— Капитан! — сказал он. — Если мы хотим выжить... или по крайней мере, попытаться выжить, то нам следует уходить. По моему скромному мнению...
Он повел рукой налево. Все дружно обернулись, оторвавшись от созерцания обреченного корабля и гадая, какую новую неприятность заготовила для них капризная фортуна.
Оказалось, что зеленые облака, затянувшие верхнюю часть уступа, не канули в пропасть вместе с основным массивом. Напротив, они загустели, налились мертвенно-изумрудным сиянием и неторопливо покатились вниз по склону, прямо в сторону замерших от ужаса наблюдателей. Не оставалось сомнений: еще несколько минут — и смертельно опасная масса накроет их с головой. Однако фортуне, явно решившей покончить с дерзкими пришельцами, этого показалось мало, и она решила усилить эффект, чтобы уж наверняка... Нижняя часть изумрудной дымки оказалась не столь плотной, зато сквозь нее отчетливо просматривались серебристо-ртутные отблески. Спустя несколько мгновений стало ясно: по склону катится набиравший силы губительный вал.
— За мной! — крикнул Эллингхаузер. — Отступаем!
Десантники не заставили повторять приказ дважды. Со всей возможной быстротой они кинулись вниз, подальше от неотвратимо надвигавшейся смерти. Залитый «ртутью» рейдер очень быстро пропал из виду, продемонстрировав напоследок оплывшую и ярко сиявшую в лучах неведомого источника батарею лидаров. Затем и она канула за иззубренную каменную кромку. Экипаж «Леопарда» остался один на один с таинственным и крайне опасным местом, куда волею судеб занесло сбитый над Обероном корабль.
Каменный козырек, по которому торопливо спускались десантники, внезапно резко завернул вправо, завершившись широкой ровной площадкой, круто обрывавшейся в пропасть.
— Приплыли, — тяжело дыша, сказал Далтон. — Дальше хода нет.
— Похоже, удача изменила тебе, Пауль-везунчик, — добавила Эмери. — А заодно и нам.
Эллингхаузер, стиснув зубы, молча разглядывал обрыв, окончательно похоронивший надежды на спасение, а потом развернулся и зашагал вверх по склону, навстречу неотвратимо надвигавшейся угрозе. Хадсон обвел взглядом притихший экипаж, а затем, не говоря ни слова, присоединился к капитану. Тот, не повернув головы, произнес:
— Есть надежда, что этот вал движется по прямой, а не по склону. Тогда вон на том повороте его просто снесет в пропасть. Во всяком случае, я на это надеюсь.
Подошли остальные члены экипажа. Все молча ждали решения своей участи.
Однако надежды не оправдались. Лишь несколько ртутно блестевших языков сорвалось с обрыва, а основная масса, накрытая изумрудными облаками, продолжала двигаться по узкому карнизу, словно приклеенная. Десантники отступили на площадку и замерли, вжавшись спинами в каменную стену и ожидая неизбежного.
Смертельный вал выкатился из узкой горловины и растекся в стороны, сильно замедлив ход. Однако не остановился окончательно, продолжая отвоевывать метр за метром, хотя нетрудно было заметить: каждый следующий шаг дается ему все с большим и большим трудом.
«Все верно, — подумал Эллингхаузер. — По ровной поверхности совсем не то же самое, что под горку.»
— Замедляется, — подтвердил Хадсон. — Может, и не дотянется. Тогда еще немного поживем.
— Вопрос только — зачем? — хмуро произнес Далтон. — Чтобы через несколько часов умереть от удушья? Перспектива так себе...
— Хочешь поговорить о смысле жизни? — осведомился капитан. — По-моему, ты выбрал не лучшее время... тем более что этот вопрос мы уже поднимали. Обсудим после, если у тебя еще будет такое желание.
Радист тяжело засопел, однако промолчал.
В клубящейся зеленой дымке внезапно обозначилось какое-то движение. В самом центре облачного массива неожиданно возникла неясная смутная тень, очень быстро оформившаяся в некое подобие человеческой фигуры.
Эмери тихо охнула.
— Спокойно! — произнес Эллингхаузер, стараясь предотвратить возможную панику. — Скорее всего, это наше собственное отражение.
Однако сразу же понял, что гипотеза не выдерживает никакой критики.
