Мое!
Только я могу ее трогать!
Моя Лапуля. Совсем девчонка. Но идеально мне подходит. Про жопку с кулачок я тогда нарочно ляпнул. Все у нее там прекрасно.
Меня устраивает полностью.
Ладонь сама медленно переползла на аппетитную попку Лады. Пальцы сжали упругую плоть.
Хор-роша…
По плечам пробежала легкая судорога.
Член в штанах дернулся и стал стремительно наливаться кровью. До ломоты в яйцах.
Да что за блядство!
Трахать спящую наполовину бессознательную девчонку я не буду. Я же не урод какой.
Сам усыпил и сам в трусы ей полезу?
Хотя, хочется, да.
И ей понравится точно. Как она об меня терлась, когда прибежала в своем халатике? Потекла моментально. С первого же прикосновения к стволу.
Это и сбило с толку.
Я ведь ее шлюшкой посчитал по привычке. Умелой. Хорошо маскирующейся под невинную цыпочку. Но только шлюхи от мужиков не текут. Только если нимфоманки. Тем все равно, с кем трахаться и где.
А Лапуля сама испугалась своего возбуждения.
Оно для нее непривычно.
Как и то, что к ней пристают.
Я скрипнул зубами. Голландец — сука. Пытался мне лыбится и отрицать, что он на Ладу виды имеет.
Мне срать, какие именно. Трахнуть или отношения замутить. Не позволю. Тем более, она сама не хочет. Это же очевидно. Она же чистюля непорочная.
Ее любить надо. Нежно. Отдавать душу ей. Она вранье не простит, погибнет. А он привык телок драть безжалостно. Пользоваться, а потом выкидывать. Я же давно его знаю. Очень давно.
Лада опять заворочалась. Потерлась носом об меня. Проехалась им по соску. И задышала на него горячо.
Внутренности пробило дрожью.
Маленькая, как котенок. Не весит ничерта почти. На руках ее носить одно удовольствие. Даже когда шипит и фыркает.
Смешная.
Не поняла еще, что попала ко мне в лапы безвозвратно.
Я костяшкой пальца провел по гладкой нежной щечке. Лада дернула уголком губ, и я поспешно убрал руку. Пусть спит.
Я же понимаю, что вся эта поебень с полицаями ее вымотала. Еще и Герда вылезла некстати. Упертая, пиздец.
Хватило одного раза с ней по пьяни переспать.
Так теперь визжит, но лезет ко мне обратно в койку.
Только я ее не хочу. Я свою Лапу хочу. И я ей все объясню, когда она проснется. Потому что врать не мой принцип.
Хватит.
Не двадцать лет мне уже, чтобы интриги разводить.
Воздух в груди сперло комом. До боли. До напряжения в мозгах. Охуеть. Это мне было достаточно с Лапой на сердечках поспать?
Потому что я на этом повороте, по ходу, влетел.
А она еще и не знает ничего…
Глава 10
— Чего-о?
Лихач закатил глаза и так тяжко-тяжко выдохнул.
— Какое нахрен опять свидание? — я чуть водой не поперхнулась.
Мало того, что это чудовище волосатое притащилось ко мне без приглашения. Взломало дверь и потом спало со мной весь день. Так теперь еще и свиданием опять угрожает!
— Дубль два, Лапуль, — огромный полуголый мужик на моей кухне смотрелся чужеродно.
— Иди ты, — я вовремя прикусила язык. Смягчила ругательство. На такого бугая даже жутковато серьезно ругаться. — В задницу!
— Бля, а я чот решил начать с обычного секса…
Он потянулся ко мне, шагнул ближе.
И я завизжала.
Чего-о-о?!
Какой секс?
Остатки воды из кружки выплеснулись на его широченную грудь. Разлетелись по кухоньке брызгами.
Но нужного мне эффекта не принесли.
Лихач сграбастал меня в охапку.
Сдавил, чтобы не дергалась, прижал к себе мокрому. И улыбнулся плотоядно-жадно.
— А ты у меня хулиганка, да? Любишь погорячее?
— Отвали! — я ерзала в захвате стальных мускулов, но только больно себе делала. — Извращенец! Все вы, мужики, только о сексе и думаете! Как будто ничего на свете лучше нет!
— А что есть?
— Ну, — я растерялась. Он что, серьезно меня не понимает? — Я не знаю. Не могу вот так сразу ответить.
— Вот и я не могу. Приходится трахаться, — он пожал покатыми плечами.
— Да отпусти ты меня!
— Не могу. Тебя трогать хочется.
— Не натрогался, пока рядом весь день валялся? — я отвела взгляд.
Мысль, что мы вместе спали как будто пара, меня нервировала.
Я ведь как сурок спала.
Ничего не помню. Не знаю, что между нами было.
— Я спящих девочек не трахаю, если ты об этом, — он невозмутимо повернул мое лицо к себе. — Нет интереса.
— Вот спасибо. Аж сразу полегче стало!
— Пожалуйста. Собирайся.
— И куда ты собрался вести меня на этот раз? Скорая помощь? Пожарные? МЧС? Где этой ночью веселиться будем? — я отклонилась и ответила ему нахальным взглядом. — А Голландцу я что скажу? Меня вообще-то на работе ждут. Моя смена.
— Не ждут.
Он разжал руки.
Выпустил меня из объятий и сел. Полудохлая табуретка под его огромным телом жалобно скрипнула.
— В смысле? — ну, почему я жду какой-то гадости?
— Ты больше не работаешь в Покрышке.
Я онемела.
Открыла рот, чтобы высказать ему много приятного.
Звук не шел.
Закрыла рот.
Не в силах совладать с эмоциями, взмахнула руками. Последние капли воды из кружки отлетели на стену над Лихачом.
А этот неандерталец даже не пошевелился.
Сидел и смотрел на меня, как будто ничего не произошло.
Значит, так? Значит, он решил действовать от моего имени и по своему усмотрению? Предлагает мне роль глупой подконтрольной куколки?
Что ж…
Посмотрим, кому это надоест первому!
— Ладно, — я сложила руки на груди. — Будет тебе свидание. Полчаса и я соберусь.
Я хлопнула дверью в комнату с бешеной злостью.
Гад!
Какой же гад!
А то, что я без работы остаюсь без средств на жизнь, он это понимает вообще? Это у него тачки дорогущие! Квартиру он непонятно зачем снимает, хотя вроде как дом есть за городом! И цена у нее раза в два выше.
А мне-то что делать?
У меня в запасе тысяч двадцать лежит и все на этом.
На один месяц аренды. И можно просто лечь и умереть от голода.
Я рванула дверцы шкафа. Ладно. Будет ему куколка послушная. Такая, что от сладости еще стошнит или диатез вылезет.
На заднице!
Я перебрала пальцами вешалки. Ага! Сдернула короткий летний комбинезон и натянула на себя.
Ужасная вещь!
Чем я думала, когда покупала? Все же видно! Вообще не нагнуться будет. Особенно на босоножках со шпильками.
Да и плевать.
Я расчесала волосы, стянула их в высокий хвост на макушке. Подкрасила быстро глаза, провела по губам блеском.
Глянула в зеркало на двери шкафа.
Так и есть — кукла. Красиво, конечно. Как с картинки. Но я бы