Мичман X–COM Виктор Курченко, 1 мая 2040 г.
Теперь нужно было выкурить аликов из трюма. Это задача потруднее — если на палубах они ещё надеялись сбросить нас в море и активно лезли в бой, то сейчас начнут, наоборот, прятаться. А в трюме, кроме кучи контейнеров, ещё и машинное отделение, и трапы на верхние палубы. Кто может поручиться, что какой-то везучий пришелец не выскочит наверх? И опять нам палубы шмонать. Даже думать об этом не хочется.
Мы спускаемся в грузовом лифте, все двенадцать. Я сразу бросаюсь влево, в проход между контейнерами, и уже дежурно снимаю замеченного блевоида. Сразу же Рихтер, забыв, что он без бронескафандра, продвигается вперёд и видит жабера на штабеле контейнеров. Выстрел — точно!
Теперь все вперёд! Мы выбегаем на какую-то площадку — стреляют! Не по нам. Вверху виден какой-то мостик, на нём стоит матрос, по этому-то матросу и палят. Пешё, Хайнш и Унгер оборачиваются и стреляют, но попадает только Унгер.
Веласкес лезет на контейнер, на котором стоял убитый Рихтером жабер. Хочет посмотреть, нет ли магазинов, но видит на соседнем контейнере блевоида и сначала разбирается с ним. Затем подбирает пушку алика и, размахнувшись, бросает Куку — он-то у нас с только с ментосканером и аптечкой. Тем временем Данила взбегает по какой-то приставной лесенке на контейнер справа — ещё один блевоид! Был.
Впереди переборка, разделяющая отсеки трюма. Слева в ней огромный проём, справа — дверь. Краузе, Лемаршан и Хайнш бегут к проёму, Тальбот и Лекуант — к двери. Отто задерживается, чтобы снять блевоида, обнаруженного за контейнером, на котором стоит Дебора, обежавший контейнер с другой стороны Вернер не успевает, и француженка одна вступает в перестрелку сразу с несколькими противниками. Она даже успевает застрелить одного жабера, но в ответ летит сразу несколько зарядов, и Аннет, застонав, оседает на палубу.
И ведь не подойдёшь к ней даже — всё простреливается! Вернер пытается, но видит чуть дальше блевоида и стреляет. Теперь не останавливаться, бежать дальше! Падает жабер, стрелявший в Лемаршан — это Ричард ворвался в отсек через правую дверь. Я наконец склоняюсь над Аннет. Убита…
Лейтенант X–COM Иван Шадрин, 1 мая 2040 г.
Бойцов не оплакивают.
А боевых подруг?
Нет, я знаю, что и женщина может погибнуть с оружием в руках, но своими глазами вижу первый раз. Не привык. И никогда не привыкну. И — не желаю привыкать.
Да, мы на «Чагосе» тоже наблюдаем за ходом операции. Лучше бы мне не наблюдать! Но офицерское звание обязывает. Чуть не плачет Галя Чукарина, сыплет цветистыми испанскими богохульствами Эставес, зло нахмурился Чейни. А я отстранённо смотрю. «Иди и смотри».
Пешё, поднявшись по двум трапам на вторую палубу трюма, сразу застрелил жабера. Алик, конечно, и торчал в этом месте для того, чтобы держать под прицелом трап, но Леон взбежал наверх настолько остервенело, что противник, похоже, на какое-то мгновение растерялся. Тут же к французу присоединился Рихтер, и они поднялись ещё по одному трапу на третью палубу.
Хайнш, пробежав в следующий отсек, обнаружил жабера и укрылся за переборкой. Алика через минуту снял Курченко, которому было удобнее стрелять. На первой палубе оставался лишь кормовой отсек — машинное отделение.
Открыв дверь, Вернер заметил на трапе безоружного «лягуха», а на мостике — блевоида. Инженера пришельцев немец взял парализатором, блевоида уложил Сентено. Он же, поднявшись на вторую палубу, завалил двух аликов в лабиринте каких-то кладовок. Рядом Кук, который наконец-то обзавёлся оружием, тоже записал на свой счёт блевоида, и почти сразу на палубе выше Рихтер, проверяя последнюю каюту, обнаружил жабера. Последнего…
Полковник Антон Кабрал, 1 мая 2040 г.
Кому-то такая операция — успех. На бумаге оно, конечно, так: двенадцать оперативников, один из которых исходно был вообще без оружия, перебили три десятка пришельцев… Вот только шесть тел на палубе — в манду трипперной каракатице такой «успех»! Пять матросов сухогруза и наша Аннет Лемаршан.
Эх, Мелли, Мелли! Что ж ты всю удачу воинскую себе загребла? Три раза была ранена, но снова через месяц идёшь в бой. А Аннет хватило одного. Даже секунды не осталось у неё, чтобы порадоваться первому убитому врагу.
Я вижу, как Тальбот говорит о чём-то с капитаном. Тот кивает и даёт какое-то поручение матросу. Через пару минут матрос возвращается и отзывает в сторонку Курченко. Всё с вами понятно, прохиндеи! Но сегодня вы в своём праве. Свистящий залп одиннадцати звуковых пушек — и «Тритон» угрюмо берёт курс на базу.
Вызываю «Меганезию». Старина Руди не скрывает ни печали, ни стоящей на пульте бутылки арманьяка. С каких пор ты стал таким эстетом, Руди? Ах да, поминаем-то француженку…
Мы молчим. Даже не минуту.
— Запрашивай пополнение, — говорю наконец. — Потому что Кинг и Булгаков нужны на «Приме». А себе ещё забирай кого-нибудь с низким порогом внушаемости.
— Тогда Хафнера. И… Тони, какого чёрта? Почему женщины гибнут, а старый воин сидит командует не пойми чем? Моя база так ни разу в деле и не была.
— Руди, обещаю! Как только будет кем тебя заменить, поведёшь основную группу. Но пока нет офицеров для «Меганезии». Теоретически мог бы Шадрин, но он слишком скороспелый лейтенант, пусть опыта наберётся.
— Хорошо… — вздыхает Бреме. — Пополнение запросил, через три дня пришлют матроса. Морпех американский, Вирджил Хэнд.
Зря Руди так. «Меганезия» скоро будет в деле — я планирую расширить производство. Если на «Чагосе» у нас вторая лаборатория, то на «Меганезии» будет вторая мастерская. Или даже две мастерские. Денег, как всегда, не хватает. Вызываю Суня — будем торговать дохлыми аликами…
К.ф.-м.н. Никита Проливин, 1 мая 2040 г.
Инициатива, как известно, наказуема исполнением. Предполагал я, что двигатели вражеских субмарин — одновременно и пушки? Предполагал. Значит, мне в них и разбираться.
Принцип действия мы поняли довольно быстро — это просто ионные ускорители. З'ррбит (опять этот з'ррбит, у аликов всё на нём!) генерирует ультразвуковые волны, которые не только разлагают воду, но и очень сильно нагревают и ионизируют образовавшиеся газы. Хоть назад реактивную струю направляй для разгона, хоть вперёд — по противнику пулять. Но при всей эффектности такая схема должна быть не слишком удачной. Получается, что в бою, где важна не только мощь пушек, но и манёвренность, субмарина не может развить максимальную скорость, поскольку часть реактивных импульсов направлена не назад, а