошо, но я хотел бы узнать подробности от того, кто все видел своими глазами.
— Я действительно был там в тот вечер. Вероятно, Первому принцу об этом не доложили, иначе он бы не заявился с такой помпезностью. Его выходка была явно направлена на демонстрацию своей силы, чтобы напугать членов фракции Эйфина, я даже изначально не собирался в это вмешиваться, но вышло иначе. В тот вечер в гости приехал также титульный герцог Наиль Шарзер. Он остановил буйство принца, и тогда я вмешался, чтобы не вызывать подозрений у Эйфина.
— Наиль Шарзер, — задумчиво постучал ногтем по подлокотнику Итар. — Что мы о нем знаем?
— Изначально сирота. Считалось, что он потерял родителей в Меграме. После