– Вот 2022 год, февраль…
Виктор:
– Мы поехали в первую командировку не с февраля, а ближе к концу лета. Начали туда направлять. А они конкретно, «Юман» поехал со своей группой в декабре (2022. – Примеч. авт.). То есть к концу года они туда уехали. Я приехал туда и сменил их в марте. Сам свой срок в командировке отбыл, вернулся, и с ними поехал в 23-м году опять же летом.
– А куда поехали?
– «Юман» первый раз был со своей группой в Запорожье. А потом мы начали кататься: Курская область, Белгородская, Брянская и так далее.
– А в Крынках был?
– Нет.
Краснов (слева) у люка самолета
– Там Растренин был…
– Я сам был на Херсоне под Каховкой. Юры не было там.
– Слушайте, мой папа восстанавливал Днепрогэс после Великой Отечественной войны. Она же в 1941 году была взорвана… Она большая?
Мичман «Тобол»:
– Огромное сооружение, глобальное.
– А ты был, когда украинцы ее раздолбали?
– Да, прямо в ту ночь.
– Там же внизу по течению все смело, и людей, и…
– Днепр никого не щадил.
– Видео присылали: Днепр течет, и корабль, как щепку, несет потоком воды.
– Да, там Каховку затопило, большую часть поселка. Наводнение там было.
– Люди могли сильно пострадать…
– Война.
– Тихий ужас. А ты в момент разрушения плотины был выше или ниже по течению?
– На уровне воды я был, на первых этажах. Мы успели эвакуироваться, унести все важное. Плотина, когда по ней пришелся удар, начала в геометрической прогрессии просто рушиться. И уже не столько взрывная волна и воздействие ее уничтожало, сколько поток воды. Хлынула вода и плотину начало рушить, все больше и больше становился поток воды, пока ее полностью не снесло. И потянуло на дно электростанцию.
– Все этажи…
– Да, полностью, она с землей сровнялась. Ее теперь вообще нет, руины одни остались.
Вздыхал.
– А вас по тревоге подняли? Ребята, спасайтесь.
Виктор:
– Почувствовали разрыв, по всей ГЭС пошла взрывная волна, ну и ребята, которые стояли на дежурстве, по радиостанции передали, что идет вода. Мы выскочили, соответственно посмотрели на состояние самого сооружения, поняли, что все по швам трещит, ну и командир принял решение эвакуироваться.
– Плотина у вас была в зоне видимости?
– Да мы прямо в ней были.
– Могли с ней уплыть!
Представил, как расширялся пролом, и, сокрушая все на своем пути, хлынула вода.
Мы говорили.
– Так вот вы с Юрием Красновым на Запорожье.
– Да он уехал домой, а я только заехал… А летом в 2023 году мы попали в Белгородскую область. Поселок Безымено, район Грайворона.
– Близко к границе.
– Да мы всегда близко к границе.
– Я помню, писал про вагнеровца Николая, который в Воронеже проходил реабилитацию и после собирался ехать на Белгородчину охранять границу…
– Ну а на Белгородчине напряженка была?
– Как и везде, там неспокойно было.
– А ДРГ лазили?
– Конкретно на ДРГ не нарывались… Были постоянные прилеты и FPV-дронов…
– Ты в стихотворении написал, что Юрий был командиром двух групп. То есть ему доверили две группы.
– Там не столько доверили. Там как получилось, мы объединились с группой «Вайнера» Эдика…
5. Под Курском
– Вот утром 6 августа 2024 года, когда хохлы прорывались через границу под Курском, вы где были?
Мичман «Тобол»:
– Мы там были намного раньше. Но когда 6 августа начался их заход, мы выполняли задачи командования.
– Вот в твоем стихотворении: «Пронзительный свист, по Маппу прилет…». Мапп – это пропускной пункт.
– Да, это на границе, где Суджа, дальше Сумская область пошла, пункт пропуска был раньше.
– Вы там были.
– В том числе с пограничниками работали.
Я понял: до вторжения.
– Им пришлось первую волну ВСУ принимать…
– Да, пограничники принимали первые.
– А как там все произошло?..
Виктор:
– Сумасшедшая артподготовка была. Там шестьдесят прилетов было. Хохлы просто заходили, там сопротивления никто особо не оказывал, потому что ребята даже не могли выйти, «птицу» поднять. Потому что прилетов было огромное количество.
– В стихотворении: «Противник готовил мощный заход…»
Виктор:
– Не давали возможности даже высунуться.
– И вот они пошли волной.
– Ну да, потом просто пошли колонны. С нескольких сторон.
– А вы где оказались с Красновым?
«Тобол»:
– Когда попали в засаду имеете в виду?
В смысле, когда погиб Краснов.
– Нет, вот когда все началось.
– Мы в тылу в районе Новоивановки[44]. Это пункт, за который сейчас бои идут. Мы поднимали «птички» и видели все это дело и докладывали. Только они начали заходить – колонны, все было видно.
– Вот заявляли, пограничники дрались. А что они могли сделать?
Виктор:
– Да в том-то и дело, что ничего не могли сделать. У них там было несколько РПГ, гранаты, автоматы и все. А там колонна механизированная идет, и они ничего не могли сделать. Нет, абсолютно. Там потом общались с ребятами, кто попал в плен. Недавно был обмен. Они рассказывали, что из тех, кто остался жив, просто пятнадцать человек вышли из шестидесяти, остальные добровольно в плен сдались. Такое вот…
– Подожди, а там ведь «зубы дракона»… Помню, потоком мимо моего дома в Воронеже на курскую трассу шли огромные прицепы с ними… Так как хохлы их преодолевали?
– Просто подъезжает танк, накидываются крюки на эти зубья, танк задний ход, оттаскивает их и все. А в этот момент артиллерия долбит по МАППу, и ничего не дает делать. Вот и все. «Зубы дракона» были преодолены легко и быстро.
– А я-то… Вот говорят, на Запорожском направлении три линии обороны было. И я думал «зубы дракона» – это… Ну, раз оттащили, тогда понятно.
– Да, для них несложно было это сделать.
– Ты пишешь: «Пограничники, братья, вы первые в бой… С автоматом встречайте колонны врага». То есть они в принципе ничего и не могли… Получается, хохлы сразу рванули далеко. Эти три колонны.
– Да они сразу, как проехали… Почему они далеко ушли? Потому что сопротивления не встречали. Они зашли очень далеко. Почти до самого Коренево. Закрепились в Ольговском лесу и там копились конкретно.
– Это там, где их выбивали недавно?
– Да, Ольговский котел. Сейчас оттуда выбивают.
– То есть сразу прорвались так далеко…
– Да, и там копились. Укреплялись. По дороге Суджа – Коренево там достаточно сожженной