– Надеюсь, не скоро… – пробормотал я, когда она прервала звонок.
– А я надеюсь, что скоро, потому что мы найдем место преступления, – возразила Намгун Бёль, сверяясь с навигатором, после чего, миновав перекресток, съехала на новую дорогу.
– Будем искать нужный подвал параллельно с полицией?
– Других вариантов у нас нет. Не думаю, что Сон Гаыль признается, где именно спрятала Ко Тхэджуна и Кан Хери. Если же я буду вытягивать из нее эту информацию во время обряда… боюсь, наврежу Ю Соре.
Я молча кивнул и отвернулся к окну. У нас действительно не оставалось иного выбора.
Наконец мы заехали в квартал, в котором планировалась перестройка. Здесь жались друг к другу преимущественно двухэтажные, реже трехэтажные дома, ни в одном из которых не горел свет, стекла кое-где были побиты, а стены обшарпаны или покрыты кривыми линиями граффити.
И ни души вокруг.
Я надеялся, это потому, что полиция заехала с другой стороны, а не потому, что они все еще не добрались до места.
Намгун Бёль остановила автомобиль на краю дороги, рядом с закрытым кафе на первом этаже некогда жилого дома. Выйдя, я внимательно осмотрелся, но все вокруг выглядело одинаковым в своем запустении. Нас окружала тишина, изредка прерываемая приглушенным скрипом или шорохом.
Когда Намгун Бёль тоже вышла из автомобиля, я снял джинсовую куртку и накинул ей на плечи.
– Зачем?..
– Еще слишком холодно, – тоном, предполагающим, что ответ очевиден, отозвался я.
Все же Намгун Бёль, услышав о деле Ю Соры, в спешке покинула дом в одном лишь мубоке.
– Спасибо, – улыбнулась она и добавила: – Но эта куртка мне совершенно не подходит.
– Тебе не подойдет простуда… Откуда начнем?
– Можешь попытаться увидеть след злого духа? Мало ли…
– Да, – кивнул я. – Если след остался, я его замечу… Надеюсь, он остался. Ю Сора попала в больницу на следующий день после похищения Кан Хери и K° Тхэджуна. Значит, этот злой дух не был здесь уже два дня…
– За такое время след мог и исчезнуть, – поджав губы, заметила Намгун Бёль.
Мы медленно двинулись вперед. Разбитые окна, покрытые граффити грязные стены, груды кирпичей и пустые бутылки из-под соджу нагоняли тоску, но я постарался не концентрироваться на неприятной обстановке, а что-то… почувствовать. Проверку и обыск всех домов подряд, тем более когда они в подобном плачевном состоянии, лучше оставить полиции. Хотя, если следы присутствия злого духа уже исчезли… Нам придется к полиции присоединиться.
– Да, два дня – это немало. И все же этот злой дух силен. Сильнее, чем те двое, которых мы изгнали не так давно, – заметил я.
– Вот именно… Этот факт мне очень не нравится, – вздохнула Намгун Бёль.
– Что ты имеешь в виду? – спросил я, уловив в ее голосе странную интонацию.
– Не сейчас, Донсу-я… Это надо будет серьезно обсудить позже.
Я не стал настаивать, понимая, что сейчас действительно не до того. Мы обязаны найти человека, которого еще можно спасти… если он, конечно, до сих пор жив… и тело девушки, погибшей так жестоко и несправедливо. И все-таки в моей душе поселилась искра тревоги, готовая разгореться до пожара. Что так обеспокоило Намгун Бёль?..
Я вглядывался в двери и окна, особенно в те, что вели в полуподвальные помещения, в узкие, утопающие в тенях переулки между домами… и вдруг почувствовал головокружение. Легкое, но назойливо неприятное, заставляющее прикладывать лишние усилия для того, чтобы сохранять концентрацию. Не прошел я и десяти метров, как это ощущение усилилось, а голову от уха до уха острой иглой пронзил тонкий звон. К горлу подкатила тошнота, и я попытался привычно оградиться от негативного воздействия… но одернул себя.
Источник этого негативного воздействия мы и ищем.
Я сделал два шага в сторону левого края улицы и продолжил идти вдоль него. По моим голым рукам пробежала дрожь, но она была вызвана не прохладным ветром.
А затем я увидел его – полупрозрачно-черный туман, клубящийся у самого основания дома вверх по улице. Совсем слабый, почти рассеявшийся след… И все же он еще держался. Столько злобы, столько боли, столько ревности, сконцентрированные в одном человеке, а теперь еще и отпечатавшиеся в пространстве.
Во рту появился горький привкус, звон в ушах стал сильнее, болезненнее, и я пошатнулся, когда тело на долю секунды охватила слабость.
– Донсу-я! – взволнованно воскликнула Намгун Бёль и взяла меня за руку. – Как ты? Что-то почувствовал? У тебя кровь…
Прикоснувшись к верхней губе, я понял, что у меня в который раз пошла кровь из носа, и с досадой поморщился. Вытащив из кармана джинсовки, которую отдал Намгун Бёль, упаковку салфеток, я попытался вытереть лицо.
– Да. Вон тот дом. – Свободной рукой я указал на него: двухэтажный дом, скрывающийся за невысокой оградой с покосившейся калиткой.
– Идти можешь?
– Конечно. – Я закатил глаза, всем своим видом пытаясь показать, что мое плохое самочувствие – пустяк. – Давай поспешим.
Намгун Бёль кивнула, и мы быстро направились к злополучному дому.
Войдя в небольшой, заросший травой дворик, я почувствовал себя еще хуже, но теперь, убедившись, что мы действительно напали на след, постарался построить преграды от потустороннего воздействия. От очень негативной энергии. Получилось, как я и предполагал, не без брешей, и все же эта энергия больше не врывалась в мой разум шквалистым ветром, а скорее проникала подобно сквозняку. Остались легкий шум в ушах и тошнота, зато голова уже не кружилась, а кровь остановилась.
Дверь первого этажа оказалась не заперта и, стоило ее толкнуть, с тихим скрипом открылась. Заглянув в вязкую темноту, я обернулся к Намгун Бёль:
– Останься тут и позвони в полицию. Я найду Ко Тхэджуна. Мало ли что там…
– Донсу-я…
– Скорее звони. – И с этими словам я вошел в дом.
Но Намгун Бёль, вытащив телефон, предсказуемо последовала за мной.
Казалось, мрак в комнатах был вызван не отсутствием освещения, а ненавистью и ревностью. Настолько сильными и темными, что эти чувства стали осязаемыми, видимыми.
А еще… воздух внутри пропитался крайне неприятным запахом. Плесень и пыль… Но к ним примешивалось что-то еще. Я боялся предположить, что именно.
Помимо теней, здесь клубилась еще и зловещая тишина, нарушаемая редким гулом залетевшего в разбитое окно ветра или же далеким скрипом, вероятно, прогнивших балок. И в этой тишине громче всего я слышал стук собственного сердца.
Пройдя мимо ведущей на второй этаж лестницы с провалившимися деревянными ступенями, я увидел другую – тянущуюся вниз, к узкой двери в подвал, едва заметной из-за темноты.
– Детектив О, мы нашли этот дом… – начала по телефону объяснять Намгун Бёль, а