Танец заканчивается и все гости расходятся по своим столам. Тимофей вынужденно помогает организаторше, у которой вроде как каблук сломался.
— Она профессионал, — замечаю Маей.
— Да, — жена отпивает маленький глоток шампанского, — может и не будет драки?
— Не… сейчас Тимофей быстро сориентируется.
Тосты и пожелания затягиваются на два часа. Потом наступает самое опасное время — так называемый выход на перекур.
Гости дружно выходят на улицу, чтобы размять ноги и поболтать в более непринужденной обстановке. Нина с Аркадием исчезают на небольшой аллее, которая идет вокруг гостиницы и спускается к воде. Соня пытается оттеснить туда же Алекса, но тот упирается.
Щенок решительно направляется к Тимофею и протягивает ему руку.
Нам с Майей до них метров двадцать, так что, если брат прямо сейчас вмажет ему в нос, добежать не успею. Моя жена рядом всхлипывает, на меня смотрит растерянно. Сонька словно статуя застыла рядом с двумя мужчинами. Обстановка резко накалилась.
Но наша золотая организаторша между Тимофеем и Алексом как из-под земли появилась. На лице лучистая улыбка, в руках небольшой поднос с закусками. Мы за время отвлекающего маневра как раз подошли ближе.
— Ты хоть знаешь, кто этот огрызок, — спросил меня Тим, дожевывая бутерброд. От Алекса с Соней мне удалось оттащить брата пока без последствий. На Наташу он смотрел кисло, с обидой. Она ему уже второй раз такую драку обломала.
— Знаю, это он задницей перед Майей вертел на девичнике, — придерживаю брата за руку, который снова пытается ринуться в драку, — Тим, ну. У меня свадьба, все еще трезвые. Рано.
— Твою мать, — он закатил глаза.
— Давай после салюта, никуда же не денется, — нашептываю ему.
Тимофей глубоко дышит, пытаясь успокоиться.
— Если он в мою сестру член свой засунул, вырву на хрен с корнем!
— Вместе его по пакетам расфасовывать будет, — треплю Тимофея по плечу. Мне идея, что этот проститут, а он точно проститут, потому что шалавы в стрипушниках всегда левачат трахом, мог испортить нашу маленькую сестренку, не хило так встряхнула.
— Спасибо брат, — Тим пожал мне руку, — всегда знал, что выручишь.
Сонька подлетает к нам бледная, но решительная.
— Не трогайте моего парня, — выпаливает с ходу, — у нас серьезно.
— С этим стриптизером? — я морщусь. Тим просто каменеет и смотрит на сестру недобро.
— Алекс — юрист. А это просто подработка. Он за учебу платит.
— Что-то подобное мне половина шлюх заливала. А было у меня их немало, — оглядываюсь в поисках Майи, не хватало только, чтобы она это услышала.
— Алекс не такой.
— Они все не такие, угу, — хмыкаю.
— Мне все равно, что вы думаете. Мы любим друг друга и будем вместе, — топает ножкой и сваливает к своему недомачо. Алекс сразу Соньку ловит в свои объятья, целует слюняво. И улыбается во все свои тридцать два отбеленных зуба.
— Ромео и Джульетта, твою мать, — выдыхает Тимофей, — как мы это пропустили?
— Давай просто купим этого обмылка. Выловим в его стрипушнике, дадим бабла и пусть катится. Сонька поубивается, а потом забудет. Молодая, быстро отойдет.
— Ладно, надо подумать, — Тимофей сдается, — сейчас вообще не соображаю, голову клинит.
Оставляю брата на хмурую Надю, а сам иду к Майе. Все проблемы хочется на время отложить, свадьба у меня. Обнимаю Майюшу и утаскиваю в прохладу банкетного зала. Музыка спокойная и мы двигаемся в такт.
— Поговорил с Тимофеем? — уточняет осторожно.
— Тебя не выдал, поговорил, — сообщаю ей.
— Хорошо, — жена выдыхает. Ведет своими тонкими ручками по моим плечам, за шею обнимает, — я тебя люблю.
Дыхание перехватывает каждый раз, когда от нее это слышу. Верю, что от сердца говорит. Каждый раз глаза ее вспыхивают, на губах особенная улыбка. И я тону в своей девочке, целую ее нежно, к себе прижимаю.
— Горько, горько, горько, — скандирует ведущий в микрофон. За ним подхватывает клич и вся свадьба. Продолжаю целовать Майю, которая от смущения становится пунцовой. Как только поцелуй прекращается, она прячется у меня на груди.
Праздник набирает обороты, градус веселья растет, танцы становятся все более раскрепощенными. Наше с Маей танго взрывает танцпол.
Она сменила свадебный наряд на облегающее красное платье и от ревности у меня чуть голову не взорвало. Одно дело видеть ее настолько соблазнительной в танцзале, совсем другое, когда вокруг десятки мужских жадных взглядов.
Но не выдерживает мое сердце на тайном сюрпризе, который Майя подготовила для меня. Свет в зале гаснет, наступает тишина. С первыми звуками мелодии круглый луч света выхватывает тонкую фигурку моей жены в центре. Она снова в пышном белом платье, вокруг нее струится густой белый туман.
Мурашки бегут табунами, когда я слышу ее голос и понимаю, что за песню она поет. Я не большой ценитель, но именно эта песня цепляет меня до глубины души. Мне кажется нет вообще человека, которого она способна оставить равнодушным.
«Когда меня не станет, я буду петь голосами
Моих детей и голосами их детей.
Нас просто меняют местами… круговорот людей….»*
Не могу сидеть на месте, я хочу быть как можно ближе к моей удивительно прекрасной и такой талантливой женщине с тонкой душой. Она всегда знала, что в жизни самое главное — семья, дети, любовь. Быть рядом с тем, кто чувствует твою душу, кто готов идти всю жизнь рядом рука об руку. Не предавать, не использовать, а защищать и лелеять то хрупкое и важное, что вы создаете вместе.
Ноги словно ватные, в груди ухает, словно в барабан. И я сглатываю с трудом тот ком разочарований, что успел хлебнуть в жизни. Майя — мой новый отсчет, все что было раньше, выцвело и забыто.
«... И мы снова вдребезги, и нас не починить
Плевать, ведь наши дети будут лучше, чем мы»*
— Лучше чем мы, — подпеваю ей одними губами.
Ее голос проходит сквозь меня, он звучит в моем сердце и там запечатывается. Жадно впитываю Майины эмоции, вижу слезы, что скатываются по ее щекам и чувствую влажную дорожку на своей. У моей удивительной девочки получилось из камня высечь воду.
Голос Майи стихает и она влетает в меня. Нас пошатывает, но я удерживаю. Целую ее влажные щеки, кружу. На душе легко и свободно, как никогда раньше.
— Я хочу подарить тебе ребенка, — шепчет Майя и робко улыбается в моих объятьях.
Впечатываюсь своими губами в ее, сдавливаю едва ли не до хруста. Если от счастья можно сойти с ума, то я уже.
*Баста «Сансара»
Эпилог
Эпилог. Майя
Сегодня мы навещаем сыночка, который родился у Нины с Тимофеем. Мальчика