— Потому что я больше не люблю тебя. Потому что не доверяю тебе и не хочу иметь с тобой отношений.
Вроде бы понятно объяснила, но не для Влада.
— Но я же извинился! — возмущается он. — Я же наладить хочу…
— Ты притащил в домик у моря свою любовницу! — Голос мой становится громче. — В тот самый домик у моря, который я сняла и оплатила для нашего празднования годовщины. Ты подтерся моими чувствами! Унизил…
— И ты достойно мне отомстила, — кивает он. — Поставила на место.
Это да. Жаль, что месть не добавила бывшему мужу мозгов.
— Извини, Влад, но я к тебе не вернусь. Это окончательное решение.
В кабинете повисает пауза.
Длинная, тягучая, замогильная.
— Я понял… — понурив голову, отвечает Влад. — Я не заслужил такую женщину, как ты. Я дурак был, Алька… Ты же мое все…
При этом он выглядит таким грустным и жалким, что мне даже становится не по себе. Взгляд расстроенный, плечи опущены.
Сама не знаю, зачем пытаюсь его успокоить.
— Я уверена, что ты обязательно найдешь себе нового человека, — мягко говорю. — Пусть это будет женщина с ребенком, раз у тебя своих быть уже не может. Если уж решил быть отцом, у нас в городе полно одиноких женщин с детьми. Найдешь другую без труда.
— Я не хочу другую, хочу тебя, родную мою… — шепчет он.
— Все, Влад. Разговор окончен, — резко отрезаю я.
— Только одна просьба, и после этого сразу уйду. — Он умоляюще смотрит на меня. — Одна-единственная…
— Какая просьба? — настораживаюсь.
— Один-единственный раз обнять напоследок. Чтобы попрощаться, Аль. Я больше не побеспокою…
Смотрю на него и внезапно вижу в нем того парня, за которого выходила замуж десять лет назад. Раньше я на что угодно была ради него готова. А теперь… Пожалуй, осталась только жалость.
Шумно вздыхаю, встаю из-за стола, делаю шаг навстречу. Влад тоже встает, и я позволяю ему обнять меня. Он осторожно обвивает мои плечи руками. На секунду мне становится грустно от воспоминаний. Ведь я так любила его объятия, так их хотела, но он так редко меня ими баловал…
Неожиданно Влад прижимает меня к себе крепче, а потом и вовсе наклоняется, лезет с поцелуями.
— Я люблю тебя, Альбиночка! Люблю больше жизни! — чуть не кричит он и пытается поцеловать в губы.
От растерянности я даже не догадываюсь его сразу отпихнуть.
Никто из нас не замечает, как открывается дверь.
В проеме показывается администратор Люда и… Макар!
Я замечаю его краем глаза, когда пытаюсь выкрутиться из объятий Влада, а тот умудряется все-таки поцеловать меня взасос.
— Вы издеваетесь надо мной! — орет Макар так, что у меня звенит в ушах.
Я резко отшатываюсь от бывшего мужа.
А тот с боевым видом орет:
— Что здесь делает этот придурок? Вы же расстались! Вы же…
— Альбина, ты всерьез миришься с этим ничтожеством? — рычит Макар, сжимая кулаки.
— Кого ты назвал ничтожеством, шкаф мясной с куриными мозгами! — вскипает Влад. — Да я тебя…
Тут они сцепляются.
Натурально сцепляются, как боксеры на ринге.
— Надо было тебе сразу морду набить! — рычит Макар.
И первым бьет Влада в челюсть, тот пытается увернуться, но получает основательный тычок кулаком. В результате оба падают, причем прямо на пол перед моим столом. Катаются по полу, пыхтят и сыплют оскорблениями. Влад пытается ударить коленом, Макар хватает его за воротник.
Я стою в шоке, не знаю, что делать. В кабинете такой грохот, что, наверное, слышно на весь салон.
Между прочим, у меня нервная система тоже не железная.
Хватаю со стола графин с водой, из которого обычно поливаю цветы на подоконнике, и выливаю содержимое на драчунов.
— А ну пошли вон оба! — кричу изо всех сил. — На фиг вы мне оба не сдались, павлины расфуфыренные! Идите на улицу и там деритесь сколько влезет, а то я сейчас полицию вызову!
Оба драчуна, мокрые и взъерошенные, поднимаются с пола. Бросают друг на друга убийственные взгляды, меряют этими же взглядами меня и направляются к выходу. Влад на ходу поправляет галстук, Макар вытирает кровь с разбитой губы.
Остается только Люда, с восхищением смотрящая на удаляющихся мужчин.
— А ты чего улыбаешься? — раздраженно спрашиваю. — И что у тебя за букет в руках?
— Так… — хихикает Люда. — Мачо твой вручил, когда увидел, как ты целуешься с бывшим мужем. Наверное, тебе нес.
С цветами, значит, пришел, сволочь! Зачем?
Глава 41. Женсовет. Снова в деле
Альбина
Естественно, мы с Людой не удерживаемся на месте. Любопытство сильнее нас.
Не сговариваясь, несемся к окну, выходящему на улицу.
Я чуть не сшибаю стул в спешке, а Люда так вообще забывает про букет, который до сих пор сжимает в руках.
За нами спешат все остальные. Лали, Софочка, на ходу стягивающая с рук перчатки. Маша и Адель буквально впечатываются друг в друга в дверном проеме, и даже парочка клиенток, забыв про свои процедуры, присоединяется к нашему параду любопытных.
Вскоре в салоне у окна настоящее столпотворение.
Меж тем на улице творятся чудные дела.
Макар и Влад стоят друг напротив друга, как два разъяренных быка. Расстояние между ними полметра, не больше. Макар сжимает и разжимает кулаки, Влад поправляет галстук и злобно сопит.
— Ты вообще кто такой, что сюда приперся? — рычит Влад, пихая Макара в грудь.
— А ты кто такой, паразит, чтобы ее лапать? — огрызается Макар и отвечает тем же, толкая Влада еще сильнее.
Тот пятится, но тут же бросается вперед.
И они снова сцепляются! На этот раз крепче, отчаянней, но хоть на землю не падают. Макар хватает Влада за воротник рубашки, тот пытается поддеть его подножкой.
Как школьники, ей-богу!
Тут, как по команде, по улице проезжает полицейская машина со включенной мигалкой. Притормаживает, останавливается метрах в десяти от них. Из машины неспешно выходят два полицейских — молодой парень и женщина средних лет. Но подходить к дерущимся не торопятся, останавливаются в сторонке и наблюдают с видимым интересом.
Видят их и драчуны.
Резко отпускают друг друга, отряхивают одежду. У Влада рубашка наполовину вылезла из брюк, а у Макара кровь на губе. Переходят на словесное выяснение отношений, при этом говорят так громко и эмоционально, что их слышно и в салоне.
— Да пошел ты…
— Нет это ты пошел на…
Они с упоением шлют друг друга в места, о которых приличным девочкам знать не полагается. Полицейские переглядываются и что-то тихо обсуждают между собой, а потом все же двигаются к