— Ясно. Значит, мертвяки отпадают. Миша, если не использовать колотушки, твои киборги, как бойцы, чего-то стоят? — Задал я вопрос в лоб.
— Раньше они были великолепными бойцами. Могли раскатать небольшую армию, вообще не используя оружия. Но после того, как сдохли квантовые сопроцессоры, многого от них не добиться. — Он разочарованно махнул рукой. — Не заваливаются при ходьбе и то ладно. Огнестрельного оружия у европейцев хватает, а вводить запрет на его использование в Великих Луках нет смысла. Так же как нет смысла нам, то есть русским, вмешиваться в чужие разборки. Я категорически против использования киборгов и прочей нашей техники. Не забывай, Иван, что сейчас нас охраняет память о прежнем страхе, который мы наводили на аборигенов. Стоит ему пропасть и нам конец. Энергетика спутника. — Михаил ткнул пальцем в потолок. — Не позволит дать адекватный отпор при полномасштабном наступлении. А если сразу на все базы нападут, то сражение закончится ещё быстрее. И далеко не в нашу пользу.
— Понятно. — Задумчиво произнёс я. — Но пленных надо спасать. Расстояние до Великих Лук большое. Однозначно лететь придётся. Миша, у вас в том районе есть близко расположенная база?
— Нет. Маруся, выведи на экран карту. — Распорядился он. — Видишь, две базы на захваченной европейцами территории. Одна наша, а вторая в Великом Новгороде. Остальные в глубине страны и пока в относительной безопасности. От нас до Великих Лук ближе всего.
— Угораздило вас основную базу разместить ближе всего к границе. — Глядя на карту, заметил я.
— А кто мог предполагать, что внезапно изменятся законы физики? Это как бы невозможно даже теоретически. По крайней мере, так считалось раньше. До этого базы могли укрыться силовым щитом даже от ядерного взрыва.
— Вот вы где! — Раздался возглас Степана от двери. — Ну и беспорядок у вас.
Степан стоял со знакомой кастрюлей в руках и осматривал помещение. Особенно его заинтересовали большие экраны, но про беспорядок, так и не убранный Михаилом, он промолчать не смог.
— Мы думу думаем, нам некогда прибираться. — Ответил я. — Как добрался?
— Немного жутковато идти в сопровождении охранников. — Признался он. — Молчат и равнодушно смотрят, как на пустое место. Эй, ты чего?
Вопрос предназначался Антуану, вошедшему следом. Тот внезапно выронил связки с сухими пайками, схватил себя за горло и начал душить.
— Он тебе точно не нужен? — Обратился ко мне Кагье.
— Мне нет, но, возможно, он заинтересует ваши спецслужбы. — У меня возникла идея.
— До спецслужб ещё добраться надо.
— Вот и я про это же говорю. А не слетать ли нам к славянам?
Француз ослабил хватку на своём горле и упал на колени, глубоко дыша.
— Зачем вы это делаете, Иван? — Просипел он.
— Помолчи. Или я повторю и доведу дело до конца. — Пригрозил недовольный Кагье.
Михаил, глядя на происходящее, почувствовал себя неуютно. Он сглотнул слюну и потёр горло, представляя себя на месте француза.
— Маруся, тебе известен Бецалель Давыдович, особист который? — Наблюдать за происходящим было интересно, но нужно было и делом заниматься.
— Прошу немного подождать. — Ответил компьютер.
— Это что за голос? — Степан покрутил головой, ища источник звука.
— Это думающая машина. — Подобрал я сравнение, а потом указал на двери в стене. — Вторая дверь слева. — Заносите вещи туда. Потом с ними разберёмся.
— Бецалель Давидович Альбо сейчас находится в тылу славян в городе Сафоново. Около восьмидесяти километров отсюда. — Прервала нас Маруся.
— Можно с ним как-то связаться?
— Организовать канал прямой связи не получится. Техника аборигенов не достигла необходимого уровня. Предлагаю связаться через шифрованную радиограмму. Такой способ обеспечит требуемую конфиденциальность и относительную быстроту.
— Кагье, у тебя есть точки пересечения с особистом? — Спросил я.
— А как же. — Ухмыльнулся врач. — Он меня называет «олений доктор», а я его «обрезанным ухом».
— Обрезанный — это понятно, еврей всё-таки. — Влез Михаил. — А почему «ухом»?
— У особистов есть прозвище: «мохнатое ухо». Называть Бецалеля «обрезанным мохнатым ухом» слишком длинно. Вот я и сократил.
— Короче, не любите вы друг друга. — Сделал я вывод. — Маруся, есть небольшие летающие дроны, способные перенести груз в сотню грамм на сотню километров?
— Есть дистанционно управляемые летательные аппараты с грузоподъёмностью до двадцати килограмм. Дальность полёта до двух тысяч километров.
— Они камерами оснащены?
— Естественно. В автоматическом режиме они могут летать только по прямой. Для более сложных функций требуется прямое участие оператора.
— Замечательно. Подготовь один дрон к вечернему вылету. — Распорядился я. — А сейчас запиши текст шифровки: «Лично в руки. Получатель: Бецалель Давидович Альбо. Привет, обрезанное ухо, я с нашим недавним знакомым, знающем о несметных богатствах в земле, спрятался за картонной стенкой. Ты выйди пару раз на солнышко. Полюбуйся облаками, а ночью в два часа, жди подарок, перевязанный ленточкой, в том же месте. Олений доктор.» Шифруй и отправляй. Установи наблюдение за районом, в котором находится Бецалель. Мне нужно точно выяснить, куда он выйдет, чтобы ночью скинуть посылку ему в руки.
* * *
Начальник особого отдела тщательно вчитывался в текст допроса, одновременно выискивая малейшие нестыковки и противоречия. В дверь постучали.
— Разрешите? — В дверях стоял офицер узла спецсвязи.
— Ты какими судьбами? — Удивился Бецалель.
— Моё дело передать. Осмотрите пакет и распишитесь в реестре.
Офицер протянул пакет из плотной бумаги, запечатанный сургучом. Проверив целостность пакета, Бецалель расписался в его получении. Дождавшись ухода офицера, он вскрыл конверт и внимательно прочитал радиограмму.
Текст простой. Все секреты лежат на поверхности. Но количество вопросов, по мере размышления, нарастало лавинообразно. Ещё раз прочитав текст, Бецалель сжёг радиограмму в большой стеклянной пепельнице. Затем аккуратно сложил листы с допросом в папку, а её запер в сейф. Убедившись, что ничего не забыл на столе, он вышел и закрыл кабинет на ключ.
На улице было жарко. Постояв на крыльце, Бецалель снял фуражку, спустился с крыльца в центр небольшого дворика и подставил лицо солнцу.