Он посмотрел на меня прямо, впервые за это утро.
- Я сделал это не для вас, - ответил он тихо.
- Для кого же?
- Для правды, - он помолчал. - И для того, чтобы такие, как он, не могли безнаказанно ломать жизни других людей.
- Вы говорите о моей жизни, господин Хэ? - я усмехнулась. - Или о чьей-то ещё?
Он не ответил. Только сжал печать на поясе, и я заметила, как побелели его костяшки.
- Вы помните меня, госпожа Линь Вэй? - спросил он наконец неуверенно. - Раньше вы были такой...
- Надменной? - подсказала я.
- Я хотел сказать - холодной.
Я посмотрела ему в глаза.
- Когда меня попытались убить, господин Хэ, я пересмотрела свое поведение и свой взгляд на многих людей.
Он вскинул бровь, словно не ожидал этих слов и медленно развернулся, собираясь уйти.
- Господин Хэ Лянь, - окликнула я.
Он замер вздрогнув.
- Я увижу вас еще?
Он обернулся. На лице была такая боль, какой я не видела у людей раньше.
- Вы этого хотите? - спросил он с сомнением. Я кивнула в ответ.
- Тогда я приду, - и поспешно добавил, - Обсудить дела.
- Я буду ждать вас, - выдохнула я очень тихо.
Он ничего не ответил на это, только поклонился и ушёл, а я осталась стоять в коридоре, слушая, как ветер шумит в саду, и держась за этот разговор, как утопающий за соломинку.
Суд перенесли на неделю, а он приехал через три дня.
Сяо Лань объявила о госте, когда я сидела у окна с книгой.
- Госпожа, прибыл господин Хэ Лянь. Говорит, что привёз документы на подпись.
Я отложила книгу, сердце ухнуло куда-то вниз, но я сказала спокойно:
- Прими его в малом зале. Предупреди отца, если он ещё не уехал в управу.
- Господин Линь уже там, - Сяо Лань улыбнулась краешком губ. - Он сказал, что непременно поприветствует гостя.
Я поняла. Отец хотел посмотреть на человека, о котором я рассказывала ночами, когда бредила, когда шептала чужие имена.
Хэ Ляня. Того самого студента, который в моем сне женился на мне.
Отец уже сидел на почётном месте, когда я вошла. Хэ Лянь стоял у окна, рассматривая сад, старые сосны, пруд с карпами, камни, покрытые мхом. Услышав шаги, он обернулся.
Поклонился. Сдержанно, официально.
- Госпожа Линь.
- Господин Хэ.
- Прошу, садитесь, - отец указал ему на стул. - Сяо Лань, чай.
Она поставила поднос на стол и бесшумно выскользнула, блеснув любопытными глазами.
Хэ Лянь аккуратно развернул свитки, три длинных листа, исписанных каллиграфическим почерком.
- Вот документы, которые требуют вашей подписи, госпожа Линь. - Он положил их на стол, придвинул ко мне. - Заявление о возврате приданого. Запрос на временное проживание в доме отца до завершения бракоразводного процесса. И... - он помедлил, - прошение о запрете господину Гун Цзэ приближаться к вам на расстояние ближе ста ли.
Я удивленно подняла бровь.
- Запрет? Разве такое возможно?
- В рамках расследования, да. - Хэ Лянь говорил ровно, будто читал лекцию. - Если есть угроза жизни истца, суд может наложить временные ограничения на ответчика. Ваш отец предоставил медицинские заключения. Этого достаточно.
Отец кивнул, не проронив ни слова.
Я взяла кисть и подписала все три свитка. Хэ Лянь смотрел на мои иероглифы и молчал.
- Всё верно, - сказал он, когда я закончила.
- Выпейте чаю, господин Хэ, - голос отца звучал спокойно, но в нём чувствовался металл. - Вы, должно быть, устали с дороги.
Хэ Лянь взял чашку, сделал глоток.
- Отличный чай, - сказал он. - «Серебряные иглы» из провинции Юньнань? Редкость даже в столице.
Отец чуть прищурился. Оценил.
- У вас хороший вкус.
- У меня хорошая память, - Хэ Лянь поставил чашку.
- Я учился у старого чайного мастера на юге. Он
говорил, что человек, умеющий различать сорта, умеет различать правду и ложь.
- И как же, вы различаете?
- Стараюсь, - он посмотрел на отца. - Но иногда правда прячется так глубоко, что её не распознать с первого глотка.
Я сидела и слушала этот странный диалог, два мужчины говорили о чае, но я чувствовала, что речь о другом.
- Как ваше здоровье, госпожа Линь? - спросил он внезапно.
Прямо, без обиняков, в его глазах я увидела, ему действительно важно это знать.
- Лекари говорят, я поправляюсь, - ответила я. - Но отравление было сильным, ещё несколько дней, и я бы не встала.
Он кивнул, сжав челюсть.
- Вы сильно похудели, - сказал он тихо. - Простите за прямоту, но это заметно.
- Я бы сказал, что она выглядит лучше, чем неделю назад, - отец усмехнулся. - В первый день она была похожа на утопленницу, теперь напоминает живого человека.
- Отец, - я укоризненно посмотрела на него и покрылась румянцем.
- Что? Я правду говорю. - Он поднялся. - Я оставлю вас. У меня встреча с главой управы. Господин Хэ, вы будете так любезны проследить, чтобы моя дочь допила чай? Она иногда забывает, что ей нужно пить тёплое.
Хэ Лянь встал, поклонился.
- Непременно, господин Линь.
Отец вышел. И дверь за ним закрылась с тихим щелчком.
Мы остались вдвоём.
ГЛАВА 16
ГЛАВА 16
- Хитрый у вас отец, - сказал Хэ Лянь, когда шаги затихли.
- Он просто заботится обо мне, - я взяла чашку, сделала глоток. - Слишком поздно понял, что выдал меня за чудовище, вот теперь и пытается все исправить.
- Он любит вас, - Хэ Лянь произнёс это просто, как факт. - Не все дочери знатных домов могут похвастаться таким отцом.
- Я знаю.
Повисла тишина, неловкая, какая-то тягучая, я чувствовала его взгляд на своём лице, но не поднимала глаз.
- Линь Вэй, - он назвал меня по имени.
- Хэ Лянь?
- Вы в самом деле поправляетесь?
Я подняла глаза на него.
- Да. Правда. Вчера я впервые вышла в сад, прошла десять шагов без чужой помощи.
- Десять шагов - это много, - он улыбнулся. Впервые за утро так тепло и знакомо.
Мы замолчали, просто сидели и смотрели друг на друга. Он был таким же и все же другим, те же глаза, те же