— Ладно, будут тебе грязные подробности, все не обещаю, но те, что смогу вспомнить, расскажу, сам понимаешь, зело я был пьян, чтобы все помнить. Но ты должен мне кое-что пообещать!
— Давай без вот этих вот загадок. Что я тебе уже должен, сам того не зная?
— Обещай мне, что заберешь моих девочек и позаботишься о них. — грустно вопросил Кузьмич.
На кухне наступила тишина, я сидел с открытым от удивления ртом, пытаясь упорядочить бешено заскакавшие в голове мысли. Какие девочки? У него есть дети? Почему раньше о них не говорил тогда? Или несёт пургу, пребывая в пьяном бреду? В любом случае, в такой просьбе я ему не смогу отказать, поэтому абсолютно серьёзно говорю:
— Конечно, даже не сомневайся в этом. Как их зовут, кто они тебе, где искать?
Кузьмич опять задумчиво поскрёб затылок и сказал:
— Действительно, как я раньше не додумался, надо было им давать имена.
Я смотрел на него с непониманием. Этот человек умел каждым своим ответом вызывать ещё больше вопросов и сильно удивлять. Чтобы мой сонный мозг не закипел, говорю Кузьмичу:
— Кузьмич, ты перегружаешь мой слабенький процессор, я сейчас вообще зависну. Ты можешь нормально объяснить, о ком надо заботиться, что там у тебя за безымянные девочки?
Посмотрев на меня, как на дурака, он повернул голову на стоящие на столе бутылки и бросил:
— Водка.
— Что водка? — в недоумении машинально переспрашиваю я.
Кузьмич, издав тяжелый вздох, начинает ехидным тоном, как будто объясняет прописную истину последнему дураку, говорить:
— Бутылочки с водочкой, мои девочки, о них и прошу позаботиться, что тут непонятного?
Тут меня просто накрыло. Быстро прикинув, что его голова не достанет до бутылок, стоящих посередине стола, хватаю его за затылок и с силой бью головой о стол. С громким стуком он ударяется лбом о поверхность стола и издаёт звуки, похожие на мычание, а я выдаю длинную матерную тираду, смысл которой состоит в том, что Кузьмич совсем попутал берега и алкоголь его точно сгубит, если, конечно, он не перестанет мотать мне нервы, и я не сделаю это быстрее.
Все остальные пребывали в растерянности от увиденного и услышанного. Когда я закончил свою гневную речь, Артем добавил:
— Жестоко, но спгаведливо. Ты меня на пагу секунд опегедил, я сам хотел ему леща отвесить.
Кузьмич, потирая рукой лоб и болезненно морщась, ответил:
— Спасибо, сразу полегчало, словно мозги на место встали.
На что Артём, улыбаясь, сказал ему:
— Может, тебя ещё газок пгиложить лбом о стол, тогда вообще поумнеешь?
— Отстань, картавый, мне достаточно одного раза, тем более, у этого чудо-средства есть побочный эффект в виде головной боли и гула в ушах. — пробормотал Кузьмич, не убирая ладони со лба.
Я, все ещё находясь в недобром настроении, ответил ему:
— Если ты сейчас всё нормально не расскажешь, я за себя не ручаюсь. Давай по порядку, что там у тебя случилось, что ты тут всех на уши ставишь и ломаешь трагедию?
Попросив Артёма сделать ему черного чая, Кузьмич начал свой рассказ:
— Вы вчера не поддержали моих душевных позывов расслабиться и пропустить по паре стопок, это меня огорчило. Угрюмо пить одному, сидя на кухне, было не интересно, и, терзаемый отсутствием собутыльника, я решил найти его в городе. Дело-то это не хитрое, если у тебя есть что выпить, а у меня, как вы знаете, всегда есть. Вот и отправился я посреди ночи, изрядно пьяный, искать компанию и приключения.
Брожу я, значит, по пустому городу и хрен кого могу найти. Вообще нет ни одной души, все где-то попрятались. Не знаю, сколько я прошел кварталов и нарезал кругов, по ощущениям немало. Как вдруг слышу звук, будто бензопила приближается. Сначала решил, что по пьяни глючит, потом увидел свет фары, по дороге в мою сторону что-то ехало. Когда до бензопилы с фонариком осталось метров десять, я рассмотрел, что это был небольшой мотоцикл. Чтобы он не проехал мимо меня, я от отчаянья выпрыгнул перед ним на дорогу, расставив в стороны руки, заставляя его остановиться. Только по пьяни не рассчитал расстояние и скорость. Он, не успев до конца оттормозиться, сбил меня и сам упал.
Лежу на земле, ощупываю себя, сам вроде цел, ничего не сломано, фляги тоже не пострадали, спиртное не вытекает. Удар был не сильный, он почти успел остановить мотоцикл, немного расстояния не хватило до полной остановки. Смотрю, мотоциклист поднимается и идёт ко мне. Думаю, всё, сейчас будет орать или даже ударит меня. Тоже поднимаюсь на ноги, чтобы не запинал меня лежачего. Он подходит и стоит улыбается во все тридцать два зуба. Я был готов к любому развитию событий, кроме такого. Даже ущипнул себя за руку, чтобы убедиться, что это не сон.
Всё происходящее не являлось сном, передо мной стоял, молча улыбаясь, молодой парень в шлеме с открытым лицом, чуть дальше на боку лежал заглохший мотоцикл. Происходящее казалось нереальным, чтобы разрядить обстановку, я спросил у парня:
— Я не пойму, ты меня бить будешь или нет?
Улыбка пропала с лица парня, он постоял некоторое время без движений, даже не моргая, от чего мне стало совсем не по себе, потом, вздрогнув, как будто внезапно очнулся, он ответил:
— Нет, конечно, я искал тебя.
Мне пришлось еще раз ущипнуть себя, на этот раз сильнее, чтобы поверить в реальность происходящего. Я тут, кроме вас, фиг кого знаю, а тут какой-то хрен с бугра, прилетел на своём мопеде и заявляет, что спешил именно ко мне. Ну да ладно, «бить не стал — уже хорошо» — подумал я и спросил:
— Так зачем ты меня искал?
— Выпить вместе, ты же сам этого желал.
— Ага, желал. А ты что, принял мои мысли через космос, сразу прыгнул на мопед и полетел ко мне на встречу?
— Всё так и есть. — ответил паренёк, чем опять меня сильно огорошил.
Решив, что просто у него своеобразное чувство юмора, я успокоился и спросил:
— Ну, раз ты ехал специально, чтобы выпить со мной, то чего мы ждем? Водку будешь?
— Буду, но чуть позже, а сейчас садись, поехали.
— Я немного опасаюсь ездить на двухколесной технике, да еще и без шлема.
Парень уже не слушал, что я говорю. Подойдя к своему лежащему на снегу мотоциклу, он поднял его и начал заводить,