Отложила телефон, но фото мужчины не выходило из головы. Как он оказался отцом Тимура? Ну, чисто технически это понятно-то как. Но меня больше интересует, как так вышло, что мать мальчика воспитывала его в одиночку здесь? Хотя почему в одиночку? Ей помогала бабушка. И, насколько я поняла, она вложила в воспитание Тимура больше, чем мать, которая укатила черт-те куда, черт-те с кем.
Хотела заняться делами, но не могла себя заставить. А все потому, что морально смирилась с тем, что буду увольняться и возвращаться в Москву. Стало как-то легко и просто.
День пролетел незаметно, и когда я спохватилась, ко мне уже заглянул Тимур.
— Я готов, только отцу забыл позвонить, — что-то промелькнуло у него на лице такое, что я сразу подумала, что он врет. Несмотря на то что у парня дурная репутация, он не умеет совершенно врать.
— Не успел или не захотел? — я прищурилась.
— Раскусили. Мне даже бабуля говорит, что я врать не умею, — рассмеялся паренек. — Хотя учителя верят, — прозвучало как хвастовство.
— Или делали вид, что верили, — подкинула вариант.
— А зачем? — вот сейчас я поставила мальчика в тупик. Все-таки какой же он наивный и открытый паренек.
— Разные могут быть причины. В основном, думаю, им просто удобно, — я пожала плечам. Люди и в жизни часто так делают. И тоже по разным причинам. — Ну так что, будешь звонить отцу?
— А давай свалимся ему как снег на голову? — и Тимур так хитро улыбнулся.
— Ты что-то задумал? — я подозрительно посмотрела на парня, он тут же прикинулся наивной простотой, но я-то точно видела, что он хитрит.
— Нет, — и снова взгляд, который мне кого-то напомнил.
— Ладно, поехали, — ну что мне, в самом деле, может сделать подросток?
И тут я вспомнила, что пришла в школу в ужасной маминой шубе. Черт!
Я замешкалась у шкафа. А что делать? Вынула шубу и надела. Тимур промолчал, хотя он мальчишка, он вообще в таких вещах и не понимает ничего. Вот девочка, его ровесница, точно бы носик сморщила презрительно. Тимур болтал всю дорогу до машины, и лишь когда мы уселись на заднее сиденье, он замешкался. Водитель спросил: домой ли его везти, но Тимур покосился на меня и велел к отцу на работу. К слову, водитель даже обернулся и удивленно посмотрел на нас. Н о ничего не сказал.
Доехали довольно быстро. Я ожидала, что нас отвезут в деловой район нашего городка. Там построили новомодный деловой центр. Но нет, нас вывезли за город, на завод, где работала моя мама. Машина остановилась у административного здания, и мы вышли из авто. Как назло, именно в это время шла пересменка на заводе. Дневная смена шла домой, а ночная пришла на завод. Как рассказала мама, новый хозяин установил пропускные карты, которые нужно отмечать при заступлении на смену и при окончании этой самой смены. А чтоб никто не хитрил, они хранились у такого же сменного администратора. А чтоб администратор не хитрил, над ним повесили камеру. В общем, Шалаев старался максимально искоренить расхлябанность, что была все эти годы на заводе.
Люди начали шептаться, а я спрятала лицо в воротнике шубы. Не дай бог меня кто-то узнает и расскажет моей матери. Она ж меня со свету сживет и ни в жисть не поверит, что это все по работе.
Прошмыгнула в здание и иду за Тимуром. Он уверенно топает по коридору, я вслед за ним.
— Ой, слушай, вот дверь к отцу в приемную, — парень указал на ничем не примечательную дверь. — Мне в туалет надо, — и я не успела ничего сказать, как он скрылся за поворотом в коридор.
Ну не мог же он меня куда-то не туда привести, правильно? Смысл ему так подставляться? Поэтому я смело стучу в дверь и заглядываю. Внутри приемная, секретарский стол, за которым сидит девушка-нимфа. Иначе я не назову это идеальное существо. Сразу вспомнились фотографии Шалаева из сети, на которых он со спутницами. Да и я не наивная простота, которая верит, что секретарша у таких больших боссов только кофе готовит. Она по долгу службы все готовит и везде обслуживает. Уж простят меня те, кто этого не делает, но стереотип на ровном месте не рождается. Как говорится, нет дыма без огня.
— Добрый день, — подала голос. Хотя уверена, что меня давно заметили. Не такая у я неприметная, в объемной песцовой шубе.
— Добрый вечер, — сделала ударение именно на слове «вечер» нимфа. — Чем могу помочь?
— Я к Андрею Сергеевичу по работе, — вот сейчас я пожалела, что Тимура нет со мной. Меня одарили та-а-а-аким оценивающим взглядом. И, к слову, шубка произвела впечатление на нимфу. Вот только это впечатление было со знаком минус. Вот именно про такое выражение лица со сморщенным носиком я и говорила.
— Вы ошиблись дверью, Андрей Сергеевич с наемными работниками собеседование не проводит, — вынесла свое резюме, основываясь на моем внешнем виде, девушка. — Вам нужно подойти завтра в отдел кадров. Они проведут собеседование и покажут раздевалку уборщиц. И проведут общий инструктаж, если вас, конечно, возьмут на работу, — уточнила девушка. — И вообще, кто вас пустил?
— Я не по факту трудоустройства, — попыталась объяснить я нимфе, но она меня уже не слушала. Во взгляде лед, а в голосе сталь.
— Я спрашиваю, кто вас пустил на территорию? — перебивает меня девушка и повторяет вопрос.
— Я по поводу… — но нимфа перебивает меня и ворчит себе под нос, словно меня здесь и нет, подняв трубку стационарного телефона.
— Вот сейчас выскажу все начальнику охраны, что его подопечные пускают кого ни попадя, а потом удивляются, что у них арматуру воруют. От ее слов у меня пропал дар речи, и я стояла, лишь хлопала глазами, пока девушка набрала на телефоне номер этого самого начальника охраны, которому хотела это все высказать.
оплачено
— Что здесь снова происходит? — из кабинета выходит мужчина. Я вжала голову в плечи, стою к нему полубоком. Хочется вообще сквозь землю провалиться. Чертова шуба! Я ж надеялась, что сниму это нафталиновое наследие и предстану перед миллиардером как нормальный человек.
— Да вот, то ли на работу устраиваться пришла, то ли от экскурсии отбилась, — машет на меня недовольная секретарша. — Вот пытаюсь до охраны дозвониться.
— Вы ко мне? — мужчина явно ко мне обращается. И что? Стоять как истукан? Это уже глупо и по-ребячески как-то. Я же взрослая женщина. Плевать на шубу.
Спину прямо, голову повыше. Разворачиваюсь и смотрю на мужчину.
— Вы? — Шалаев удивленно смотрит на