С 23 октября и до конца войны Драчёв время от времени бывал на приёмах в кремлёвском кабинете Сталина, о чём можно найти достоверные свидетельства в книге посещений.
Начинается разгром врага под Сталинградом. 17 ноября 1942 года Павлу Ивановичу присвоено звание генерал-лейтенанта интендантской службы. Под его руководством идёт окончательная разработка новой военной формы с погонами. Техническим комитетом Главного Интендантского управления разрабатывались эскизы всех орденов и медалей Великой Отечественной войны, от медали «За оборону Москвы» до высшего полководческого ордена «Победа».
В воспоминаниях командующего Московским фронтом противовоздушной обороны генерал-полковника артиллерии Даниила Арсентьевича Журавлева есть такая запись: «Во время войны мне нередко приходилось встречаться по делам службы с Главным интендантом Красной армии генералом Драчёвым. Однажды он спросил меня:
– Вам, товарищ Журавлев, вероятно, приходится поощрять девушек за успехи?
– А как же, и очень часто. Они заслуживают этого.
– Наверное, вам пригодились бы женские часики?
– Еще бы! Это было бы замечательно!
И тогда Павел Иванович Драчёв показал мне механизмы часов, полученные из Швейцарии.
– Вот если бы организовать для них изготовление корпусов, – мечтательно сказал он.
В наших войсках были мастера на все руки. „Вероятно, найдутся умельцы, которые и корпуса для часов смастерят“, – подумал я. Взяв у Павла Ивановича несколько механизмов, обещал ему через некоторое время сообщить о результатах. И вот спустя несколько дней на моем столе появились женские часики. Одни из них имели металлические штампованные корпуса, другие – прозрачные, из плексигласа, третьи – даже серебряные. Я показал эти образцы генералу Драчёву. Они ему понравились. Часть изготовленных таким образом часов стала поступать в наше распоряжение. С тех пор мы получили возможность отмечать наших девушек ценными подарками. Именные часики, наверное, и сейчас хранятся у многих бывших зенитчиц, связисток, аэростатчиц, прожектористок как память о трудных, но славных днях…»
После победы под Сталинградом работа ГИУ была окончательно доведена моим дедом до совершенства, и войска ни в чём не испытывали недостатка.
17 сентября 1943 года Павел Иванович был награждён орденом Ленина, 1 мая 1944 года – медалью «За оборону Москвы», 1 августа – орденом Кутузова 1-й степени, 3 ноября – вторым орденом Красного Знамени, а 21 февраля 1945 года – вторым орденом Ленина. Вскоре добавятся медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и «За победу над Японией». Третий орден Красного Знамени он получит уже в 1949 году. 11 мая 1944 года ему присвоили звание генерал-полковника интендантской службы. Все ордена, медали и погоны Павла Ивановича бережно хранятся в нашей семье.
В романе «Альпийские снега» достаточно много говорится о том, как моему деду пришлось заниматься снабжением не только родной армии, но и воинских формирований вставших на нашу сторону поляков, венгров, болгар, румын, французских лётчиков эскадрильи «Нормандия-Неман». Всего в годы войны в СССР сформированы и вооружены две общевойсковые армии, три стрелковых, танковый и авиационный корпуса и другие иностранные воинские формирования общей численностью свыше полумиллиона человек.
В августе 2021 года в журнале «Вестник Академии», который издаёт Военная орденов Кутузова и Ленина академия материально-технического обеспечения имени генерала армии А.В. Хрулёва, вышла статья двух полковников А.В. Борсука и В.Р. Кривошеева «Главный интендант Красной армии». Хочется привести некоторые особенно примечательные выдержки из этой статьи:
«В исторических мемуарах и на форумах можно неоднократно встретить восхищение работой нацистских интендантов. Особый восторг вызывает военная форма. Она и красивая, и удобная, и функциональная, каждый крючочек, петелька, пуговичка продуманы и т. д. и т. п. Не будем спорить о красоте и функциональности. Да, скорее всего, в чем-то поклонники немецкой формы и правы. Ошибаются они в главном – за все четыре года войны нацистские снабженцы так и не смогли обеспечить свои войска теплым обмундированием, не пошел впрок страшный урок зимы 1941–1942 годов. И замерзали насмерть нацистские вояки зимой 1942–1943 годов под Сталинградом и Ленинградом, сдавались в плен зимой 1943–1944 годов и в относительно тёплом Крыму, и на Украине, замерзшие, покрытые страшными пятнами обморожений. И все четыре года сплошной эрзац. Эрзац-хлеб, эрзац-кофе, эрзац-водка, эрзац-валенки. Переиграли, передумали, победили советские тыловики нацистских снабженцев!»
«Крайне мало в отечественной историографии отводится обозно-хозяйственной службе. Само слово обозник произносится с неким пренебрежением. А ведь именно обозники обеспечивали кавалерийские корпуса и дивизии упряжью, седлами, вьюками, подковами. Со 118 тысяч по состоянию на 22 июня 1941 г. до 228 тысяч голов лошадей увеличилась численность кавалерийских соединений и воинских частей. В составе стрелковой дивизии на военное время по штатам 1941 года насчитывалось 3039 лошадей. Грузоподъемность обоза достигала 352 т. Именно по этой службе поступали в войска кухни полевые, полевые хлебозаводы, термоса. А какой огромный объём по подвозу всех видов материальных средств лежал на плечах скромных обозников. Десятки тысяч повозок и саней составляли обоз Красной армии. Отметим разнообразие обоза. Ведь в Красной армии были не только лошади и собаки, но и олени, и даже верблюды. А их в единую повозку не впряжёшь, и упряжь для них нужна разная. Зимой 1942 года именно обозом сумели провезти в Ленинград более двухсот повозок с тоннами хлеба, пшеницы и мяса. Этих продуктов городу хватило на три дня. Для решения вопроса транспортного обеспечения, решением ГКО к 24 декабря 1941 г. было создано 76 гужтранспортных батальонов (по 250 пароконных повозок или саней), которые были распределены между фронтами. 19 гужтранспортных батальонов находилось в резерве Ставки Верховного Главнокомандования. 280 тысяч саней состояло в соединениях и воинских частях действующей армии. Невозможно сосчитать, сколько было перевезено обозов оружия, снарядов и патронов. Обозом транспортировалась и легкая артиллерия».
И далее: «Нет ни одной крупной операции Красной армии, в планировании которой не принимал бы участие Павел Иванович. Битва за Москву, Сталинградская битва, Курская дуга, прорыв блокады Ленинграда, Корсунь-Шевченковская, Белорусская, Львовско-Сандомирская, Ясско-Кишиневская, Берлинская операции. Вот далеко не полный перечень битв, сражений и операций, материальное обеспечение которых спланировано при его непосредственном участии и руководстве.
Нужно учесть, что планирование одной операции, проводимой несколькими фронтами, не могло проводиться без тесной увязки с обеспечением всех фронтов и военных округов Красной армии.
Неудивительны свидетельства очевидцев, об очередях из командующих фронтами и армиями в приемной генерала Драчёва, многочасовых совещаниях. Ко всем внимательно относился Павел Иванович, во всех случаях принимал взвешенные, обоснованные и правильные решения».
А вот о моей матери и тётушке: «Старшая дочь Драчёва, Наталья Павловна, в начале 1944 года начала свою трудовую