Пожалуй, это даже к лучшему, если судить по этой помойке. Зато у меня есть сорок восемь часов, чтобы сделать жилье пригодным для жизни.
— Тук-тук, — раздается женский голос у входа. Мы втроем переглядываемся, ошарашенные.
— Ты не назначал встреч на сегодня? — спрашивает Салли у Брайана.
Меня можно не спрашивать. Все знают, что встречи с клиентами я обхожу десятой дорогой. Избегание — мое второе имя.
Только вот не избежать женщину, которая уже стоит посреди гостиной: темные кудри частично прикрыты золотистым шелковым шарфом. На запястьях побрякивают браслеты с бусинами при каждом шаге. На ней наслоение свободных накидок всех цветов радуги.
Морщинки у глаз углубляются, когда она улыбается.
— Вы, должно быть, сыновья Терри. — Она протягивает руку, и мое внимание приковывает золотая змея, обвивающая ее мизинец; зеленые глаза камня на кольце завораживают почти гипнотически, пока я отвечаю на рукопожатие.
— Да, — говорит Салли. — А вы кто?
Брайан выглядит менее настороженным. Кивает и профессионально улыбается, будто узнает ее.
Воздух меняется, и брат косится на меня. Снова выходит, что Салли и я — в неведении.
— Вы — мадам Эсмеральда? — Брайан жмет ей руку, затем бросает на нас взгляд через плечо. — Личный экстрасенс вашего отца, — поясняет, приподняв брови.
— У моего отца не было никакого экстрасенса, — рычит Салли.
Я едва сдерживаю смешок от абсурда.
Мой отец и экстрасенс? Да ни за что.
А вот мне любопытно. Я делаю шаг ближе, снова залипая на кольце-змее.
— Был. И она наш квартиросъемщик на третьем этаже, — спокойно объясняет Брайан тоном, который он отточил годами при клиентах.
— Контроль аренды, — пропевает она. — Это прекрасная вещь.
— В этом доме нет лифта, — прищуривается Салли. — Вы каждый день поднимаетесь на три пролета?
Женщина склоняет голову, оценивающе оглядывая его с намеком на усмешку.
— У вас полностью сбита энергия. — Голос серьезный, слова уверенные. — Боюсь, она вас никогда не простит, пока вы не отпустите всю эту злость.
Брат фыркает и пятится, успевая пригнуться буквально за мгновение до того, как влететь в светильник.
— О чем это она?
— По-моему, экстрасенс неплохой, — бурчу я, продолжая разглядывать кольцо.
Пожилая женщина улыбается.
— Благодарю. У вас энергия гораздо светлее. Но этой квартире нужны растения — много растений, чтобы по-настоящему очистить атмосферу. И ухаживать за ними полезно — потренируетесь быть папой.
Сердце спотыкается.
— Срочно усадите эту женщину, она чертовски гениальна.
— Господи, да что ж такое, — рычит Салли, вцепившись в лоб. Чую, недолго осталось до того, как он обвинит меня в мигрени.
— Мне очень жаль, что ваш отец умер, — говорит она уже мягче, губы печально опускаются. — Я предупреждала его остерегаться Джинджер. (*также имбирь)
Из меня вырывается вздох.
— Так вот почему он всегда косился, когда я приносил суши в офис?
Брайан закрывает глаза и стонет.
Она пожимает плечами.
— Возможно.
— Отлично вы его уберегли, — бурчит Салли. — Он был с девушкой по имени Джинджер, когда у него случился сердечный приступ.
Я ладонью прикрываю рот и медленно провожу вниз, выравнивая лицо. Да, отец умер во время секса с двадцатичетырехлетней Джинджер Дейс. Куда уж банальнее.
— В следующий раз будьте конкретнее.
Она одаряет брата снисходительной улыбкой.
— Я вижу только то, что вижу. — Браслеты звенят, бедра покачиваются — она будто плывет по комнате, водит ладонями в воздухе, шевелит пальцами. — И вижу, что из этого переезда выйдет много хорошего. — Вертится, поднимая палец. — Но на всякий случай держитесь подальше от женщин по имени Джинджер.
— Черт, — бормочет Салли.
— А вам секс вовсе не помешал бы, — кивает она на него. — Прочистил бы чакры. — Тем же взглядом одаривает Брайана. — И вам тоже.
Когда поворачивается ко мне, я уже ухмыляюсь. Мне, спасибо, чистка чакр не требуется.
— А вам, пожалуй, стоит воздержаться на время, — проводит ладонью сверху вниз, будто сканирует. — По крайней мере до тех пор, пока она не будет готова.
Я дергаю головой.
— Пока кто не будет готов?
Но она уже у двери.
— Добро пожаловать в дом, мальчики. И если увидите мужчину с татуировками по обеим рукам — не трогайте. Его зовут Себастьян, он не к вам. Он ко мне.
Я все еще пытаюсь распутать ее намеки, когда за моей спиной брат ругается.
— Это что, единственная ванная?
Я поворачиваюсь на его голос. Нахожу его в помещении, больше похожем на раздевалку: три раковины под мутным, треснувшим зеркалом; с одного края — две крошечные кабинки с дверцами и одна побольше, где дверь держится на честном слове; с другого — пластиковая душевая занавеска, видавшая лучшие времена.
— Может быть, — отвечает Брайан. — По крайней мере, у нас больше одного туалета. — Он толкает одну из дверей, и та открывается с протяжным скрипом. Но тут же отшатывается, содрогаясь всем телом. — Это надо срочно вычистить.
— Сколько спален? — бормочу я, начиная осознавать весь ужас ситуации.
Кажется, наконец до меня доходит. Это не шутка.
— Четыре, — говорит Брайан, проходя мимо меня. Я следую за ним в гостиную. Ни за что не хочу оставаться в ванной и видеть то, что он только что увидел.
— Я забираю эту, — Салли заглядывает в комнату с огромной закругленной дверью. Войдя, он даже не наклоняет голову.
— Мерфи нужна отдельная комната, — Брайан указывает на две двери, расположенные рядом. — Эти могут быть твоими.
Я хмурюсь.
— А Слоан и Ти Джей? Где они будут спать?
Салли появляется снова, руки в карманах, лицо напряжено решимостью.
— Я смогу поставить у себя одну двуспальную кровать и двухъярусную.
Брайан кривит губы вниз.
— Только Ти Джей обязан жить здесь. Он и Мерфи могут делить комнату. Они примерно одного возраста и оба мальчики — уверен, суд не будет против.
— Нет, — голос брата не оставляет места для возражений.
Я ухмыляюсь.
— Нет?
— Ти Джей и Слоан переедут сюда. Они будут жить со мной.
Брайан переводит взгляд на меня, потом снова на Салли.
— Согласно условиям траста, здесь обязаны жить только члены семьи. Если Слоан подпишет бумаги о разводе, она больше не семья.
Я морщусь, ощущая острую боль в груди. Мысль о том, что Слоан может стать «бывшей», ранит. А что чувствует Салли, когда она его бросила? Мой вечно мрачный брат превратился в настоящего зверя. Мне даже страшно спросить его прямо.
— Ей не обязательно здесь жить, — продолжает Брайан. — Нам просто нужно, чтобы она разрешила Ти Джею переехать.
Салли перекатывается с пятки на носок.
— Я не подпишу эти бумаги.
— Ты не подпишешь документы, над которыми я работал неделями,