«Как же похоже на мое бредовое видение сразу после катастрофы, — вдруг подумал он. — Абстрактный гуманоид в ореоле изумрудного сияния... такой же темный, а не сверкающий, как того можно было бы ожидать. Здесь все либо черное, либо сверкающее... Если начнет распадаться прямо на наших глазах, я, пожалуй, поверю, что мысль все-таки материальна.»
Загадочная фигура внезапно сделала шаг вперед, оказавшись вне пределов туманной завесы. Больше всего таинственный пришелец напоминал отлитую из блестящего металла грубую заготовку, потому что начисто оказался лишен каких-либо индивидуальных черт. С ног до головы его обволакивала все та же ртутная субстанция, словно нехотя сползавшая вниз и растекавшаяся у ступней непрерывно растущей зеркальной лужей. Нежданный гость, не обращая никакого внимания на замерших в тревожном ожидании десантников, сделал еще один шаг вперед... потом еще один... На каменной поверхности образовалась целая цепочка быстро таявших ртутных следов.
Появленец пересек площадку и остановился на краю обрыва. Блестящая металлическая пленка окончательно сползла и канула в небытие, открыв взорам самую обычную человеческую фигуру в скафандре... точной копии их собственных. Это казалось невозможным, однако по всему выходило: никакой это не чужак, а землянин... либо удивительно точная копия землянина.
У каждого из десантников непроизвольно возникла одна и та же шальная мысль: может быть, это спасатели? Наконец-то, явились «туда не знаю куда», чтобы выручить из беды несчастный экипаж почившего в бозе рейдера. Однако спустя мгновение стало очевидно: нет, не похоже, спасатели так себя не ведут. Обстоятельства появления и манера поведения незнакомца заставили отбросить предположение о явившихся на выручку землянах... хотя и с немалой долей сожаления и разочарования.
Пришелец в явном раздумье смотрел в бездонную черную пропасть. Впору было принимать ставки — «прыгнет — не прыгнет».
Эмери вдруг приглушенно вскрикнула, глядя на появленца широко раскрытыми глазами.
— Что случилось? — мгновенно отреагировал Эллингхаузер.
— Вы видели? Это же вы...
— С чего ты взяла?
«Не хватало мне здесь галлюцинаций, — нахмурившись, подумал он. — Хотя действительно, впору сойти с ума.»
— Номер...
Капитан посмотрел на медиколога с недоумением. Мол, какой еще номер?
— Номер на крышке скафандрового люка — Л-5 ДКС № 3... Это же ваш номер!
— В самом деле, — немного растерянно отозвался Эллингхаузер. — Номер мой, отрицать глупо. Однако это не означает, что внутри тоже я.
«А в самом деле — кто? — мысленно добавил он. — Я? Чушь какая-то. Может, подойти и спросить? Мол, друг, не подскажешь, как выбраться из этого чертова места? Вдруг и в самом деле наставит на путь истинный.»
— Смотрите, капитан, — вдруг произнес Хадсон. — Еще один...
Новый пришелец в точности повторил путь своего более раннего коллеги. Точно так же, абсолютно не реагируя на вжавшихся в скалу десантников, он протопал мимо и остановился рядом с первым. Лица под забралом шлема рассмотреть не удалось по причине опущенного противосолнечного фильтра, и это несмотря на царивший повсюду мрак, лишь в очень малой степени рассеиваемый замогильным сиянием изумрудных облаков. Зато в отраженном свете прекрасно различался скафандровый номер: Л-5 ДКС № 3.
— И это тоже вы, капитан, — нервно хихикнул Далтон. — Теперь вы у нас едины в трех лицах.
— Если не появятся новые, — мрачно добавил Гиббс.
Он словно в воду глядел: один за другим из неотвратимо наползавших зеленых облаков народилось еще трое, причем с одним и тем же номером на скафандрах.
— Шесть, — подвел итог инженер. — Вместе с вами.
Пришельцы сгрудились на краю обрыва. Создалось полное впечатление того, будто происходит некое неслышное посторонним совещание. Вроде обмена мнениями, что делать или куда двигаться дальше, если дорога закончилась. Эллингхаузер лелеял крайне хрупкую надежду на то, что последующие действия незнакомцев могут указать путь к спасению, а потому не отрывал взгляда от замершей в нерешительности компании.