Рваный треск нервущегося (в теории) неопрена убедил меня – происходит именно это. Именно там!
Мы отчётливо и неоднократно указывали рыбакам, что корреспондент у нас крупный. 1.92 м в высоту. Изрядной ширины при этом.
И вот ему… То есть, мне… Предлагают облачиться в гидрокостюм, пошитый, видимо, на подростка! Худого и застенчивого.
– Ничего, – философски замечает Джорджи, потомственный рыбак. – Мы тебя намылим.
Если вы не стояли голышом на бодрящем апрельском ветерке на шаткой корме утлой лодчонки в Боко-Которском заливе (Черногория) и невозмутимый Джорджи не поливал вас мыльной водой, значит, вы не такой энтузиаст подводной охоты, как я в те минуты. Костюм натягивали втроём.
А ведь говорил мне тренер по дайвингу: «Ныряй только со своим оборудованием». Золотые слова, украшенные брилиантами.
И в мою жизнь ворвались хаос и кошмар. Кошмар под лозунгом «Ну, хуже уже не будет».
Представьте диспозицию: длинный волнолом, где, по словам Джорджи, водятся осьминоги. На волноломе наша съёмочная группа (две камеры), группа Черногорского телевидения (две камеры) и отдельная корреспондентка (неизвестно чего) тоже с камерой.
Местные журналисты хотели сделать сюжет о том, как гости из России познают черногорскую кухню. Сюжет удался.
Первыми не выдержали штаны. Они лопнули как раз… ну, в общем, сзади. Я услышал треск и ощутил прохладные волны адриатического моря. Прямо с тыла. Ладно, хуже уже не будет.
Будет! Внезапно неведомая сила переворачивает меня лицом вниз. И, соответственно, прорехой вверх. Навстречу двум нашим камерам. Камерам коллег. И навстречу отдельному корреспонденту, очень, замечу, привлекательной женщине. Грузы! Оказалось, застёжка неисправна. И свинцовые бляхи, перемещаясь, вращают вашего покорного слугу в совсем нежелательном направлении. Хорошо, что хуже уже не будет. «Используй ТОЛЬКО своё оборудование!» Золотые слова на платиновом поле.
Тут в мои лёгкие полилась вода. Старая добрая Адриатика. Не заметил, что по трубке ныряльщика, выданной заботливым Джорджи, змеится трещина!
Итого: в одной руке брыкается осьминог, другой отчаянно гребу, стремясь скрыть от объективов, так сказать, изъяны костюма, и выпускаю фонтаны воды, пытаясь отдышаться, подобно резвому дельфину.
На берегу оживление. Как впоследствии сообщила мне прекрасная корреспондентка (неизвестно чего): «Вы так славно сражались с осьминогом на камеру».
Хуже уже не будет.
В это мгновение обе мои перчатки буквально взорвались. Лопнули! Превратились в этакие кокетливые перчаточки без пальцев (кажется, называются «митенки»).
Тут я решил, что мне лучше направиться вглубь Боко-Которского залива и там утопиться, спасаясь от позора. Буду спокойно полёживать на дне, ни о чём не беспокоясь. А потомственный рыбак Джорджио пусть сокрушается, что его замечательный гидрокостюм сгинул в пучине.
Разумеется, этот момент… Минуту полного отчаяния и душевного упадка… Разочарования вообще во всём… Этот момент выбрал осьминог, чтобы выпустить облако чернил, которые полностью меня ослепили…
Черногорский салат с осьминогом
Итак, замечательный тёплый черногорский салат с осьминогом (тут его называют «хобботницей»). Готовится 1,5–2 часа. Служит прекрасной закуской, когда вам надо пропустить рюмашку-другую, чтобы успокоить нервишки.
Потребуется:
• Осьминог – 1 кг;
• Картофель – 2 кг;
• Оливковое масло;
• Перец горошком;
• Петрушка;
• Луковица – 3 шт.;
• Стебель сельдерея – 1 шт.;
• Морковь – 1 шт.;
• Лавровый лист;
• Винный уксус.
Осьминога очень тщательно чистим. Помните, его клюв ядовит! Картофель не чистим, но моем на совесть.
В воду кладём лавровый лист, две луковицы, стебель сельдерея, перец, разрезанную пополам морковку. Доводим до кипения.
Макаем пару раз осьминога (чтобы щупальца скрутились). Оставляем в кипятке на час. (Варёные овощи в салате не используем, они своё отработали).
Отдельно отвариваем картошку до готовности. После чего ещё раз моем хобботницу, удаляем влагу полотенцем. Красиво нарезаем. (Я режу кружочками, но некоторые считают, что щупальца следует оставлять в натуральном виде). Чистим картошку, режем средними ломтиками. Шинкуем последнюю луковицу. Всё укладываем на тарелку, сдабриваем ложкой винного укуса, посыпаем петрушкой и морской солью.
И помните. Работаем ТОЛЬКО на своём оборудовании!
Марианские острова
– АКУЛА!
Отчаянный вопль оператора выдёргивает меня из Марианской впадины. Да, я нырнул прямо в Марианскую бездну. Пусть не до самого дна (там 11 километров, глубочайшая точка мирового океана). Но метра на 3 погрузился (для начала).
– АКУЛА!!!
Мы с сотоварищами промышляли подводной охотой возле острова Сайпан Марианского, стало быть, архипелага. Рыба-единорог, рыба-хирург, интересная добыча. Погружались с приличных размеров катера, высокий борт, лестница.
И вот сюрприз. Акула! Знакомый (по фильму «Челюсти») плавник режет, так сказать, бирюзовую синь океана.
И узрел я чудо. Оператора, бегущего по волнам в облаке брызг. В буквальном смысле бегущего. На приличной скорости. Жаль, поблизости не случилось никого из Олимпийского комитета, подписали бы хороший контракт.
Добежав до катера, коллега взлетел на борт. Запрыгнул! Прямо из воды! Впоследствии мы пытались повторить это упражнение. Вотще. Нельзя никуда запрыгнуть из воды. Если только за тобой не гонится акула. Я и сам поспешил в сторону лодки и заметил, что уверенно бью все свои прежние достижения в скоростном плавании. Кажется, позади вашего покорного слуги даже возник небольшой бурунчик!
Заметим, акула вела себя очень прилично. Вежливо обогнула нашу компанию по дуге и отбыла по своим делам, даже не попытавшись никого прикончить.
А мы узнали, что в глубине нашего существа скрываются человек-экраноплан и человек-торпеда.
Чтобы развить в себе выдающиеся способности, нужны годы упорного труда. Или один-единственный (но очень громкий) крик: «Акула!»
У коренных жителей Марианских островов, индейцев племени Чаморро, есть замечательная кулинарная традиция. Блюдо «келогвин». В старину с помощью него одни возвышались, другие низвергались. Чаморро были разделены на три класса: высший, куда входили воины, мореплаватели и охотники. Средний, представленный фермерами. И класс бесправных невольников.
Символом положения в обществе были не только богатство и власть, но и право поедать келогвин. Главный ингредиент высокопоставленного лакомства удивителен (для нас). Не икра. Не соловьиные язычки.
Креветки. Пресноводные креветки острова Сайпан.
Пожалуй, можем себе позволить, не так ли?