Казалось бы, если мы действительно имеем дело со специально разработанным планом, то он был здравым. Однако на деле Лагайярд и остальные не только не были «выключены из игры» – напротив, они сумели придать ей совершенно новое качество. Впрочем, едва ли они добились бы многого, если бы не помощь одного человека, обладавшего громадным авторитетом и опытом, который специально прибыл к ним на Пиренейский полуостров. И звали его Рауль Салан. С 10 июня 1960 года эта живая легенда ВС Франции – отставник, который, однако, сохранил не только абстрактный авторитет, но и вполне конкретные контакты и связи с массой сослуживцев. А еще – живой интерес к делу, которое не сумел закончить лично, но считал, что передал его в надежные руки – и по политической, и по военной линии. Речь, разумеется, о войне в Алжире. Но вот в том же 1960-м становится понятно, что все идет совершенно не туда, куда направлял процесс в свое время сам Салан, а также его протеже и ученики. Генерал глубоко уязвлен и возмущен – и впервые в жизни пытается заняться политикой. 14 сентября 196 °Cалан был избран председателем Ассоциации борцов за сохранение Французского сообщества (это было достаточно легко сделать – мало кому известная Ассоциация была просто счастлива заполучить в свои ряды в качестве фронтмена персону, сражавшуюся по всей некогда столько обширной колониальной империи), выступавшей за продолжение войны в Алжире до победного конца. И вот здесь французские власти и лично де Голль допустили серьезный промах. Они недооценили и самого генерала, и его решимость. Ассоциацию вместе с Саланом предпочли просто не заметить. Не было никаких переговоров и обсуждений. Сколь угодно заслуженный, но просто военный пенсионер не пугал правительство. В нем не видели политической фигуры – и, пожалуй, справедливо, а каких-либо боевых частей у него в подчинении больше не было. Но Рауль Салан еще удивит тех, кто слишком рано списал старого борца со счетов.
Итак, декабрь 1960 года, Салан встречается со сбежавшей пятеркой в Мадриде. Некоторые исследователи уже от этой даты начинают отсчет существования ОАС. Это не вполне верно. В действительности стороны, уговорившись действовать сообща, заключили так называемый Антидеголлевский пакт. В самом деле, к этому моменту, по крайней мере, в глазах вышеназванных людей, президент утратил весь свой завязанный на временах Второй мировой героический ореол. Лагайярд открыто полагал Де Голля предателем, бросившим доверившихся ему французов, уступившим их вооруженным арабским боевикам. Салан видел в президенте неблагодарного и высокомерного спесивца, слишком быстро позабывшего свои обещания, а главное – кто в действительности и для чего дал власть в его руки. Но прийти к согласию по вопросу о том, что да, президент и его политика в равной мере их не устраивает, не значит создать организации. В принципе, помимо точек соприкосновения и сходства, между Саланом и Лагайярдом имелось много весьма значительных отличий. Генерал имел лишь одну цель – победа в Алжире и его сохранение в составе Франции. Лагайярд же, а особенно Сюзини и другие, эволюционировали в полноценных правых политиков. Если Салан, добившись своего, почти наверняка ушел бы окончательно на покой, то пятерка беглецов желала большего. В частности – поквитаться со своими противниками и конкурентами в Алжире. С теми, кто подвел и не поддержал их в ходе Недели баррикад. Потом, в целом Салан изначально был ориентирован на повторение сценария с путчем. Лагайярд и Сюзини не без оснований полагали, что этого может быть недостаточно – новая политическая фигура на вершине пирамиды вполне может оказаться столь же непригодна для решения задачи – уж на что в свое время все надеялись на де Голля, и он сам открыто говорил вещи вроде «я услышал вас», а что вышло? Нужен не эпизод, нужна последовательная политика, а для нее – движение, оформленное, сплоченное, организованное. Оно должно быть решительным, даже пугающим, чтобы у политиков не было соблазна отвернуть с намеченной дороги. Оно не должно бояться крови.
25 января 1961 года она впервые была пролита. Произошло убийство Пьера Попье, адвоката в Алжире, при содействии Андре Канала, будущего видного члена ОАС. Координировали и «заказывали» это преступление Лагайярд и другие. Некоторые считают эту акцию первой в истории ОАС. В действительности это была только проба пера. Попье приговорили за то, что этот известный в Алжире лидер Народного Республиканского Движения заявил в телеэфире, что «Французский Алжир мертв» (фр. L’Algérie française est morte). Вышло иронично (как в том известном анекдоте про «Бог мертв, сказал Ницше – Ницше мертв, сказал Бог»), а главное, очень громко и символично. Это была декларация намерений, жест, привлекающий внимание. Но и это еще не ОАС. Полноценной организации пока не было. Официально датой начала существования Секретной Военной Организации считается 11 февраля. В этот день на новой встрече в Мадриде будут распределены полномочия, а Рауль Салан встанет во главе. Но куда важнее не это, а тот факт, что генерал, подергав осторожно за нити прежних связей, убедился – да, армия готова действовать. И ОАС возникнет именно поэтому, имея армию как свою основу, не в противостоянии ей, а на ее базе. Будь Лагайярд сам по себе, ничего подобного бы у него не вышло. Самонадеянных террористов-одиночек быстро изловили бы – и всему конец. В действительности же 11 февраля 1961 года стало точкой, от которой начался отсчет до самого опасного события в истории Пятой республики – Путча генералов.
Некоторое время еще как бы существовало два параллельных течения. Первое – шумное, несколько хаотичное в своей дерзости – методы Лагайярда и его товарищей. 15 февраля 1961 года капитан граф Андре Буш де Монпейру и капитан Жан Суетр попытались поднять нечто вроде восстания, организовать эдакую новую неделю баррикад, но не сконцентрированную в нескольких городских кварталах, а разбросанную, настоящую партизанскую герилью из пье-нуаров вблизи Мостаганема. Со временем они надеялись расширить зону своей деятельности едва не на весь Алжир, но уже довольно скоро настал закономерный финал: девять членов, а также оба лидера были захвачены мобильными жандармами 23 февраля 1961 года. 31 марта 1961 года был убит мэр города Эвиана Камиль Блан, который согласился на то, что его город позволит официально сформировать делегацию из местных членов ФНО для переговоров с правительством Франции.