Неделю назад я узнала о своей беременности. Эта новость окатила меня с ног до головы волной непередаваемой радости. Наша с Дамианом кроха — продолжение нас обоих.
Когда любимому стало известно, что он скоро станет отцом, то чуть с ума не сошёл от счастья. Тут же велел раздать горожанам монеты и угостить детей сладостями. Во дворце и так было оживлённо, а после известия о скором рождении наследника все и вовсе забегали с удвоенной силой, пытаясь быть полезными.
Я чувствовала себя абсолютно счастливой, хотя и не до конца, ведь теперь мне какое-то время запрещено подниматься в небо.
Моя Наяра проснулась месяц назад. Никогда не забуду момент её пробуждения. Не те лёгкие шевеления, к которым я привыкла. В одну из последних медитаций во мне будто что-то лопнуло, обдав изнутри теплом и чем-то очень сильным, наполняющим мощью до краёв. Я замерла, улавливая на себе взволнованный взгляд Дамиана, а потом…
Он сразу понял, что произошло. Точнее, не он, а Шайн, проявляясь в зрачках своего хозяина. Чёрный дракон был вне себя от счастья.
Наш первый совместный полёт наблюдали все, кто только мог. Люди были поражены до глубины души, ведь парящая в облаках дракайна — огромная редкость. Горожане толпились, задрав головы к небу. Кто-то улыбался, кто-то махал руками, а кто-то, что вполне естественно, смотрел с завистью.
Я тренировалась не покладая сил. Мне так нравилось чувствовать потоки ветра под крыльями, смотреть с высоты на столицу и людей, которые казались маленькими чёрными точками.
«Ничего, — утешала я себя и заодно Наяру, — вот родится малыш, и мы с тобой налетаемся!»
После того дня в тронном зале наши с Дамианом жизни изменились навсегда. То, от чего он раньше отказывался, пришлось принять и взвалить на свои плечи. Мой чёрный дракон встал во главе всей империи, незамедлительно принимаясь за глобальную чистку и избавляясь от грязи и плесени, что расползлась по всем городам.
Дарьяна была схвачена и казнена вместе со всеми, кто помогал ей в убийстве брата Дамиана, через повешение на центральной площади.
Мой чёрный дракон никого не пощадил, и дело вовсе не в его жестокости или жажде мести. Здесь было другое. Несколько советников, помогавших Дарьяне, оказались замешаны во многих ужасающих делах: самовольное повышение налогов в других городах, укрывательство преступлений, с которых они имели материальную выгоду, игнорирование и укрывательство жалоб народа, пытающегося достучаться до власти, чтобы они помогли хоть как-то облегчить их тяжёлые жизни.
Денег советникам и министрам очень не хватало, как земель и влияния. Они так жаждали всего этого, что помогали Дарьяне творить грязные делишки, а она в ответ закрывала глаза на их злодеяния, позволяя им губить народ и издеваться над ним как только можно.
Возможно, кто-то скажет, что лишить маленького ребёнка матери — это не по-человечески. Но такая мать, как Дарьяна, не принесла бы этому мальчонке счастья. Как рассказывали служанки, ухаживающие за малышом, она игнорировала его, смотрела как на мерзкое насекомое и приходила в ярость, когда слышала плач родного сына. Она родила его не потому что хотела этого, а потому что так надо было. И пусть он её кровь и плоть, но материнский инстинкт в Дарьяне Эдельрон отсутствовал напрочь.
Ребёнок остался во дворце под присмотром одной семьи, так как родственники Дарьяны отказались его брать, а родной отец, которым оказался сын предателя-министра, вместе со всеми был отправлен на виселицу, так как имел прямое отношение к смерти брата Дамиана.
Мой чёрный дракон не отвернулся от ребёнка, дал ему шанс, ведь он ни в чём не виноват. Если в будущем проявит себя, то, возможно, займёт какой-нибудь руководящий пост. Всё будет зависеть от него самого.
Мои мать и братья… Я разорвала с ними все возможные и невозможные связи. Для меня эти люди перестали существовать. Дамиан не тронул их, и они были только рады, поспешно унося ноги как можно дальше. Позже до нас дошли вести, что они собрали все свои пожитки, продали дом и покинули столицу. Что ж, мне от этого было только лучше.
Что касается семьи моего бывшего мужа… Любимый не пощадил их. И пусть доказательств вины этих ничтожных людишек не было, они и не требовались. Стоило только Эстара, дрожащего от ужаса, притащить в камеру пыток, как он тут же во всём сознался, сдавая свою мать с потрохами.
Они не успели совершить нечто ужасное, но всё равно были наказаны. Дамиан забрал у них всё, что только мог, буквально вышвыривая на улицу с голыми задницами. Титул испарился, а деньги и земли отошли в казну и народу. Люди были несказанно рады получить доступ к плодородным землям, ведь раньше они могли о таком только мечтать.
Короновали Дамиана почти сразу же. Первым делом он зачистил всю стражу, поставив во главе каждого отряда тех, кому доверял. Затем пришла очередь столичной стражи, а после — проверка министров и советников. Никто не ушёл от ответа. Несколько знатных семей были лишены своего влияния и статуса, отправляясь за свои злодеяния на рудники, рубить лес или гнить в камерах. Они потеряли своё состояние, земли и дома, становясь простым людом, которого раньше сравнивали с насекомыми. Им придётся работать и самим зарабатывать на хлеб. Жить в простой хижине и вести хозяйство, как и все остальные. Но только тем, кто не сильно провинился. Других ждала виселица или гильотина.
Столица гудела от новостей. Да что там столица — вся империя стояла на ушах. Ведь за казнью и зачисткой дворца последовала наша с Дамианом свадьба. Вино лилось рекой, запах жареного мяса витал повсюду. Люди смеялись, танцевали, выкрикивая поздравления в небеса. Они верили, что новый император принесёт им мир и покой, ведь он справедлив, благороден и великодушен. Люди знали, были уверены, что теперь смогут вздохнуть спокойно. Что теперь не будет безнаказанности и голода.
Кто-то должен был остаться во главе западных земель, оберегая и защищая границы, и Дамиан предложил своё место Киарсу и Сайдеру. Они сами должны были решить, кто возглавит могущественное войско.
Парни думали недолго. Быстро определились. Генералом стал Сайдер, а Кир взял на себя другую миссию. Он решил лично отобрать воинов и нагрянуть в каждый из городов с проверкой. Дамиан одобрил.
Три верных друга разделили обязанности, возложив на себя ответственность