– Мы должны прийти первыми, – безапелляционно заявил Крейг, едва мы отошли подальше от стартовой поляны.
– Это не обсуждается, – согласно кивнул Рик, и остальные повторили за ним. Кивающие амбициозные болванчики.
– Шаттер… – с нескрываемой неприязнью позвал Алекс.
– Мм? – невинно хлопнула глазками я.
– Отстанешь – будем считать тебя приемлемыми потерями, и до академии будешь добираться своим ходом одна. Это понятно?
Какая же бесячая фраза! И рожа эта синяя высокомерная тоже бесячая!
– Шаттер, не слышу ответа! – рявкнул Крейг.
– Так точно, командир Синяя Челочка, – пропела я, размышляя, какую пакость сделаю следующей.
Крейг втянул воздух, но Рик нас прервал:
– Потом будете обмениваться любезностями. Время!
Еще раз кинув на меня многообещающий взгляд, Крейг сорвался с места, и мы побежали следом.
Что собой представляло это важное для светлых испытание? Ну, в основном бег по пересеченной местности с коллекционированием ленточек своего цвета. Периодически на нас напрыгивали и наскакивали разного рода агрессивно настроенные сущности. Их ловко отбивал Крейг или шедший за ним Рик. Мы же изображали массовку, которой в идеальных условиях и делать ничего не придется. Маверик вообще мог пригодиться, только если случится столкновение с большим скоплением живности, но шансы такого события, как мне объясняли ранее, ничтожно малы.
Полдня прошли незаметно. Я, к своему немалому удивлению, поняла, что почти не устала. Все же не зря Крейг гонял меня по вечерам. Некоторые участники нашей ударной группы даже успели заскучать: им совсем не удавалось поучаствовать в активных действиях и хоть как-то проявить себя.
Но на одной из развилок вышла заминка: Рик и Крейг заспорили. Рик говорил, что нужно следовать запланированной для команды траектории в форме петли, Крейг же хотел разделиться, чтобы пройти напрямую и за счет этого ускорить сбор меток.
– Мы должны прийти быстрее Койта, – настаивал Крейг.
– Я не спорю, но у нас не так много ударной мощи, чтобы ее можно было разделять на два отряда, – взывал к адекватности Рик. – К тому же, ломясь через чащу, риск нарваться на незапланированные препятствия выше.
– Отправим ведьму, ее не жалко, – пожал плечами Крейг, и я мысленно пообещала себе превратить его жизнь в настоящий кошмар.
– Алекс! – одернул друга паладин.
– Ну хорошо, – поморщился Крейг, – отправим ведьму с… Фредерикой.
Мы с Фредерикой переглянулись, и ни она, ни я особого восторга по этому поводу не испытали.
– А если мы не справимся? – поинтересовалась Кнопочка, от волнения снова начавшая переходить на писк.
– Справитесь. Тут совершенно скучный участок трассы, я это место хорошо знаю, там просто негде припрятать испытание, – отмахнулся Крейг. – В крайнем случае бросишь ведьму и, пока ее доедают голодные звери, догонишь нас.
Я поняла, что чаша моего терпения сейчас начнет фонтанировать бешенством.
– Ведьма все-о-о-о-о слышит, маг, – пропела я. – Все-о-о-о запоминает. И все-о-о-о припомнит.
Крейг даже не удостоил меня взглядом, будто я и не угрожала ему сейчас жестокой расправой по возвращении в академию. Он повернулся к Фредерике и протянул ей карту.
– Я все сказал. Встречаемся вот здесь через треть часа.
– Но мы не успеем! – воскликнула Фредерика.
– Приказы не обсуждаются, боец! – рявкнул потерявший всякое терпение маг, и я впервые задумалась о том, какие же причины заставляют его так люто желать утереть нос Койту. Уж не в Софии ли причина? Так вроде парень сам от нее бегает, как демон от светлой магии…
Я поймала на себе хмурый, немного сочувственный взгляд Рика и благодарно кивнула. Ну хоть кто-то переживает о маленькой беззащитной ведьмочке!
Получив ценные указания, чего, как и сколько, мы разошлись. Точнее, разбежались. Фредерика неслась на третьей магической скорости, явно боясь опоздать к намеченной встрече. Хотя, возможно, ей просто не хотелось остаться в диком лесу в компании с ведьмой. Может, у меня на спине наклеена бумажка «бесполезный балласт», а я не заметила?
Девушка регулярно оглядывалась на меня, хмурилась и в конце концов не выдержала:
– Не переживай, Алекс пошутил! Я бы никогда не смогла бросить товарища.
Товарища. Как интересно звучит…
– И вообще, не обращай на него внимания. Он отходчивый, просто ты так удачно перед общим построением его покрасила… ну, знаешь, у парней тоже есть чувство прекрасного.
Я хмыкнула:
– Ерунда, и не такое слышала. Сколько нам нужно собрать меток?
– Две. Вон первая. – Фредерика чуть притормозила возле ничем не примечательного кустика, увешанного цветными бантиками, точно платье моднявой девицы.
Паладинша хотела уже было потянуться в ленте, но я придержала ее за рукав.
– Погоди. И будь готова.
Подобрала с земли камешек и кинула в куст. Тот пошел рябью, точно по воде расходились круги, и ничем не примечательный кустик превратился в особо ядовитые заросли.
– Ой, – только и сказала Кнопочка.
– Угу, – согласилась я. – Есть какая тряпица?
– Носовой платочек, – растерянно ответила Фредерика.
– Подойдет. Всегда знала, что от хороших манер бывает толк.
Следующие десять минут мы потратили на то, чтобы найти подходящую палку и с помощью ее и демоновой матери стащить с кустика ленточку нашего синего цвета. Завернув трофей в платок и спрятав его в кармане паладинши, мы отправились дальше.
Примерно посередине пути между первой и второй меткой мы наткнулись на невесть как забредшего в эту часть леса саблезубого оленя. Определить, кто из нас испугался больше – мы или он, – было решительно нельзя, поэтому с животинкой мы разбежались с миром ко всеобщему удовлетворению. Правда, еще долго оглядывались, не передумал ли рогато-зубастый нами подзакусить.
Вторая метка трепыхалась на нижней ветке дерева. Это было абсолютно безопасное место и, пожалуй, самое легкое из всех заданий, с одной только проблемой. Легкое оно было бы для полной команды. А двум девушкам, одна из которых ростом тянет на десятилетку, добраться до ленточки оказалось крайне проблематично. Потому что у этой породы деревьев ветви начинались примерно в двух метрах от земли.
С минуту мы стояли, рассматривая симпатичное ветвистое дерево, и Фредерика неожиданно зло заявила:
– Нет, все-таки Крейг скотина.
– Согласна, – благодушно кивнула я и со вздохом начала разуваться.
– Ты что делаешь? – округлила глаза паладинша.
– Разуваюсь и лезу на дерево, – прокомментировала очевидное я.
– Я тоже могу!
– Это вряд ли, – честно заметила я. – У тебя на лице несмываемая печать аристократизма и благородности. Они, как правило, несовместимы с плебейскими занятиями.
Фредерика спорить не стала, но обиженно насупилась. Странно, обычно людей пучит от гордости, когда подчеркивают их высокое происхождение. Впрочем, обычно оно не мешает выполнению важных задач.
– Где ты так научилась? – спросила Кнопочка,