Глава 13
Он пристально смотрел на меня, и на секунду я испугалась, что он меня выгонит. Что я зашла слишком далеко. Но вместо этого он встал. Подошел к окну и посмотрел на непрекращающийся дождь.
— Моей семье принадлежит весь город, — тихо сказал он, стоя ко мне спиной. — Хотя большая часть сейчас в руинах.
— Но есть что-нибудь? — настаивала я, и сердце мое замерло. — Хоть что-то. Маленький уголок!
Он обернулся и посмотрел на меня с любопытством. Мой чай для спокойствия, похоже, действовал.
— Есть одно место, — наконец сказал он. — Старая лавка на углу площади. Она принадлежала моей двоюродной бабушке. Она держала там травяную лавку. Место заброшено уже много лет.
Да! Волнение пробежало по мне с ног до головы.
— Я могу… могу я ее посмотреть?
Он долго смотрел на меня, словно взвешивая все за и против участия в моем безумии.
— Завтра утром, — наконец сказал он. — Мы поедем в город. Но не стройте иллюзий, Анна. Она, скорее всего, вот-вот развалится. И ваша идея по-прежнему абсурдна.
— Спасибо, — прошептала я, чувствуя, как слезы облегчения подступают к глазам. — Спасибо, граф!
— Не благодарите меня пока, — проворчал он. — Я, вероятно, пожалею об этом, как только взойдет солнце. Если оно вообще когда-нибудь снова взойдет.
* * *
На следующее утро мы снова отправились в унылую поездку в Янтарный Холм. Но на этот раз я не чувствовала отчаяния. Я чувствовала электризующее волнение, смесь страха и эйфории.
Аларик остановил повозку у площади и повел меня по мощеной боковой улочке. И тогда я его увидела.
Здание стояло в конце улицы, на углу. Маленькое, двухэтажное, зажатое между мрачной на вид булочной и закрытой суконной лавкой. Оно было в плачевном состоянии. Краска на деревянном фасаде облупилась, обнажив серое дерево. Черепица на крыше поросла мхом, а одна из ставен висела на одной петле, скрипя на влажном ветру.
Но несмотря на все это, оно было… очаровательным.
На первом этаже было большое витринное окно, грязное и затянутое паутиной, но я видела, что стекло не разбито. А над дверью криво висела старая, выцветшая деревянная вывеска. Я с трудом могла разобрать буквы, но, казалось, когда-то на ней был изображен цветок или растение.
А лучше всего были окна второго этажа. Они не были квадратными и скучными, как в других зданиях. Они были круглыми. Два больших круглых окна, как глаза мудрой совы, смотрели на серую улицу.
— Вот оно, — сказал Аларик таким тоном, будто показывал мне груду обломков. — Великолепное наследие фон Штейнов.
Я не могла отвести взгляд.
— Оно идеально, — выдохнула я.
Он посмотрел на меня так, будто у меня выросла вторая голова.
— Идеально? Анна, крыша, вероятно, протекает, как решето. Пол, должно быть, прогнил. И я даже не хочу представлять, какие твари там живут.
— Но у него круглые окна, — сказала я, как будто это все объясняло. — И посмотрите на эту вывеску. И на витрину. Представьте, как уютно здесь может быть! С огнями внутри, с запахом кофе и свежей выпечки…
Он покачал головой, но я увидела, как в уголке его губ появилась морщинка. Тень улыбки.
— Ваш оптимизм так же нелогичен, как и ваши истории о металлических повозках.
Он достал из кармана огромный ржавый железный ключ и подошел к двери. Замок запротестовал громким скрежетом, но в конце концов поддался. Он толкнул дверь, и она открылась с жалобным стоном.
Нас встретил запах пыли, сырости и запустения. Я заглянула внутрь, и сердце мое бешено заколотилось.
Было темно, но серого света, пробивавшегося сквозь грязную витрину, было достаточно, чтобы все разглядеть. Комната была больше, чем казалась снаружи. Вдоль стен стояли пустые, покрытые толстым слоем пыли полки. Длинный деревянный прилавок тянулся вдоль одной стороны комнаты, а за ним было еще больше полок и маленьких ящичков, вероятно, для трав и специй. Пол был усыпан мусором и сухими листьями, которые нанесло под дверь. Паутина размером со скатерть свисала с потолочных балок.
Все было в ужасном состоянии. Все было заброшено. Но, это было самое прекрасное место, которое я когда-либо видела.
Я вошла, и мои шаги гулко разнеслись в пыльной тишине. Я могла это видеть. Я все видела в своем воображении. Чистый, отполированный прилавок. Маленькие круглые столики у витрины. Цветы на подоконниках. Огонь, потрескивающий в небольшом камине в углу. И воздух, пахнущий не сыростью, а корицей, шоколадом и надеждой.
— Внутри оно еще идеальнее, — сказала я, повернувшись к Аларику с улыбкой до ушей.
Он стоял на пороге, наблюдая за мной с непроницаемым выражением лица.
— Вы совершенно сумасшедшая, — сказал он, но на этот раз это прозвучало почти как комплимент.
— Возможно, — признала я. — Но, я собираюсь превратить это место в нечто чудесное.
Меня переполнял такой чистый, такой ошеломляющий энтузиазм, что мне казалось, я могу поднять это ветхое здание голыми руками. Неважно, что оно было в плачевном состоянии. Неважно, что у меня не было ни денег, ни помощи.
Я нашла свое место. Здесь, в этой заброшенной лавке, в этом дождливом городе, в этом странном мире.
Это будет мой дом!
Глава 14
Я проснулась на следующее утро еще до того, как серый рассвет просочился сквозь щели в шторах. Я не спала — я летала. Всю ночь мне снились круглые окна, аромат свежесваренного кофе и смеющиеся лица. Я проснулась с таким зарядом энергии, будто выпила не одну, а десять чашек своего волшебного напитка.
Идея! У меня была идея, а это было гораздо больше, чем у меня было днем ранее.
Я оделась в свое дорожное платье, которое уже казалось мне униформой, и, не дожидаясь приглашения, направилась прямиком на кухню. Если я собираюсь стать хозяйкой в этом замке, пора начинать вести себя соответственно.
Марта уже была там, двигаясь в предрассветном сумраке, как бесшумный серый призрак. Она бросила на меня взгляд, полный яда, когда я решительно подошла к очагу.
— Я сама разожгу огонь, — заявила я прежде, чем она успела открыть рот.
— Граф не любит перемен, — проскрипела она.
— Граф любит горячий кофе по утрам, — парировала я с улыбкой. — И сегодня я собираюсь испечь к нему кое-что особенное.
Прежде