До 1940 г. германские генералы считали главной задачей танков поддержку пехоты. Их 3,7‑см и 7,5‑см танковые пушки поражали в основном пехоту и орудия противника, а также танки с противопульной броней.
Ситуация изменилась в мае – июне 1940 г., когда немцы впервые столкнулись с французскими танками с противоснарядной броней. Даже лёгкий танк R35 имел лобовую и башенную броню 45 мм. Средний танк В1 имел бортовую и лобовую броню 60 мм, а литые башни имели кругом 56‑мм броню. Немецкие танковые пушки не могли пробить её.
Тем не менее германский блицкриг удался. Немцы широко использовали против танков 8,8‑см зенитные орудия, пикирующие бомбардировщики Ju-87 и т.д. Сыграл роль и моральный дух экипажей: немцы подбили около 10 процентов французских танков, а остальные были брошены или сдались.
По результатам французской кампании немцы в конце 1940 г. наладили массовое производство танковых и противотанковых длинноствольных 50‑мм пушек. Но в июне 1941 г. встреча с советскими танками КВ и Т‑34 стала шоком для немцев, и уже осенью 1941 г. у них появилась «танкобоязнь». На германские танки стали ставить длинные пушки калибра 7,5 см. А в 1943 г. появились «Тигры» с длинными 8,8‑см орудиями, а также «Пантеры» с ещё более длинными 7,5‑см орудиями.
Немецкие противотанковые и танковые пушки калибра 7,5—8,5 см с начальной скоростью бронебойного снаряда 1000 м/с пробивали любое место броневой защиты наших средних и тяжелых танков, за исключением верхней лобовой брони танка ИС‑2. Во всех немецких уставах, памятках и указаниях по вопросам обороны сказано: «Всякая оборона должна быть прежде всего противотанковой».
С тех пор и до 2022 г. основным назначением танка была борьба с танками противника.
С 1942 г. немцы начали проектировать гладкоствольные орудия. Причём их проектирование шло в двух направлениях: для противотанковых пушек с малым давлением в канале ствола и для сверхдальних пушек со сверхбольшим давлением в канале ствола.
8‑см противотанковое орудие 8Н63, созданное фирмой «Рейнметалл», можно по праву назвать первой в мире гладкоствольной противотанковой пушкой. Она стреляла оперенными снарядами. Но главной её изюминкой была система двух камор: высокого и низкого давления.
В 1944—1945 гг. в Германии было создано ещё несколько противотанковых пушек с двумя каморами – высокого и низкого давления. Так, фирма Круппа создала опытные образцы 10,5‑см гладкоствольной пушки PWK.10.H.64. Предельное давление в каморе высокого давления составляло 2100 кг/см2, в каморе низкого давления – 700 кг/см2. Длина ствола составляла 2400 мм, а вес установки – около тонны. Табличная дальность стрельбы 6,5‑кг кумулятивным снарядом достигала 1000 м. По нормали снаряд пробивал 200‑мм броню.
Немцы даже не планировали установку гладкоствольных пушек на танки, поскольку нарезные длинноствольные 7,5‑см и 8,8‑см пушки, особенно у «Королевского тигра», успешно поражали все типы советских и союзных танков.
Но к 1960 г. ситуация изменилась. Я читал несколько отчетов, где говорилось, что советские 100‑мм и 122‑мм нарезные танковые пушки не могли пробить броню ряда натовских танков. Поэтому возник вопрос об установке в танках гладкоствольных орудий.
В нарезных орудиях с большой начальной скоростью снаряды имеют огромную скорость вращения. В результате чего в кумулятивных снарядах центробежная сила размывает кумулятивную струю, а в подкалиберных возникает явление прецессии, то есть поворот оси вращения снаряда. Прецессия приводит к уменьшению угла встречи снаряда с броней танка и рикошетированию снаряда.
Все эти явления исключаются при переходе к гладкому стволу и оперенным снарядам. Кроме всего прочего, в нарезном орудии около 1,5 процентов энергии порохового заряда тратится на раскрутку снаряда, а у гладкоствольного вся энергия идёт на увеличение начальной скорости снаряда.
Первая в мире мощная гладкоствольная противотанковая пушка Т‑12 (2А19) «Рапира» была создана в КБ Юргинского машиностроительного завода под руководством В.Я. Афанасьева и Л.В. Корнеева. Ещё на стадии проектирования «Рапиры» возникла мысль поставить её в танк Т‑62. Но длина унитарного выстрела «Рапиры» составила 1200 мм, в Т‑62 он не умещался.
Тогда решили на базе 100‑мм нарезной пушки Д‑54 сделать гладкую танковую пушку с длиной выстрела 1100 мм. Выяснилось, что, сохранив все наружные габариты Д‑54 и отказавшись от нарезов, можно увеличить калибр пушки со 100 до 115 мм. Дульный тормоз решили убрать. Так появилась первая в мире гладкоствольная танковая пушка У‑5ТС.
Появление нового американского танка М‑60 и английского танка «Чифтен» произвело большое впечатление на советское руководство. 115‑мм пушки У‑5ТС и Д‑68 были недостаточно эффективны в борьбе с М‑60 и «Чифтеном», не говоря уже о 100‑мм нарезных пушках Д‑10Т2С.
15 июня 1961 г. на научно-технический совет Госкомитета по оборонной технике Совета министров СССР была вынесена рекомендация о разработке гладкоствольной пушки с начальной скоростью подкалиберного снаряда 1800 м/с и дальностью прямого выстрела 2100 м. В июле 1961 г. рассмотрели проекты мощных пушек ОКБ‑9 и выбрали проект 125‑мм гладкой пушки Д‑81.
С тех пор 125‑мм танковые пушки Д‑81 прошли несколько модификаций. Минобороны РФ сочло возможным поставлять 125‑мм гладкоствольные пушки 2А82—1С на новейший танк Т‑14 «Армата».
Допустим, танки «Армата» являются лучшим отечественным образцом для танковых дуэлей. Но эффективность снарядов, предназначенных для поражения иных целей, вызывает много вопросов.
125‑мм осколочно-фугасный снаряд танковых пушек 3ОФ26 при стрельбе по одиночным целям имеет малую эффективность. По некоторым оценкам, вероятность поражения малоразмерной наземной цели (например, установки противотанковых управляемых ракет) не превышает 0,2. Причина низкой эффективности снаряда заключается, с одной стороны, в настильности танковой траектории и, как следствие, в огромном рассеивании точек падения снаряда по дальности (на дистанции 2000 ± 140 м), а с другой – в разлёте основной массы осколков в направлении, перпендикулярном траектории.
125-мм танковая пушка Д-81 на лафете гаубицы Б-4. (Фото А. Широкорада)
Слабое действие таких снарядов я видел 4 октября 1993 г. при стрельбе по зданию Белого дома в Москве. По версии Минобороны, всего тогда было сделано 12 выстрелов, причем 10 из них – снарядами с осколочно-фугасным действием. По мнению многих очевидцев, данные о количестве выстрелов были занижены. Я не считал выстрелов, но уверен, что их было гораздо больше дюжины.
Результатом стрельбы стал пожар в трёх кабинетах, имевших шесть окон по фасаду. Повреждений в стенах не было. Один снаряд попал в квартиру верхнего этажа в доме на Рочдельской улице рядом с Белым домом. От попадания снаряда