Он выхватывает у меня чемоданчик, наши руки случайно соприкасаются — и волна тепла взлетает по моей руке, выжигая все здравые мысли.
— Пойдем, Лола, — пропевает он, напоминая мне, почему я его ненавижу.
— Ло, — огрызаюсь я.
— Все, что Лола захочет… — напевает он и смеется, а его смех разносится под низким потолком узкого коридора, пока он чуть ли не вприпрыжку направляется к двери с табличкой «Комната Мерфи». — Я выбрал для тебя лучшую комнату!
Мерфи молчит. Он просто делает пару шагов внутрь и замирает.
Когда я захожу следом, понимаю, почему.
На другой стороне комнаты стоит кровать в форме синей гоночной машинки. Письменный стол рядом подобран в том же стиле.
— Когда я увидел эту кровать, сразу понял — она идеальна, — Кэл в два шага оказывается у кровати, плюхается на яркое одеяло и начинает подпрыгивать. — Матрас взял самый пружинистый. Иди, попробуй.
Мерфи медленно снимает рюкзак. Он с глухим стуком падает на пол. Мальчик неуверенно шлепает к маленькой кровати и осторожно садится рядом с Кэлом, оставляя между ними несколько сантиметров.
Кэл снова подпрыгивает, подбрасывая Мерфи в воздух. Он легко ловит мальчика, смеясь, но Мерфи даже не пытается улыбнуться.
— Классно же? — в голосе Кэла звенит восторг.
Джунгли в гостиной и комната, подходящая для детсадовца. Я с трудом удерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
Мальчик не выглядит расстроенным. Скорее… смирившимся.
— Ну да, — его взгляд безжизненно скользит по комнате. — Я люблю синий.
Кэл встает, переполненный гордостью.
— Я знал, что тебе понравится!
«Понравится» — слишком громкое слово. На самом деле это скорее катастрофа вселенского масштаба. Я не могу поверить, что оставляю этого человека наедине с маленьким ребенком.
Но выхода нет. Я отступаю к двери.
— Ну что ж, раз вы устроились, — делаю жест рукой, указывая на слишком яркую комнату, — я пойду, не буду вам мешать.
Кэл резко оборачивается, улыбка гаснет, и его обычно смуглое лицо бледнеет.
— Что?
— Мне нужно вернуться в офис, — киваю я через плечо.
В отличие от Кэла, мне сегодня действительно нужно работать. Я собираю все, что понадобится нам в понедельник: документы, канцелярию, технику — да примерно тысячу вещей, о которых Кэл, его брат и даже Брайан не имеют ни малейшего понятия. Если оставить все на них, они просто явятся с ноутбуками и будут удивляться, почему этого недостаточно.
— Ладно, — Кэл бросает быстрый взгляд на Мерфи, нервно напрягается, но тут же делает вид, что все под контролем. — Ладно! — он хлопает в ладоши. — Ты поможешь мне с полуденным опрыскиванием, — обращается он к мальчику. — Будет весело! — и выходит из комнаты, излучая оптимизм, будто солнечный зайчик.
Мерфи сидит на слишком маленькой кровати, глядя в пол, руки плотно сцеплены на коленях. Он не двигается секунд десять, а потом поднимает на меня глаза — огромные, голубые, полные ужаса.
— Он всегда такой?
Я с трудом удерживаюсь, чтобы не поморщиться, и киваю.
— Я зайду завтра, проверю, как вы. Ладно?
— Отлично, — бурчит Мерфи, слезает с кровати и медленно выходит из комнаты.
Меня накрывает мощное, почти физическое желание пойти за ними, помочь.
Я качаю головой. Всегда так. Очень трудно отпускать ребенка, когда провел с ним хоть пару дней. Но моя работа сделана. Дальше Кэл должен справляться сам.
Вместо того чтобы последовать за ними на кухню, как мне хотелось бы, я выхожу и осторожно спускаюсь по узкой лестнице, пока Кэл увлеченно объясняет Мерфи секреты своего метода опрыскивания.
Когда мы подъезжали и я увидела это здание снаружи, я думала, что готова к тому, что увижу в офисе. Но стоило переступить порог, как я поняла — нет, готова я не была ни капли.
Инстинктивно я прикрываю рот и нос рукой. Что это за запах? Фу! Смесь протухшего сыра и грязного подгузника. Я задерживаю дыхание и заставляю себя не закашляться, осматривая помещение. Везде разбросаны коробки — похоже, после переезда сотрудники искали в них нужное, а потом просто бросали их, где придется. Те поверхности, которые не завалены коробками, покрыты слоем мертвых насекомых. Передернувшись, я вылетаю обратно на улицу и с грохотом захлопываю за собой дверь.
Неужели квартира выглядела так же ужасно, когда парни сюда приехали? Я поднимаю голову, вглядываясь в окна второго этажа. Может, мне стоило получше осмотреть место, прежде чем оставлять здесь Мерфи.
— Ну вот вы и прибыли, — раздается пронзительный голос.
Я резко оборачиваюсь и вижу пожилую женщину в нескольких шагах от себя на крошечном, разбитом тротуаре. Она смотрит на меня с каким-то детским восторгом, а её яркая улыбка сверкает почти так же, как золотые серьги и десяток браслетов, звенящих на запястьях.
— Такая яркая, — с необыкновенной для её возраста прытью она направляется ко мне. — Я ждала этого годами. Годами!
Я оборачиваюсь, ожидая увидеть кого-то еще. Она же не мне это сказала? Я её даже не знаю! Не могла она ждать меня годами.
Но вокруг никого нет. Только мы вдвоем.
— Эм…
— Если ты расплетешь косу, слова будут течь свободнее, дорогая, — она касается своей головы, и браслеты весело позвякивают, скользя по руке и теряясь в слоях ярких полупрозрачных тканей её одежды.
— Простите, — я нахмурилась. — Вы, кажется, ошиблись человеком. Но, может быть, я помогу вам найти того, кого вы ищете?
Наверное, она путает меня с кем-то. В её возрасте это неудивительно — деменция, может, начинает проявляться.
— Ты — именно та, кого я ждала, дорогая. И нет, мы не встречались раньше, если ты об этом думаешь, — её лицо светится спокойствием. — Можешь звать меня мадам Эсмеральда. — Она хлопает в ладоши. — Но Себастьяна ты не найдешь. О нет, этот человек сам находит меня, когда ему вздумается. — Она наклоняется ко мне и заговорщически поднимает бровь. — Если вдруг увидишь его, скажи, чтобы перестал таскать носки. Скоро у нас тут ни у кого не останется ни одной парной пары, если он продолжит свои шуточки.
Я моргаю.
— Простите, что?.. — бросаю взгляд на здание, потом снова на нее. — Вы… живете здесь?
— О да. На третьем этаже. Терри не смог меня прогнать, — она делает легкий прыжок и добавляет: — Да и не хотел. — Потом, легко обогнув меня, направляется к задней части здания. — Заглядывай ко мне как-нибудь. Расплетем тебе косу, расслабим тебя, разгоним слова и феромоны.