– Когда ты оказываешься командиром, понимаешь: теперь все смотрят на тебя. Если ты сломаешься, ребята тоже сломаются, – говорит „Воронеж“.
Он прошел со взводом тяжелые месяцы, брал на себя самые рискованные задачи, участвовал в штурмах и обороне ключевых позиций. В 2023 году командование предложило повышение в виде офицерского звания.
– Мне предложили стать офицером. Это было неожиданно, но вполне закономерно. Я уже фактически выполнял обязанности командира, и командование увидело в этом потенциал, – рассказывает он.
После получения звания он продолжил службу, руководя штурмовыми подразделениями.
Работа с ротой „Шторм V“ стала для молодого командира серьезным вызовом. Многие сослуживцы относились к подразделению скептически, но он знал: в бою важно лишь то, как человек ведет себя в критической ситуации.
– Слухи по итогу были сильно преувеличены. Ребята мне попались хорошие, учились быстро, не подводили. В бою всегда шли до конца, – говорит „Воронеж“.
С сослуживцами он смог организовать работу так, чтобы ни один человек не остался на поле боя. Только часть группы шла вперед, а остальные оставались на подхвате, чтобы выносить раненых и прикрывать отход. Главное правило – все за одного.
– Во время тренировок сразу видно, кто есть кто, кто на что способен. Одни уверенно идут в штурм, другие больше подходят для эвакуации или прикрытия. Важно правильно распределить людей. Тогда в бою каждый знает свою задачу.
Одним из самых сложных испытаний для роты стал штурм вражеского блиндажа, который не могли взять две предыдущие роты.
– Он стоял в посадке на возвышенности, подступы к нему хорошо просматривались. Днем там делать было нечего – сразу прижимали огнем. Две наши группы пытались зайти раньше, но не смогли даже добраться до позиции. Нас отправили туда ночью, – вспоминает боец. – Мы подошли вплотную, рассредоточились. Вдруг из блиндажа вышел один – сдался. Ну а мы пошли ва-банк: объявили неприятелю, что они окружены, хотя по факту их там пряталось больше, чем было нас. Сработало, и из засады вышло около 10 человек, все были взяты в плен.
Весной 2024 года нам поставили задачу прорвать вражескую линию обороны. До нас уже несколько раз пытались зайти, но безуспешно – противник держался крепко. Все было пристреляно, подходы заминированы. Они ждали.
„Не получится“, – говорили многие.
Артиллерия отработала, но не так, как хотелось бы. Враг почти не потерял боеспособность. Мы это понимали еще до выхода.
Приказ поступил вечером. Наступать решили ночью, иначе просто не дойдем. Наши зашли с трех направлений, танк шел впереди, но его быстро подбили. Тогда стало понятно, что все теперь зависит только от нас.
Когда добрались до первой линии, бой перешел в ближний. Там уже дистанции были по несколько метров. Ты буквально слышишь дыхание врага, крики, хаос. Стреляешь, перекатываешься, снова стреляешь. Все в густом дыму.
Ближе к утру наши ребята смогли зайти с фланга. Это решило исход боя. Противник дрогнул. Они начали отходить, а мы добивали очаги сопротивления.
Постепенно продвигались вперед, зачищали окопы. Где-то брали в плен, где-то приходилось работать жестко.
Когда все закончилось, я посмотрел на карту – мы продвинулись на пять километров. Тогда даже не осознали, просто радовались, что удержались.
Через две недели меня вызвали в штаб. Командир полка молча передал наградной лист. Орден Мужества».
Позывной «Воронеж»
2
Знакомство с Анной. Поиск невест
Теперь я решил поговорить с Анной.
– Вот прочитал, – начал я разговор, – что вы с Иваном познакомились на СВО.
Аня:
– Да, он уже был за «ленточкой».
– А как познакомились?
– Я возила гуманитарку брату, он у меня тоже на СВО. Один из запросов поступил: нужно было передать отсюда вещи. Ваня был в отпуске, и мы передавали через него. Он был в отпуске в Воронеже. Ну мне просто дали контакт парня, через которого нужно будет передать инструменты для ремонта машин. Ну все, мы связались, организовали вот эту передачу. Ну, а потом с Ваней стали общаться как друзья.
– Это когда было?
– В мае 23-го года.
– Это как, он у вас загрузился и уехал?
– Нет, тогда мы только по видеосвязи общались, я была здесь в Орле, он в отпуске в Воронеже. Я его ориентировала, через СДЭК передавала передачу. Ну а потом, когда он уже через несколько дней уехал, он на четыре дня, что ли, приезжал, мы продолжили просто общаться. У него с девушкой какие-то проблемы, и я начала искать ему невесту. Одну подружку, вторую, родственницу свою. Все ему писали. Потом он приехал в отпуск, ко мне из Челябинска прилетела подружка, потому что ее вызвала: «Сейчас познакомлю тебя с парнем». И мы с Ваней уже встретились вживую. Из Орла поехали в Тулу погулять, чтобы они поближе познакомились. Специально поезд выбрала, чтобы они наговорились. И в итоге год у меня много попыток таких было, я почти его на своей родственнице женила, они здорово переписывались, но до встречи у них не дошло. Он говорит: «Ну не мой это человек». По видео ему звоню, он: «Не хочется с ней общаться». Вот так на дружеских началах все время общались, переписывались.
Автомобиль Ани
– Когда реально с ним встретились?
– В ноябре 23-го.
– Когда стала сватать подружек…
– Да… Я тогда вообще не рассматривала его как мужа, я была замужем. Потом получилось так, что он оказался в госпитале. Но не с ранением, а у него было воспаление легких, вот этот ковид, его там лечили. А потом отправили сюда в Россию, сначала в белгородский госпиталь, а потом в Подмосковье. И мы, так как я часто бываю в Москве по работе и по личным моментам, мы начали чаще видеться.
3
В офицеры. Ротный у штурмовиков
– Я его заставила идти учиться на офицера. Он 6 лет уже по контракту служил, а у него нет высшего образования. И он не шел учиться на офицера. Я говорю: «Ну есть такая возможность, давай, иди». Но я не знала тогда, что после обучения их отправляют в «шторма».
– А где он учился? Скоротечные курсы?
– Да, скоротечные курсы. Ну там просто в воинскую часть приезжают полковники всякие, и они проводят отбор по здоровью, собеседованиям, потом их отправляют на обучение на