признаки души высокого назначения (такое словосочетание он придумал сам, когда после прочтения письма Керима Пустынника вспоминал его уроки, суть которых прежде ему не была открыта). Что это? Воздействие Пустынника, или истинная зрелость, которая и должна заключаться в том, чтобы изменять суть долгого прошлого ввиду отсутствия долгого будущего? Или это следствие той брошюры о новом человеке, которую, получив из рук Саата, он все читал и читал, силясь понять. Так силился, что роговые дужки старых очков натерли мозоли за ушами… «Мечты – это неверная форма организации жизни. Новый человек не будет мечтать». Так там сказано, и это утверждение не давало и до сих пор не дает ему покоя, хоть он несколько дней назад и избавился от брошюры, перекинул ее, что горячий каштан, в чужие руки при первой возможности, чтобы не бурила в нем, в его мозгу и сердце, дырочку для новой веры в нового человека, чтобы не звала довериться Саату безо всякой меры новая пустота, сквозящая в эти дырочки… Ладонь под каштан подставил большой немц, Клагевитц, как раз оказавшийся в Кундузе, и Мухаммад воспользовался этим обстоятельством, подсунул ему книжечку, чьи страницы все еще хранили запах чистой воды. Но разве не является сутью чистой воды как раз мечта о чистоте времени? …Всякому известно, что даже крохотное изменение угла зрения на удалении в сотню миль меняет горизонт. А на тысячу миль? Вот оттуда определить бы, чернеет ли собственная эта душа высокого назначения вблизи Черного Саата и коварного голубоглазого типа? А если проще, то правильно он поступает или нет, прибившись к Саату? Только в преддверии исчезновения раскрывается сущность существования. Некогда эта формула служила ему объяснением воли к смерти и подкрепляла его личную волю находиться среди смертников Зии Хана Назари. Мухаммад сам, своими ушами, слышал эти слова – сущность существования раскроется в преддверии исчезновения – из уст Великого Воина Ислама, и он кожей помнит до сих пор, как благоговейная дрожь пробежала вдоль позвоноков. Да, тогда ему, его инженерной душе, на самом деле хотевшей пожить и увидеть, как заработают на его земле огромные умные машины, требовалось побуждение к воле быть среди смертников. Но позже, в тюрьме, он осознал, что потребность в воле к смерти коренилась в неверии, будто умные стальные машины когда-нибудь заработают на его земле на пользу людей, на пользу ее, земли, обитателей. Он не верил в победу добра. А теперь? Теперь Мухаммад по прозвищу Профессор иначе видит смысл слов о сущности существования в преддверии исчезновения. Простота. Простота ограниченности. Счастливая ограниченность человеческой перспективы. И вот даже эта простота – под угрозой. Мухаммаду, когда-то испытавшему соблазн упростить замысел Аллаха до инженерного проекта, до механического устройства жизни окончательной, устойчивой, исчерпавшей войну, – жизни, основанной на связи честных верующих людей и умелых, послушных и всемогущих немецких машин, теперь даже смешно собственное давнее заблуждение, но тем более ему не до смеха, когда это же заблуждение является к нему в новом обличии. Новое обличие – адская машина рыжебородого, которая, вместе с самим Чеченцем, вместе с Черным Саатом, будучи инструментом в руках гостя-пакистанца, служит тому же заблуждению – заблуждению о возможности окончательного устройства мира по инженерному плану, который они назвали искусственным разумом. И хозяин – не пакистанец, Мухаммад стольких пакистанцев повидал на своем веку… Этот Хамид – британец. Хамид – бесконечный опыт власти, власти как таковой, власти ради идеи власти, ради верховенства власти, перед которой трепещет даже Черный Саат. Сотый Адам? Сотое имя Аллаха! Тайное имя… Вот ради чего. Окончательная власть, исключающая способность мечтать о другом. Идея окончательной власти, которая превзойдет идею Бога! Все это даже не обдумалось кусок за куском, как съедается и переваривается тяжелое мясное блюдо, а пронеслось птицей, огромной птицей, и унеслось ввысь, забрав с собой частичку духа Мухаммада Профессора. Ясность. Счастье – это и ясность…
…А Хамид остался доволен тем, какого субъекта сконструировала машина. «Псковоновгородец нового типа. Модель „Анти-Пушкин–2022“» – так пошутил Чеченец. Он – любитель пошутить, он – пересмешник. Такие Мухаммаду теперь, после тюрем, особенно не по душе. А Хамиду – совсем наоборот. Насмешка – та кислота, которая способна разъесть любую душу, в которой есть продолговатая полость нерва, пригодная для того, чтобы там поселился опасный герпес чистоты. Хамид, не по годам опытный людовед, наблюдая краешком глаза за Мухаммадом, определил высокую степень отторжения, которую тот испытывает к своему нынешнему молодому компаньону. Что это, ревность к Черному Саату, приблизившему Чеченца? Или это та самая душа ожила в смертнике от тюремной сырости и безграмотной работы с ним америкашек или бошей? Лучше бы первое.
Да, Хамид остался доволен «Псковоновгородцем–2022». Искуственный интеллект сумел найти расшивки и спайки, и ловко использовал три истории, им же сочиненные. Одна о том, как масоны управляли Пушкиным в Михайловском. Вторая – о том, как псковские нынешние чиновники разворовали миллиард, который ЮНЕСКО выделил на то же Михайловское. А третья – о том, как новгородский воитель Рада, свободный человек и последний варяг, скрылся у Псковского озера, в Приозерском ските, от опричников Ивана Грозного в месяцы кровавого геноцида, учиненного московитами над новгородцами. Пережив царев розыск, он тайно взял себе в жены псковичанку Софию, и от них пошел тайный род воинов-варягов, истинных русских, которые всегда противостояли Москве. Эти истинные русские – псковоновгородцы, обладают особыми качествами – они немногословны, белокуры по большей части, они склонны к военному делу и к математике, они чрезвычайно озабочены нечистоплотностью русских попов и русских чиновников, они настроены жить общиной в чистоте и в эко-системе. У них есть своя книга, вместо Библии… В книге высказано пророчество, что в 2022 году придет их час, это час сотого Адама, час нового Апокалипсиса, когда народ сбросит тайные и явные оковы и возьмет власть низшую и высшую на землях Рады. И так далее, и так далее. (В одном машина допустила ошибку – указав, что великий защитник русских от бесов-большевиков, генерал Андрей Власов был потомком Рады, и его место рождения – Великий Новгород – тому ясное подтверждение. Но Хамид прекрасно понимал, что, по нынешним временам, где будет приписано родиться Власову, там он и будет рожден сто пятьдесят лет тому назад. К тому же нет никакой проблемы развить легенду псковоновгородца и включить в нее еще одну ветвь, приплетающую и Нижний Новгород… К примеру, так – внук Рады отправился в Нижний и там завел себе сто жен – вот и все). Хамид больше часа тестировал псковоновгородца на
