«Я, Копылов Александр Сергеевич, обязуюсь работать на правительство Соединенных Штатов Америки. Впредь считаю себя солдатом свободного мира, борющегося за идеалы демократии и освобождение народа России от авторитарного правящего класса. Обязуюсь служить правительству США верой и правдой и приложить все силы для выполнения приказов, переданных мне представителями американского правительства. Настоящим заявляю, что подписываю этот акт, осознавая всю его важность и проявляя свою собственную волю…»
Поистине во всех трех тайных ведомствах формализм был одним и тем же.
Глава 22
Открылась дверь, и Алекс вошел в номер отеля.
Циммер вскочил с кровати, на которой лежал в одежде, и выключил телевизор с музыкальной программой. Рая отсутствовала, развлекая себя местным шопингом.
— Ну?!
— Кассира вызывали?
— Ну?! — Циммера всего трясло от нетерпения.
— Твой гонорар такая непомерная тяжесть.
Алекс как фокусник стал доставать из карманов, из-за пазухи, из-за пояса пачки стодолларовых купюр.
— …Седьмая, восьмая, девятая… А где же десятая? Обожди, я ее, кажется, в трусы засунул… Нету. Куда же она делась… Кажется, куда-то по ноге сползла. А, вот и десятая! — Алекс закатал штанину и вытащил засунутую в носок десятую пачку купюр.
— Не можешь без эффектов! Значит, я все это забираю?.. — Адвокат был еще не совсем уверен.
— Нет, если не хочешь, то и не забирай.
— Как я это через таможню провезу? — вдруг спохватился Циммер.
— Зароешь у себя на даче и будешь по одному доллару перевозить, — дал ценный совет Алекс.
Глава 23
Стас был вызван на ковер к Яковенко.
— Ты знаешь, где сейчас твой «Валет»? — без предисловий начал проработку подполковник.
— Знаю, в Хельсинки.
— А ты знаешь, что он там под своей старой фамилией?
Этого Стас не знал и ждал разъяснений.
— Вот мне доставили сводку тех, кто за эту неделю пересек финскую границу. Бдительный лейтенант из второго отдела не поленился запросить Москву и уточнил там данные на загранпаспорт Копылова. Все сложилось. Ты можешь что-то сказать?
— А зачем мне говорить, давайте его самого спросим. — Стас достал мобильник и вопросительно посмотрел на шефа, тот не говорил ни да ни нет. Тогда инструктор набрал номер Алекса. Тот отозвался тотчас же:
— Алло. Смольный на проводе.
— Ты где? — Стас включил громкую связь.
— Изучаю чужую столицу.
— Ты под какой фамилией пересек границу?
— Под своей старой, а что?
— Почему?
— Получаю в местном банке наследство от родителей.
— Хорошее наследство?
— Полтора лимона. А что случилось?
— Ничего. Когда возвращаться намерен?
— Послезавтра вместе с экскурсией.
— Ладно, будем разбираться.
Яковенко не делал никаких знаков насчет продления разговора, и инструктор выключил телефон.
— Чего полтора лимона? — мрачно спросил шеф.
— Я думаю, не рублей.
— Вот что, готовь парня на отчисление. И узнай в Москве, почему нас не поставили в известность о его наследстве. И почему в Финляндии? Хотя нет, почему в Финляндии и так понятно. Ну и оторвали мы себе «фабзайца»!
Глава 24
Наутро вся честная компания собиралась ехать на циммеровскую дачу, благо мест для пяти человек там хватало. Но за ночь произошло непредвиденное: Даниловна со Стивом вышли пройтись по ночному Хельсинки, и американский студент в центре чистенького аккуратного европейского града умудрился найти пол квадратного метра чистого льда и громыхнулся так, что отбил себе все локти и получил сильное сотрясение мозга. Как и положено всякой природной россиянке, Даниловна тут же помчалась со Стивом в больницу — и ни о какой автомобильной поездке речь уже не шла.
— Я не знаю, как и быть. — Голос Даниловны по телефону был само уныние. — Надо ехать в авиакассы менять билеты на обратный рейс. Может быть, мне удастся выкроить один час и приехать к тебе в гостиницу.
— Боюсь, что это будет напоминать собачьи свадьбы, — сказал Алекс. — Я столько ждал не для того, чтобы все время теперь смотреть на часы.
— Ты прав, я этого тоже боюсь. Как все это глупо получилось.
— Предлагаю свидание возле авиакасс.
— Ты не будешь кислым?
— Постараюсь, — пообещал он.
Свое обещание он выполнил: быстро переоформив билеты на ближайший рейс, они сумели выкроить себе минут сорок для променада по старому Хельсинки. Стараясь развлечь свою теперь уже намертво платоническую подружку, Алекс рассказал и про собственное похищение фээсбэшниками в Москве, и о вчерашней вербовке в банке. Не стал лишь распространяться о своем ковбойском подвиге с велосипедом и «береттой», по прошествии полугода это уже отошло в разряд тех вещей, которыми не стоит гордиться. Про занятия со Стасом тоже умолчал — кому интересно про школярское занудство?
Даниловна слушала по высшему разряду: где надо — восхищенно цокала, где требовалось — уточняла детали, где предполагалось — задавала испуганные вопросы.
Потом с той же мерой откровенности поведала о своих делах. Что Стив, у которого папа трехзвездочный генерал, — это одновременно и задание, и веление женского сердца. Что, оставив прежнюю фамилию, ей слегка подправили биографию — теперь она дочь не полковника ФСБ, а геолога из Забайкалья. Что, судя по всему, в Америке она всерьез и надолго, однако сильно подозревает, что ее шпионство будет равно нулю.
— Давай сделай так, чтобы хотя бы у тебя был результат, — подытожила она свой рассказ с таким каким-то надрывом, что у Алекса невольно дрогнуло сердце.
— Я постараюсь, — пообещал он и понял, что действительно постарается, как бы сам он ко всему этому ни относился скептически.
— Жаль, конечно, что я не увидела твою дачу и теперь вряд ли увижу, но в Питер Стива я все равно рано или поздно вытащу.
Глава 25
Стас, как верный гувернер, поджидал Копылова в его квартире. Сидел за компьютером и раскладывал пасьянс.
Алекс закрыл входную дверь, увидел на вешалке одежду инструктора и выглянул из прихожей. Они посмотрели друг на друга и ничего не сказали. Разборка, видимо, предполагалась самая серьезная.
— Вы будете смеяться, но меня снова завербовали. — Алекс положил на стол перед инструктором два рисунка с американцами. — Вот эти два партайгеноссе.
Стас просмотрел рисунки и продолжил играть на компьютере. Алекс между тем выбрал один из гвоздиков, что торчали в стене над его тахтой, и приладил на него рядом с кепкой московского чекиста головной убор Маккоя — меховую кепку с наушниками.
— Наследство получил?
— А то!
— Еще одна чаша из черепа врага? — Стас глазами указал на кепку Маккоя.
— Она самая, — невозмутимо подтвердил Копылов. — Надо еще с мадам Брони ее беретик стащить, будет целый триптих тогда.
— А мою кепку