— Я и с ним одним не справиться, — поскромничал Копылов.
— На пушку, значит, просто взял Никиту? Ну ты и ловкач, — еще больше восхитился Герка. — А ты чего так разговариваешь? Как прибалт какой-то.
Последнее предположение понравилось Копылову, и он с увлечением поведал своему новому приятелю, что действительно последние пять лет жил в Таллине, но это большой секрет, о котором тот никому не должен рассказывать. Раз куратор сказал, что ложь — это всего лишь упражнение для развития памяти, то пусть так оно и будет.
Глава 9
Отписавшись и отчитавшись за свой зарубежный вояж, Зацепин снова влился в прежнюю рутинную кабинетную службу. Никто ему не звонил, никто не напоминал, что долг платежом красен. Со всей предосторожностью наведя справки, он в конце концов вычислил, кто такой Терехин Виталий Борисович. Тот работал в особом агентстве, курирующем научно-техническую безопасность страны. Это не сняло, а еще больше добавило вопросов. И выждав еще неделю, Петр позвонил Терехину сам.
Они встретились на пустыре, заросшем кустарником и бурьяном. Рядом тянулись железнодорожные пути и самозахватные огороды с уродливыми оградами из материалов, подобранных на свалках.
— Вы знаете, сколько я ни думал, но даже и близко не могу понять, как наши спецслужбы выйдут из этой ельцинщины более окрепшими и сильными, — говорил Зацепин, глядя себе под ноги, чтобы не испортить свои итальянские туфли о торчащую из земли проволоку и куски металла.
— Надо быть всего лишь верными данной присяге. — У Терехина на ногах туфли были на толстой подошве, поэтому он мог позволить себе при ходьбе любоваться окружающими видами.
— Так просто?
— Видишь ли, самое лучшее, что человеческая цивилизация выработала за шесть тысяч лет, — это обыкновенные предрассудки, они вроде наших социальных предохранителей: не станем их нарушать, и все будет в порядке. То есть на свете есть вещи, которые нельзя нарушать ни при каких обстоятельствах и не прикрываясь никакими прогрессивными словесами. Верность воинской присяге из числа самых главных предрассудков.
Сия унылая проповедь порядком раздосадовала капитана.
— Подковерные игры и подглядывание в замочную скважину меня мало интересуют. Я хочу активного дела.
— Ты даже не спрашиваешь, какого рода может быть это активное дело.
— Я думаю, список обычный: разоблачения, точечная утечка информации, громкие политические скандалы…
— И наказание виновных, — сухо добавил Виталий Борисович.
— Даже так! Вы шутите?
— Отнюдь. Или, по-твоему, предатели не должны нести наказание?
— Где? Здесь, в Москве? — Удивление Зацепина еще больше возросло.
— А ты сразу и засомневался… — Терехин несколько шагов прошел молча. — Оставим автоматную стрельбу и судебные процессы криминальным структурам. Нас вполне удовлетворит тихое незаметное исчезновение преступников. Иначе бы мы тебя не стали беспокоить.
— Стало быть, киллером?
— Нет, столь прямое действие тебя касаться не будет, — успокоил Петра собеседник. — Твоя специализация: разработка самих операций. Плановый отдел, так сказать.
— А я буду знать, кого и за что?
— Разумеется. Мы все заинтересованы в этой высшей справедливости.
Капитан чуть призадумался.
— Вы пишете нашу беседу?
— Конечно. «Коза ностра», как говорят макаронники. «Наше дело». Я в данном случае в такой же, если не большей опасности, чем ты. Ты, во всяком случае, всегда сможешь потом сказать, что проводил мою вербовку. Мне такое сказать не получится.
— А цель? Какая конечная цель?
— Об этом узнаешь, когда выполнишь первое задание.
— Ну да, тогда уже поздно будет отказываться, — усмехнулся Зацепин.
— Вот видишь, ты все прекрасно понимаешь. — Терехин улыбнулся так от души, что Петр почувствовал некую внутреннюю легкость: а почему бы, в конце концов, и нет?
Оставалось, правда, еще подспудное подозрение, что таким вот образом выявляют ненадежные элементы в их ведомстве, но это было даже забавно: столько стараний затратить, чтобы обнаружить его неблагонадежность? Ну и пусть кто-либо получит за это свой бонус в виде медальки или звездочки на погонах.
Глава 10
Подаренный компьютер, хоть и был страшно примитивным, работал исправно. Правда, без подключения к Интернету он служил лишь своими простенькими играми. Ознакомившись со всем, что в нем было, Алекс решил наведаться к Павлуше, дабы проверить, такой ли он мастер, как его восхваляла баба Дуня.
Дом с приусадебным участком, где жил местный Левша с матерью и сестрой, заметно отличался от соседних жилищ. Если там стояли гаражи и буйно цвела картошка, то здесь едва ли не треть участка занимало большое тепличное хозяйство — главный источник доходов для всех троих безработных хозяев. В теплицах преимущественно горбатились женщины, сам Павлуша подключался, лишь когда надо было выполнить сугубо мужскую работу, что-то починить или перетащить, все остальное время проводя за любимым «железом».
Вот и сегодня мать с сестрой усердно обрабатывали цветы и помидоры под пленочной крышей, а великовозрастный сын занимался электронными агрегатами и блоками во флигеле-мастерской, служившем ему заодно и личной летней резиденцией.
Копылов, потоптавшись снаружи у калитки, не стал кричать-звать, а просто, как делали все местные, открыл незапертую дверцу и вошел во двор. Кудлатая средних размеров собака возле будки вместо того, чтобы лаять, радостно повизгивала и крутила хвостом, приглашая с ней поиграть. Дверь в мастерскую была открыта, оттуда звучала негромкая музыка, и Алекс направился туда.
В большом неухоженном помещении находилось несколько раскуроченных телевизоров, радиол и компьютеров, на полках и трех столах лежало множество деталей и отдельных блоков. Павлуша как раз возился с одним таким блоком.
— Привет, — негромко поздоровался гость.
Павлуша глянул на него и приветливо улыбнулся.
— Ага. Ну что, разобрался с моим металлоломом?
— Разобрался. В жизни не видеть такое старье.
— Это ты старья еще не видел, — ничуть не смутился мастер.
Он был старше Алекса лет на семь, поэтому на всякий случай лучше было называть его на «вы».
— Вы купаться ходите?
— Не-а. У меня плавки порвались. Еще прошлым летом.
— А вы все-все на компьютерах можете?
Копылов ожидал, что Павлуша попросит его обращаться без церемоний, но мастер, кажется, даже внимания не обратил на это выканье.
— Что один человек собрал, другой всегда раскрутить может. — Хозяин снова занялся работой.
Алекс достал из кармана медальон и вынул из него чип.
— А с этим разобраться можно?
Павлуша взял чип, внимательно рассмотрел.
— Не знаю, но могу попробовать. Оставляй, вечером приходи.
Это гостя не очень устроило, он протянул руку, Павлуша без возражений вернул чип обратно.
— Мне нужно, чтобы при мне.
— Тогда вечером и приходи. — Мастеру было все равно.
Копылов не уходил, просто ждал. Павлуша со вздохом отложил блок в сторону.
— Почему я