Правда, Брайан точно не позволит мне поехать вместо него, особенно если там будут Беркширы. По крайней мере, не одного. Это одни из его самых крупных клиентов. Стоит мне только заикнуться, и он запаникует, что я все испорчу.
Но если я возьму Лолу...
Эта мысль звучит в моей голове, как сирена.
— Пришли мне информацию. Я буду там.
— Серьезно? — в голосе Фишера слышится удивление.
— Да. И передай прелестной Либби, чтобы она оставила для меня один танец.
Он издает презрительное фырканье.
— У нее вся карточка расписана.
Смеясь, я заканчиваю звонок, не попрощавшись. Он, скорее всего, даже не заметил — слишком занят тем, чтобы охранять свою любимую игрушку.
Лола идет по коридору быстрым шагом. Завидев Эми, которая уткнулась в телефон перед ксероксом, Лола презрительно фыркает.
И тут меня осеняет, как именно получить то, что я хочу. Это так просто, что даже стыдно.
Она сама в это попадет.
Запихнув телефон в карман, я с самодовольной легкостью направляюсь в кабинет брата.
— Тук-тук.
— О, я знаю это! — восклицает Эми, бросаясь ко мне. — Кто там?
— Ты, блин, издеваешься? — Лола вздыхает, возвращаясь к нам.
Она как львица, патрулирующая свои владения, устанавливающая границы. Ей может не нравиться это место, но появление другой женщины она ненавидит еще больше.
Я ухмыляюсь Эми. Она красива и мила, но по сравнению с Лолой — ничто. И это неудивительно. Другой такой женщины в мире нет. Лола идеальна. Даже ее раздраженные вздохи заставляют мое сердце биться быстрее.
Я приглаживаю рубашку.
— Ну что, Эми, рад, что спросила, — говорю я и перевожу взгляд на брата. — Оказывается, у нас тут «кто там» — это рассерженные Фишер Джонс и Либби Свит.
Салли тут же выпрямляется в кресле.
— Что?
Мне редко выпадает шанс отругать брата. Обычно он всегда прав, всегда серьезен, всегда тот, кто делает все правильно. Я собираюсь насладиться моментом.
— Ты слил благотворительный вечер Либби в эти выходные, — говорю я, задумчиво почесывая подбородок. — Тот самый вечер, на котором будут Беркширы.
Он откатывается назад на несколько сантиметров.
— Я отправил пожертвование. И уже запланировал встречу с Генри на следующий месяц.
Генри Беркшир — глава семьи, но Салли отлично понимает, что настоящие сделки миллиардеры заключают не на официальных встречах, а на таких вот мероприятиях. Чтобы оставаться у них на виду, мы должны там появляться. Мы должны быть важными. А значит — быть в местах, где собираются другие важные люди. Вроде этого вечера.
— Почему ты отказался? — не понимаю я. Это не похоже на него — упускать такие шансы.
Он возвращается к столу, складывает пальцы замком на столешнице.
— У нас годовщина.
Я моргаю, нахмурившись.
— Годовщина? То есть день, когда отмечают брак? С женой, с которой ты разводишься?
— Ты разводишься? — вклинивается Эми, в голосе живейший интерес.
Я даже не пытаюсь скрыть недовольный взгляд в ее сторону. Но она, похоже, не замечает.
— Нет, — Салли говорит это нам обоим, тоном, острым как нож.
Я закатываю глаза.
— Опять за свое.
— Сначала я согласился, думая, что мы со Слоан сможем провести выходные вдвоем. Я думал... — он резко замолкает и качает головой.
Я не удивлен, что он закрылся. Он не из тех, кто делится чувствами. Именно поэтому он и разводится. Если бы он хоть раз перестал себя сдерживать, перестал так все обдумывать и показал свои чертовы чувства — может, их брак еще можно было бы спасти.
— Она наконец-то согласилась оставить Ти Джея на выходные. Я не упущу шанс показать ей, что он здесь в безопасности.
Над головой громко скрипит пол, и мы все поднимаем взгляд.
Эми радостно визжит, хлопая в ладоши и подпрыгивая.
— Можно я пойду поздороваюсь с Себастьяном?
Мы с Салли одновременно говорим:
— Нет.
Салли качает головой.
— Я просто отправлю больше денег.
Я мгновенно реагирую, увидев возможность, которую он мне подкинул. Отталкиваюсь от стены и ухмыляюсь.
— Я поеду.
Он качает головой.
— Ты с этим не справишься.
— Я справлюсь, — отрезаю я, чувствуя, как азарт разгорается в груди. — Дай мне шанс, Салли.
Он вскакивает на ноги, сжимая кулаки на столе.
— Кэл, это не просто благотворительный ужин. Там будут Беркширы. Один неверный шаг и мы потеряем их как клиентов.
Я расплываюсь в широкой, самоуверенной улыбке.
— А если я все сделаю правильно — мы получим их окончательно. Ты знаешь, я умею очаровывать людей.
— Ты умеешь нести чушь, — бурчит он.
— Не путай, — говорю я, подмигнув Эми, которая стоит рядом и слушает с круглыми глазами. — Чушь — это мой инструмент, а очарование — моя суперсила.
— Кэл, я серьезно, — голос брата становится жестким. — Ты не понимаешь, что поставлено на карту.
Я делаю шаг вперед, опираясь ладонями о его стол, и понижаю голос:
— Понимаю. Именно поэтому я поеду не один. Я возьму Лолу.
Салли моргает, ошарашенный. Даже Эми перестает хлопать ресницами и замирает.
— Лолу? — переспрашивает брат, будто не расслышал. — Ты с ума сошел? Она тебя ненавидит.
— Она не ненавидит меня, — возражаю я. — Ей просто... нравится делать вид, что ненавидит. А заодно она ненавидит всех остальных еще сильнее. К тому же Лола — лицо фирмы. Она профессиональна, умна, красива. На таких вечерах важны не только сделки, но и впечатления.
Я выпрямляюсь, расправляя плечи, и добиваю его аргументом, от которого он не сможет отвертеться:
— Когда я рядом с Лолой, даже я выгляжу серьезнее.
Салли трет виски, явно борясь с желанием закричать.
— Кэл...
— Доверься мне, братец, — перебиваю я. — Ты останешься здесь и будешь показывать Слоан, что дом — безопасное место для Ти Джея. А я поеду в Бостон, посмеюсь с Беркширами и вернусь с новыми контрактами. Все счастливы.
Он хмурится, но я вижу, что его уже почти убедил. И черт побери, как же приятно это ощущение.
Глава 17
Лола
— Как он может быть таким идеальным?
Мне приходится приложить все силы, чтобы не улыбнуться, глядя на изумрудное платье, которое пять минут назад принес Бенжамин.
Я вешаю его на дверцу шкафа, не в силах отвести взгляд. Оно просто слишком красивое.
— Он из Мерфи. У них у всех какой-то черный заговор, — ворчит Слоан из моего телефона на тумбочке. Экран прислонен к лампе, и лицо моей лучшей подруги занимает весь кадр.
Черная магия, но вкус безупречный.