Однако подходить близко я не стал. Свернул в переулок за два дома от поместья. Поставил коробку на землю, снял крышку. Ящерица лежала неподвижно. Изумруд перстня слегка блестел в пасти.
— Лавка, подключайся.
[Есть. Соединение устойчивое. Вижу переулок.]
Я отошел, прислонился к стене, надел монокль, закрыл свободный глаз. Сперва пришла темнота, потом зеленоватое мерцание, потом изображение: кирпичная стена переулка, край коробки, тёмное небо над крышами.
— Выводи из коробки. Направляй к поместью, — велел я.
Ящерица зашевелилась: качнулся край коробки, бронзовые лапы перехватили картон. Ящерица перевалилась через край, спрыгнула на землю и замерла.
[Направляю.]
Ящерица двинулась вперёд, быстро и бесшумно, прижимаясь к стене. Вышла из переулка, повернула направо, и в камерах появилась знакомая кованая ограда, колонны портика, тёмные окна.
Поместье Морозовых.
[На месте. Жду команды.]
— Вперёд! — скомандовал я.
Глава 25
В линзе монокля ограда выглядела зеленоватой полосой с чёрными штрихами прутьев. Ящерица прижималась к фундаменту и двигалась вдоль стены, огибая кусты. Я стоял в переулке, прислонившись к кирпичной стене, и смотрел одним глазом в наклоненный и двигающийся чуть боком ночной мир.
Добравшись до той части территории, где за оградой были густые заросли, ящерица поднялась к прутьям. Бронзовое тело сплющилось, чешуйки прижались к корпусу, и ящерица протиснулась между чугунными перекладинами.
Двор в такой час был пуст. Свет горел в двух окнах первого этажа и в одном на втором. Будка стражника светилась жёлтым пятном слева, дверца закрыта.
— Затаись где-нибудь.
[Поняла.]
Ящерица забилась под один из кустов, а я убрал монокль, забрал коробку и отправился в обратный путь. Добравшись до лавки, я поднялся в кабинет, сел, снова надел монокль, несколько секунд потратил, чтобы снова привыкнуть к картинке.
— Продолжим. Вон та стена. Ищи открытое темное окно, — велел я.
Ящерица прошмыгнула по двору до дома и поползла вверх по стене. Когти цеплялись за стыки между камнями, хвост покачивался, удерживая равновесие.
Движение было медленным, поскольку Лавка берегла силы и не торопилась. В линзе монокля стена занимала почти всё поле зрения: крупно, камень за камнем, и от этого укачивало. Я ненадолго убрал монокль, сходил на кухню попить, вернулся.
К этому моменту ящерица как раз добралась до второго этажа. Первое окно было закрыто. Ящерица двинулась вдоль карниза ко второму. Тоже закрыто, за стеклом угадывались очертания штор. Третье окно было приоткрыто на ладонь, и ящерица подобралась к краю подоконника.
В линзе проступил фрагмент комнаты: паркетный пол, ножки стула, пианино у стены. За инструментом, почему-то в полной темноте, рассеиваемой зеленоватым зрением ящерицы, сидела девушка лет восемнадцати, и, судя по движениям, играла.
Лавка могла слышать звуки, которые воспринимала ящерица, но не я, так как только следил через монокль. Девушку я, разумеется, не знал, но было несложно догадаться, что это — дочь Андрея Викторовича, про которую я нашёл в архиве всего пару строк.
— Назад, не показывайся в этом окне. Ищи другое окно.
[Уже отхожу.]
Ящерица бесшумно отползла от подоконника и двинулась дальше по карнизу. Четвёртое окно было закрыто, пятое тоже. Шестое, за углом, на боковом фасаде, оказалось распахнуто настежь.
В линзе проступила тёмная комната без свечей, без движения.
— Заходи.
Ящерица перевалилась через подоконник и спрыгнула на пол. Когти тихо цокнули по паркету. Тишина. Комната была пустой и, судя по отсутствию личных вещей на видимых поверхностях, нежилой.
— Найди где спрятаться. Мы подождем до утра, — указал я.
[Почему? Не лучше ли осмотреть все сейчас, пока все спят?]
— Нам нужна комната Виктора, которую нужно будет внимательно обыскать. Пока он спит в ней, это будет слишком рискованно. Лучше дождаться, пока он уедет в банк, завтра рабочий день.
[Поняла. Прячусь.]
Ящерица скользнула под диван. В линзе монокля осталась полоска паркета и далёкая полоска света под дверью. Я снял монокль, убрал в нагрудный карман и потёр переносицу.
Было уже около полуночи. Я ушел к себе, не зажигая света. Разделся и прилёг.
[Спи, милый. Я послежу. Если что-то изменится, разбужу.]
— Ага. Спокойной ночи.
* * *
В итоге Лавка разбудила меня в половине восьмого.
[Милый. Пора. Виктор вышел из дома двадцать минут назад, я видела через ящерицу в окно. Повозка уехала в сторону центра.]
Я сел на кровати, протёр глаза. За окном наступило серое утро, облачное, хотя и без дождя. Оделся, сходил умыться, пошел на кухню. Сема уже варил кашу. Ася сидела за столом с кружкой, не совсем проснувшаяся.
— Доброе утро, — сказал я.
— Утро, — откликнулась Ася, не поднимая глаз.
Я налил себе чаю, съел тарелку каши, поблагодарил Сему и ушел в кабинет. Закрыл дверь, сел за стол, надел монокль, закрыл свободный глаз.
Ящерица уже не пряталась под диваном, а сидела на его спинке, изучая комнату взглядом.
— Ты, конечно, молодец, что заметила, как Виктор уезжал, но то, что потом не спряталась — это не очень хорошо. Если кто-то войдет? — предостерег ее я.
[Я закрыла дверь на защелку. Если кто-то попытается войти, я услышу.]
— Ну смотри.
Утренний свет из окна давал лучшую картинку: зеленоватое изображение было ярче, контуры чётче. Комната оказалась гостевой, с минимумом мебели, без единого личного предмета на видимых поверхностях.
— Открывай, пошли на разведку, — скомандовал я.
Ящерица подобралась к двери, поднялась, вонзая коготки в дерево, повернула пальцами защелку и схватила ручку. Металл скрипнул, ручка поддалась. Ящерица повисла на ней всем весом, и дверь приоткрылась. Протиснулась в щель и оказалась в коридоре.
Коридор был длинным, с высоким потолком и лепниной по карнизу. Двери по обеим сторонам, в конце широкое окно с тяжёлыми шторами. Паркет натёрт до блеска. Внизу, на первом этаже, звякнула посуда, послышались приглушённые голоса.
[Полезу на потолок. Так точно безопаснее.]
Ящерица устремилась к декоративной деревянной полуколонне у стены и поползла вверх. Потолок здесь был высоким, метров пять, с широченными плинтусами, за которые было очень удобно цепляться. Она добралась до верха и замерла, распластавшись в углу между стеной и потолком. Снизу, если не задирать голову специально, её было бы очень трудно заметить.
— Нужно понять планировку. Пока что просто изучаем.
Шпионка поползла вдоль потолка, останавливаясь через