— Проводим старый год? — спросила, держа бабушкин стеклянный графин с вишнёвым соком в руке.
— Что это значит? — полюбопытствовал Дарен.
— Значит, что у нас есть традиция провожать старый год со всеми радостями и огорчениями.
— А также значит, что можно съесть сладости до празднования Нового года! — воскликнул Крис.
— Сначала салат, — возразила я. — Сельдь под шубой получилась очень вкусной. Попробуй.
— Не хочу, отстань от меня, — резко проговорил Крис.
Щелчок хвоста Дарена разорвал возникшую паузу. Старший редко огрызался, но иногда его эмоции выходили из-под контроля, как и у любого подростка.
Пока я решала, что ответить, Дарен наклонился через весь стол, не задев ни одно из блюд, и схватил Криса за ухо. Не сильно, но ощутимо, и строго сказал:
— Ты не должен так разговаривать со своей матерью.
Крис попытался оттолкнуть руку Дарена, но не смог сдвинуть с места.
— Она всегда нянчится со мной!
Я начала подниматься из-за стола, чтобы попросить Дарена отпустить Криса. Никогда никому не позволяла наказывать своих детей. Это моя работа — вложить в них набор ценностей, которые я хотела бы, чтобы они усвоили. Но, со взрослением Криса, я чувствовала, что мне не хватает мужского плеча. Устала от одиночества, которое заставляло плакать по ночам, когда не нужно казаться сильной перед детьми.
На лице Дарена появилось такое суровое выражение холодного разочарования, что даже я плюхнулась обратно на стул.
— Это твой способ продемонстрировать матери, что ты стал зрелым? Она обеспечивает тебя всем.
— Она не хочет, чтобы я занимался боевыми искусствами.
Дарен не сводил пристального взгляда с Криса и просто спросил:
— Является ли плохое обращение с матерью путём к получению награды?
При этих словах Крис моментально опустил взгляд, а его непокорность улетучилась, и он просто пожал плечами.
— Ты ещё детёныш. Не немой. Используй свою человеческую речь, чтобы подтвердить, что понимаешь, о чём я говорю.
— Я понимаю, Дарен, — последовал тихий ответ Криса.
— Очень хорошо, — сказал Дарен, отпуская ухо Криса и откидываясь на спинку стула. — А теперь ешь рыбу под шубой. Мы потратили часы, нарезая мелкими кубиками ингредиенты, а это, скажу я тебе, похуже пребывания в лесу Соло.
— Прости, мам, — старший сын с виноватой мордашкой обернулся ко мне.
— Всё хорошо, Крис, — ответила я, скрывая выступившие слёзы. — Дарен, как тебе салаты?
— Хм-м, никогда не пробовал такие смеси ингредиентов, но мне нравится, — вежливо ответил он, накладывая из салатника добавку оливье. — Хотя птица вкуснее.
— Дарен, а вы празднуете Новый год на своей родине? — улыбнувшись, спросила.
— Нет, но у нас есть день солнцестояния. Мы охотимся, пируем, но не крошим наши продукты, — он демонстративно наколол пару кусочков картошки и огурца на вилку и помахал ими в воздухе.
Я искренне засмеялась, чем заслужила хитрый взгляд Дарена.
В этот момент раздался звонок в дверь, возвещая, что к нам пожаловали незваные гости. Удивлённо покосилась на прихожую, не понимая, кого принесла нелегкая.
— Мам, ты кого-то ждёшь? — спросил Крис.
— Нет, — мотнула головой и пошла открывать, посмотрев на часы. Двадцать три часа. Кто притащился так поздно. Может, соседи?
Подойдя к двери, быстро отворила и тут же отпрянула. В голове пронеслась куча эмоций, разных, неприятных и очень острых.
На пороге стоял мой бывший собственной персоной, удерживая упакованные в красивую обёртку подарки.
— Привет, Тина! С наступающим! — проговорил он радостно. — Могу я пройти внутрь? На улице вьюга, прямо как в сказочную ночь, когда все мечты сбываются…
— Что ты здесь делаешь?
— Тина? Как что? Пришёл поздравить своих детей с Новым годом. Подарки вот принёс.
— Мам, кажется, я слышал голос… — Тут в прихожей появился взволнованный Крис и как только увидел, кто в дверях, замер.
— Привет, сын! Какой ты уже взрослый! Это тебе, — сказал бывший, протягивая огромную коробку Крису.
Надо отдать должное старшему, он даже не сдвинулся с места, смотря на коробку так, будто это голодная кобра, а на отца, словно тот был призраком.
Бывший тоже немного растерялся от такого отношения и, наконец, выдал:
— Крис, как дела?
— Отлично, — он отмер и, посмотрев на меня, сказал: — Мам, еда остывает. В общем, я пошёл. — Крис исчез на кухне, даже не попрощавшись с отцом.
— Спасибо за одолжение, но не стоило. Мы прекрасно обходимся без твоего внимания, — бросила равнодушно мужчине, который
раньше был для меня всем.
— Что с Крисом?
— А ты разве не понимаешь? За всё время, с того момента, как ты ушёл, ты не пытался даже позвонить и поговорить с ним.
— Тина, послушай, я тут подумал и понял, что был неправ. Я хочу вернуть вас, — вдруг выдал бывший, глядя на меня так грустно и просительно, что я чуть не рассмеялась.
— Ты немного не вовремя, Миш.
— В каком смысле? — не понял он. — Новогодняя ночь — время чудес!
— Да, чудеса сбываются, — многозначительно добавила я. — Извини, наша семья празднует, и ты тут лишний.
— У тебя другой мужчина!? — выражение лица моего бывшего исказилось в гримасе гнева. На его лице сменялись эмоции, словно калейдоскоп, то удивление, то неверие, то ревность. — Ты врёшь, — наконец сказал он ухмыляясь. — Я понимаю, ты злишься на меня, но я готов попробовать начать всё сначала.
— Какая самоуверенность! — выдохнула я, начав закрывать дверь, но он резко выставил ногу вперёд, удерживая её.
— Нам надо поговорить, Тина!
— Не о чем, Миш. Зачем ты припёрся к нам домой так поздно? Ты даже не позвонил. Хотел испортить праздник? — повысила голос я, сильнее потянув на себя дверь.
— Тина, тебе нужна помощь? — внезапно рядом со мной появился Дерен, заполняя своей фигурой всё пространство прихожей.
— Кто это? У вас маскарад? — заикаясь проговорил Миша. — Хочешь сказать, что это чучело — твой мужчина?!
Дарен, скрестив руки на груди, молча наблюдал за попытками бывшего достать его. Только лёгкий пар, исходящий из ноздрей, подсказывал, что была бы его воля, то он бы разорвал незваного гостя на части.
— Эта мужская человеческая особь тебя беспокоит, Тина? — спросил Дарен, пристально глядя на меня, ожидая моего решения.
— Что?! Тина, как он может так разговаривать со мной? Я твоя семья!
— На тебе нет запаха этой семьи, — грозно сказал Дарен, выходя вперёд, резко хватая за пальто бывшего, так, что его ноги оторвались от пола, и, немного встряхнув его, продолжил: — Тина не твоя женщина.
— Твоя, что ли? — прошипел бывший.
— Если она согласится, — спокойно сказал Дарен и ещё раз встряхнул бывшего. — А теперь убирайся отсюда, пока я не обглодал твои косточки.
Стоя за