— Мне нужно место, где я смогу увидеть отрытый космос, — помолчав, произнёс чрескун. — Там, я смогу позвать свой корабль. И ещё, я голоден.
— Это понятно. Но из чего состоит ваша еда?- озадачился парень.
— Смесь на протеиновой основе. Я могу назвать формулу, которая поможет синтезировать пищу.
— Называйте, — быстро кивнул Артём.
Из динамика послышались вполне знакомые названий химических элементов. Голограмма Доки, дослушав всё это до конца, коротко кивнула и парень, переведя дух, уточнил:
— Может, вам нужно что-то ещё?
— Свежий метан. Тут становится трудно дышать. И вода. По-вашему Н2О.
— Уже везут, — тихо сообщил Дока, заметив вопросительный взгляд парня.
— Сейчас вам привезут всё нужное, а после, вас отвезут на лётную палубу. Увидеть открытый космос вы сможете только оттуда. Но сразу возникает вопрос. Вы сможете позвать корабль просто так, или для этого нужно будет откачать оттуда воздух?
— Чем закрыта палуба, если открыта затворка?
— Силовой завесой.
— Тогда, ничего не нужно. Только открыть ворота.
В помещение вкатилась куча дроидов техников и тут же развили у стойки деловую суету. С подсказками чрескуна, они подключили к аквариуму баллоны с метаном, закачали в резервуар свежую воду, а после, сунули в выдвинувшийся лоток банки с пищевым концентратом. Что в него входило, Артём даже спрашивать не рискнул. И без того, выглядело это месиво словно сиреневый мусс, начинавший дрожать от любого движения. Обитатель аквариума затих минут на десять, а после, словно ожив, снова развернулся к хозяевам линкора своей кошмарной физиономией. Но на этот раз, выглядел он гораздо дружелюбнее, если обтянутый морковного цвета кожей череп вообще может выглядеть дружелюбно.
— Я благодарен. Теперь, мне нужно на лётную палубу, — раздалось из динамика и дроиды, облепив стойку, дружно покатили её в нужную сторону.
Для этого странного ритуала Дока выбрал одну из палуб, что была переделана под технические нужды корабля. А точнее, под разборку и переработку трофейных кораблей. Режим параноика никто не отменял, так что, показывать непонятному существу лишнего, никто не собирался. Подкатив стойку с аквариумом к самой завесе, дроиды остановились. Встав в примерно пяти шагах от гостя, Артём с интересом уставился на стеклянный куб.
Чрескун в нём активно зашевелился, а после, по палубе разнёсся едва слышный, почти на грани восприятия свист. Сколько это продлилось, Артём не понял. От этого звука у него вдруг заныли зубы и начали болеть уши. Но вдруг, всё закончилось, и на парня навалилась оглушающая тишина. Тряхнув головой, он уже собирался по привычке высказаться крепким словцом, когда откуда-то снаружи, послышался ответный свист. На этот раз, гораздо мощнее.
От этого звука, у парня просто подкосились ноги, и потемнело в глазах. Очнулся он, лежащим на палубе. С кряхтением усевшись, Артём в голос выругался и в очередной раз, тряхнув головой, осипшим голосом прокаркал:
— А можно было как-то предупредить, что вызов, это несколько неприятно?
— Я прошу меня простить. Извинить, — раздалось в ответ. — Мой корабль, ещё очень молодой и не всегда может правильно рассчитать свою силу. Скоро он будет тут.
— Вот так просто? Скоро будет?- не поверил парень.
— Вы сейчас сами увидите, — отозвался чрескун.
— Этого не может быть, — услышал парень по мыслесвязи и, вздрогнув от неожиданности, уставился в открытый космос.
Примерно в нескольких километрах от линкора, словно из ниоткуда вдруг возникла какая-то громадная тёмная масса, размерами лишь немного уступавшая их кораблю. Замерев на минутку, эта масса вдруг пришла в движение. Это очень напоминало рябь, пробежавшую по какой-то поверхности. А после, изогнувшись, словно рыба в движении, непонятное нечто двинулось прямо к линкору.
— Вот и всё. Сейчас он подойдёт, и вы сможете просто толкнуть меня в проход, который откроет мой корабль, — произнёс чрескун, заставив Артёма очнуться и отступить назад.
Эта огромная масса мчалась прямо на линкор, но в последний момент, изогнувшись каким-то неимоверным движением, она сумела сбросить скорость и пристыковаться к открытому проёму с ювелирной точностью, едва коснувшись борта корабля.
— Я благодарен вам за выручку, помощь. Вы смогли доказать, что ваша раса имеет не только плохих, но и очень хороших разумных. А теперь, я прошу толкнуть мой скафандр туда.
Сразу за силовой завесой неожиданно открылся широкий проход. Дроиды, подчиняясь команде Доки, просто толкнули стойку в нужном направлении и она, мягко преодолев завесу, перекатилась с палубы линкора, в пасть непонятного существа. Проход беззвучно закрылся, и существа мягко отошло от борта.
— Я весьма признателен, благодарен за помощь и вашу доброту. Не ищите способов исправить вашу нейросеть. Она установилась, но её работа основана на генном коде ушедшей расы. Чтобы она начала работать как надо, нужно изменить ваши гены. Стать тем, кем была ушедшая раса. Но это не возможно. И снять её, вы тоже уже не сможете. Она не просто прижилась, а начала изменять ваш организм. Удалив её, вы убьёте себя. Мне горько это говорить, но это правда. И я должен был вам рассказать, чтобы оказать хоть какую-то помощь. Иначе, вы по незнанию, можете причинить себе вред. Это всё. Прощайте.
Механический голос чрескуна разнёсся по всей палубе, словно он использовал систему внутреннего оповещения, но Артём знал, что это не так. Глядя, как непонятное существо просто растворяется в объёме, парень только грустно вздохнул:
— Прощай, Черок.
* * *
Вертя в пальцах стилет из керамоброни, Артём мрачно пялился невидящим взглядом в обзорный монитор, развалясь в ложементе с видом полной обречённости. Сидевшая в ложементе навигатора Рада, только испугано переводила взгляд с парня на замершие в рубке голограммы и обратно. То, что они услышали от улетевшего чрескуна, заставило парня погрузиться в мрачное настроение. Ведь одно дело, знать, что о твоей нейросети просто никто ничего не знает и совсем другое, понимать, что исправить её просто невозможно.
А самое поганое, что её теперь даже удалить невозможно, просто потому, что удаление попросту парня убьёт. Это было сказано прямо и без всяких нюансов и обиняков. Всё сказанное двойного толкования не допускало и, судя по всему, чрескун сказал это не для того, чтобы обидеть или как-то задеть, а для того, чтобы предупредить. А что прозвучало жестоко, так тут всё понятно. Другая раса, другие понятия. Вздохнув, Артём в очередной раз провернул в пальцах нож и, повернувшись к голограммам, тихо спросил:
— Что делать будем,