Ингрид вскрикнула:
– Майкл Рэндалл! Как ты можешь?
Зик тихо сказал:
– Пусть это вас не задевает, мисс Рэндалл. У меня тоже была старшая сестра, и я тоже говорил подобные вещи.
Она обернулась. В ее взгляде сквозила благодарность.
Майк подошел к сестре. Он был настолько близок к слезам, насколько может себе позволить мужчина двенадцати лет от роду.
– Я просто хотел тебя подразнить, Пэт. Я негодяй.
Она приложила руку к его щеке.
– Ладно, беги, и давай забудем об этом, хорошо?
Когда он ушел, Инки сказала:
– Взрослеть очень трудно. Все время говоришь какие-то глупости, сам не зная почему. Я в его возрасте была такой же. У него это пройдет.
Зик, вернувшийся к своему радиоприемнику, покачал головой.
– Не уверен. Я, например, всю жизнь говорю вещи, которых мне не следовало бы говорить.
В этот момент зазвонил телефон, и Ингрид торопливо схватила трубку на первом же сигнале. Ее голос сразу же опустился почти до шепота, и она перенесла телефон в другую комнату.
– Это мальчик, – заявила Пэтти. – Я всегда это знаю. Она начинает разговаривать, как старшеклассница.
Зик чихнул, и этот чих кое о чем напомнил ему.
– Я тут думал по поводу обеда для кота.
Она выудила из шкафа какое-то платье и закрыла дверь в комнату. Ее преувеличенно прямой силуэт вырисовывался на фоне вечернего солнца.
– Вы обещали называть его по имени.
Зик смущенно заерзал.
– Я обещал, правда? – Он не мог отвести взгляда от ее глаз. После ему казалось, что они в этот момент были голубыми. – Так вот, что касается обеда для Чока. Что, если вам совсем не кормить его сегодня вечером? Не уйдет ли он из дома пораньше, чтобы поискать еду где-то на стороне?
– Он не ищет ничего подобного, – ответила она не раздумывая. – Я имею в виду…
Зик ухмыльнулся.
– Я знаю, что вы имеете в виду.
Где-то в доме голос Ингрид вдруг зазвучал громче. Она открыла дверь и вошла в комнату.
– Я не знаю, смогу ли вообще пойти, Эдди. Мне придется спросить у сестры… Я ничего не могу с этим поделать. Я ничего не делаю, не спросив у сестры. О'кей, я дам тебе знать. Пока.
Пэтти недоуменно уставилась на нее.
– С каких это пор ты спрашиваешь у меня разрешения по каждому поводу?
Ингрид поставила телефон обратно на ночной столик.
– Ну, ты ведь не хотела бы, чтобы я сказала ему правду, не так ли? Это может его обидеть. Эдди годится, если нужно поработать с энциклопедией или решить трудное задание, но я вовсе не хочу идти с ним на школьную вечеринку, пожалуй, только в том случае, если больше никто не пригласит.
– А я, когда тебе выгодно, выступаю в роли цербера.
Ингрид повернулась к ней.
– Ты ведь не возражаешь, сестричка, правда? – Она продемонстрировала свою самую милую улыбку. – Не знаю, что бы я без тебя делала. Ты так добра ко мне.
– Что-то новенькое!
Ингрид направилась к двери.
Зик позвал ее:
– Мисс Рэндалл.
Ее глаза буквально вспыхнули, когда она услышала это «мисс». Наконец-то нашелся кто-то, кто признает и уважает ее возраст! И он улыбается. Он просто душка. Когда все это кончится, она напишет благодарственное письмо мистеру Гуверу.
Зик сказал:
– Кстати, в качестве особого одолжения вы не могли бы разговаривать по телефону покороче? Мы сейчас тянем линию, и попозже у нас будет здесь свой телефон, но в настоящее время мы вынуждены полагаться на этот.
– Ну конечно, мистер Келсо. Я сделаю все, что вы захотите. Все, что угодно.
– И никаких свиданий здесь сегодня, пожалуйста. Я могу рассчитывать на ваше содействие?
Она бросила взгляд в сторону Пэтти.
– Мне и так не позволяют приглашать приятелей во вторник вечером из-за кое-каких семейных традиций, восходящих еще к средневековью. Отношение к жизни в этой семье…
Закончить свою мысль ей не удалось. Комнату потряс какой-то взрыв. Картины на стенах слегка задрожали, косметика на туалетном столике тихонько задребезжала. Зик напрягся, пытаясь мысленно определить и идентифицировать звук.
Ингрид помогла ему:
– Это Майк запустил очередную ракету. Когда-нибудь он непременно взорвет все окрестности, но, говорят, наука требует жертв.
– Я хочу поговорить с ним, – резко сказал Зик. – Позовите его в дом, пожалуйста, мисс Ингрид.
Ингрид исчезла, и в то же мгновение раздалось звяканье у входной двери.
– Извините, – произнесла Пэтти.
Зик тихонько последовал за ней через холл, держась вне зоны видимости от входной двери. Она открыла. Он испытал облегчение, поняв из разговора, что звонивший был садовником.
– Оно погибло, мисс Рэндалл. Никаких признаков жизни. Ничего нельзя сделать, остается только удалить его.
Зик не мог слышать, что сказала Пэтти, но человек этот ответил:
– Я не знаю. Возможно. Но эти абрикосовые деревья, они стареют, как и все мы, и умирают.
В этот момент вошел Майк, за ним по пятам Ингрид. Зик вежливо обратился к нему с просьбой приостановить на этот вечер ракетные исследования.
– Я не хочу, чтобы у Чока пострадали нервы, – объяснил Зик, возвращаясь в спальню. Он заметил, однако, что по какой-то необъяснимой причине Чок не казался особенно возбужденным. Он по-прежнему пытался отмыть хвост. Когда стартовала ракета, ему следовало бы провалиться сквозь землю или, по крайней мере, с воплем убежать. Но ничего подобного не произошло. Он просто спокойно сидел и вылизывал свой хвост. Эта его забота о чистоте, растянувшаяся на столь продолжительный период, начинала утомлять Зика.
Зик продолжал:
– Важно не делать сегодня ничего такого, что могло бы подействовать на его нервы.
– У него их вовсе нет, – возразил Майк.
Ингрид кивнула:
– Это не простой кот, такого не купишь на распродаже за пару долларов.
Майк продолжал:
– Мне надо запустить еще одну ракету. Он не против, правда, старая вонючка.
Мальчик погладил Чока против шерсти, и Чок ясно выразил свое бесконечное удовольствие. Он не сделал ни малейшего перерыва, он просто перенес работу языка со своего хвоста на своего мальчишку. Он бросил на Майка шаловливый взгляд и обхватил его руку передними лапами, убрав при этом когти, чтобы случайно не поцарапать. Он схватил палец и мягко сжал его зубами.
– А, значит, ты хочешь сражаться всерьез, да? – Майк упал на кровать и начал бороться с Чоком.
– Пожалуйста! – закричал Зик, внезапно вспотев. – Вы же совершенно выведете его из равновесия.
Ингрид завопила:
– Майкл!
Майк прекратил борьбу, к большому неудовольствию Чока. Кот пополз по кровати за мальчиком, вытягивая вслед ему лапу и пытаясь притянуть его обратно.
Майк встал и выпрямился.
– Не беспокойтесь, мистер Келсо, старина Чок