Дорогу в обратную сторону Дэйна благополучно заспала. Очнулась в школьной лекарской, лёжа на животе. Вокруг витал знакомый травный запах, за занавеской, что отделяла её ложе от остального пространства, кто-то тихо переговаривался.
— Такие рубцы никаким даром не изгладить, — с сожалением в голосе втолковывал кому-то наставник целителей Шелеп. — На всю жизнь останутся. Со временем не так страшно смотреться будут. Главное, жива девчонка. Что у вас там такое стряслось-то, а? Не расскажешь?
— Что-что, — устало проворчал Анфей. — Виверна напала, а перед этим гарши.
— Наставник, — позвала Дэйна, удивляясь тому, насколько слабый у неё голос, будто новорождённый котёнок мяукнул.
На зов мужчины явились вдвоём. Целитель тут же принялся ощупывать и выспрашивать пациентку о самочувствии. Боевик молчал, хотя именно с ним девушка и хотела поговорить в первую очередь.
— Только недолго, — предупредил Шелеп, без лишних слов догадавшись о её желании. — Тебе отдыхать надо.
Дэйна кивнула.
— Как я выжила? — первым делом спросила она, когда Анфей присел на край её лавки.
Мужчина вздохнул.
— Маэр браслеты на тебя надел. Брачные.
— Что? — девушка дёрнулась рассмотреть запястья и застонала от боли.
— Тише ты. Здесь они, — наставник коснулся её плеча чуть выше локтя.
Девушка скосила глаза на тонкую вязь татуировки, без спроса окольцовывавшую руку.
— У принца браслеты особенные, не такие, как у простых эльфов. При надевании металл впитывается в тело, сверху остаётся рисунок. Через браслеты между мужем и женой устанавливается связь, позволяющая питать друг друга жизненной силой. Через год, если вы не разделите ложе, брак будет расторгнут. — Анфей замолчал, переводя дух и настороженно посматривая на ученицу.
— А что за артефакт вы между собой не поделили? — тихо спросила Дэйна.
Мужчина вздохнул.
— Артефакт подчинения. Вот только изначально мы не за ним ехали. Ушастый меня обманул, пускай и утверждает, что мы попросту друг друга не поняли.
— Артефакт подчинения? Что это? Зачем он Маэру?
Боевик устало потёр виски и поднялся на ноги.
— Отдыхай. Как поправишься, сведения о том, что тебя интересует, в библиотеке поищешь. Всё равно заняться пока больше нечем будет. Тебе ещё долго восстанавливаться. Ни работы тяжёлой нельзя, ни учёбы.
Девушка уронила голову на подушку и снова посмотрела на нательный рисунок. Жена. Теперь она жена эльфийского принца. Нелепица какая-то…
Глава 4
Высокие двустворчатые двери тронного зала бесшумно открылись, пропуская красивую человеческую девушку в платье из золотой парчи. Глубокий квадратный вырез декольте соблазнительно обнажал верхнюю часть груди, высоко приподнятую корсетом. Узкие рукава полностью скрывали руки. Длинные белоснежные волосы были распущены на эльфийский манер и лишь у висков заплетены в несколько тонких косичек. Из украшений на девушке было объёмное золотое колье, широкие браслеты, надетые поверх платья и серьги — всё в едином цветочном стиле.
— Леди Дэйнара, посол Его величества Витора — правителя Антарии, — торжественно объявил глашатай из-за спины иноземной гостьи.
Девушка уверенно приблизилась на положенное количество шагов к королевскому трону и присела в безукоризненном глубоком реверансе.
Рядом с Маэриэлем не удержался от удивлённого вздоха глава личной стражи Его величества Тэйнор. В отличие от Даркена, отвечавшего за безопасность всего дворца, антарийского посла он видел впервые. Маэр благосклонно кивнул девушке, позволяя подняться и словесно выразить своё почтение эльфийскому королю. Когда с традиционными витиеватыми речами что с той, что с другой стороны было покончено. Маэриэль подал знак о начале более приятного времяпрепровождения. Зазвучала музыка, слуги внесли в зал еду и напитки, эльфийские чародеи на глазах у гостей превратили каменный пол в цветущую лесную поляну и вырастили на ней изящные круглые столики на ножках из перевитых между собою лоз. Поскольку в зале преобладали мужчины, к ним предусмотрительно добавили женщин — прекрасных эльфиек в лёгких одеяниях, при малейшем движении очерчивающих соблазнительные телеса.
Дэйна усмехнулась и поиграла бровями, без слов давая понять, что думает о подобном виде развлечения. Похоже, она являлась единственной дамой, целомудренно затянутой в корсет.
— Что-то не так? — подошедший Маэр протянул девушке бокал со знаменитым эльфийским игристым вином.
— Полагаю, это иллюзии?
Король кивнул.
— Тогда почему ни одного мужского варианта для меня?
— Потому что, — Маэр шагнул ближе и таким взглядом одарил декольте анторийского посла, что сразу стало понятно — мог бы, натянул бы вырез платья до подбородка. — Я твой единственный возможный вариант.
Дэйна улыбнулась и подала Его величеству руку:
— Потанцуем?
О! Какое же это было блаженство в открытую сжимать любимую в объятиях. Как же шло ей платье и длинные волосы, а волнующее декольте и вовсе сводило с ума. Однако Маэр понимал, она здесь не ради его наслаждения.
— Кто именно тебя интересует? — тихо спросил у девушки король.
— Дагнейрр, глава отверженного клана, — коротко ответила она, продолжая улыбаться.
Эльф нахмурился. Дракон прилетел в Эбикон два дня назад, испросил аудиенцию, преподнёс щедрые подарки, но так толком и не объяснил, зачем прибыл. Вроде бы наладить торговлю, но при этом никаких толковых предложений от его делегации не поступало. Всё что дракон делал, так это заверял в своих добрососедских отношениях и разгуливал по дворцу, прощупывая почву. Одним словом, мутный и опасный тип.
Маэриэль знал, Дэйна не расскажет ему о сути своего задания, и всё-таки не удержался от вопроса:
— Что случилось?
— В скором времени дочь Витора выходит замуж за императора Иллироса, — будто бы перевела тему девушка, однако эльфийский король сразу понял: одно связано с другим, просто он пока не знает, каким образом.
— Дочь? — уточнил он удивлённо.
— Внебрачная, — спокойно пояснила Дэйна. — Нюанс в том, что на Вэлмарра наложено проклятие: его первая жена погибнет во время консумации брака. И пускай не все в это верят, в том числе сама Милея, риска это нисколько не умоляет.
— Тогда почему она согласилась? Её заставили?
— Нет, — возразила девушка, чуть теснее, чем следовало в данной фигуре танца, прижимаясь к мужчине. — Милея действует по доброй воле. А вот Дагнейрр ведёт себя странно — активно принялся налаживать дружеские отношения с соседями Иллироса. Значит, к чему-то готовится.
— А ты? — не утерпел Маэр. — Как со всем этим связана ты?
— Я слуга Его величества. Делаю то, что велит мой господин.
Эльф остановился и сжал девушку в крепких объятиях.
— Прежде всего ты… — начал было он, однако Дэя его перебила:
— Ты сам знаешь, что не прежде, а во-вторых.
По её губам скользнула грустная мимолётная улыбка. Она тихо попросила:
— Не мешай. И ни о чём больше не спрашивай.
Маэриэль сжал зубы едва ли не до