Возражений не последовало. Судьба с самого начала периодически нас сводила с Ведьмой. Жёсткий мир научил её убивать и недоверчиво относиться к людям, но не сломал личность, превратив её в беспринципную тварь, о чем красочно говорили её поступки и двое детей, которых она спасла от верной смерти и выращивала одна. В мире, где помощи ждать неоткуда, а самые простые вещи добываются со смертельным риском, она смогла сохранить человечность и не проявила равнодушие. А как утверждал Максим Горький: «Не будьте равнодушны, ибо равнодушие смертоносно для души человека». Именно таких людей, сохранивших человечность или свою душу, кому как удобно, я хотел видеть рядом с собой.
Поэтому было решено приютить Ведьму и детей у нас. Ею, конечно, не заменить Кирилла в качестве водителя и механика, потому что в этом ему не было равных среди нас, но глупо пытаться усреднять всех людей, требуя от каждого что-то определенное. Лучше делать ставку на сильные стороны человека и использовать их.
Сильной стороной Ведьмы были хладнокровие и ясность рассудка практически в любой ситуации, а также великолепное владение катаной, которое, уверен, ещё не раз нам пригодится в ситуациях, когда мертвецов нужно ликвидировать, не поднимая лишний шум.
Правда, с появлением новых детей поднялся вопрос, который и так был актуален, с учётом того, что у нас проживали Настенька и дочка Артёма. Детям требовалось дать образование хотя бы уровня начальной школы, а учителей среди нас не было.
Остаток дня провели за обсуждением различных житейских вопросов, связанных с появлением в доме новых детей.
Спать пошли глубоко за полночь. Состояние было подавленное, мне пришлось увидеть немало ужасов и смертей за всё это время, но потеря близкого человека воспринималась совсем по-другому и переносилась более тяжело.
Глава 14. Пополнение
Следующий день, глядя с утра на разбитых и подавленных людей, решено было сделать выходным. Всем требовался отдых и время, чтобы смириться с горечью утраты. Выбираться в таком состоянии за территорию поселка было крайне рискованно и непродуктивно. Поэтому все делали свои дела, а вечером принялись обсуждать план зачистки воинской части от мертвецов, чтобы была возможность похоронить Кирилла и, как бы цинично это не звучало, начать вывозить оттуда найденные многочисленные запасы еды и топлива и проверить, что там есть ещё. Потому что Кирилла уже не вернуть, его можно только похоронить, а наша жизнь продолжалась и нам требовались ресурсы.
Во время разговора я вспомнил слова Кузьмича о том, что в последней из проверенных вторым отрядом комнат были только гарь и пепел. Мне стало интересно, что это значит и что было в других комнатах, поэтому я спросил:
— Кузьмич, расскажи, что вы там видели, когда мы разделились, и что еще за гарь и пепел были в последней комнате?
Задумчиво наморщив лоб, он некоторое время собирался с мыслями, а потом ответил:
— Гарь и пепел, в прямом смысле этого слова. Это была последняя комната. Там, скорее всего, хранилась бумажная документация, которую кто-то скинул в одну кучу и сжег. Причем сделал это на совесть, периодически перемешивая бумагу, чтобы не осталось в середине несгоревших страниц с читаемым текстом. Трудно сказать, кто это сделал: сами военные, чтобы информация не попала в ненужные руки, или же это дело рук нападавших, целью которых являлось уничтожение всех живых свидетелей и любой информации, что была на там объекте.
Вторую проклятую комнату с дырой в полу, куда провалился Кирилл, вы сами видели.
Ещё за одной дверью мы обнаружили большое пространство, в котором были стрелковые галереи на различные дистанции. Складывалось впечатление, что там вояки тренировали свои навыки в стрельбе, но только без каких-либо затей, обычный бабахинг по неподвижно стоящим мишеням со стандартных позиций стоя, с колена и лёжа. Никаких перемещений, перебежек и движущихся мишеней там не было. Зато были разные стволы: автоматы, пистолеты, пару снайперок. Мы думали их позже прихватить в качестве трофеев, но после того, как Кирилл провалился в подземелье, всё вылетело из головы.
Но вот сейчас я вспомнил кое-чего ещё. Во время осмотра мишеней в одной из галереей, которая отличалась от других, я внимательно всё осмотрел и обнаружил вещи, которые мне показались странными. В первую очередь сам стрелковый рубеж, длина которого была примерно 100 метров, отличался от других. Его стены были не из обычного бетона, как везде, там был повсюду блестящий металл, по цвету похожий на алюминий или нержавейку. То дурацкое красное освещение сбивало меня с толку, да и, если честно, я не пытался понять, что именно за металл там был на стенах. Второй странностью было отсутствие в той галерее оружия, вообще. Хотя в других, в зависимости от дистанций до мишеней, разнообразное оружие было на месте. А тут ни одной вшивой винтовки или автомата, вообще ничего из оружия.
Но самое странное — это мишени и стена, которая находилась позади. Я такого никогда не видел, не знаю, из чего там стреляли, но это были явно не пули. Я не дурак и знаю, что патроны бывают разные, всякие там зажигательные, разрывные, бронебойный и так далее, но следы на мишенях были совсем необычные. Как будто в них пуляли шаровыми молниями, круглые проплавленные дыры размером с кулак, с обугленными черными следами по краям. А вот стены эта фигня не плавила, просто оставляла черные кляксы копоти, ни капли не деформируя серебристый металл, которым они были обшиты. Я ради эксперимента ударил по стене рукояткой ножа, и на металле образовалась отчетливо видимая вмятина. Пули в этой стене должны были оставлять отчетливые следы, которые я не смог обнаружить. — задумчиво поделился наблюдениями Кузьмич и сделал пару глотков чая, смочив пересохшее горло.
То, что он рассказал, звучало действительно странно и наводило на мысли. Очень похоже, что в объекте испытывали какой-то новый вид оружия. А может, и не только испытывали, но и изобретали, на одном из подземных уровней, до которых мы ещё не добрались. Всё это было из области догадок, существенного подтверждения которым мы ещё не нашли. Только странная стрелковая галерея с необычными отметинами на мишенях и стене.
Кузьмич, смочив горло и переведя дыхание, продолжил свой рассказ:
— Последней была комната с полностью стеклянной стеной. В ней было множество мониторов, всякие кнопки, рычаги. Только всю технику кто-то сильно раскурочил и забрал с собою, все жёсткие диски из компьютеров.
Кузьмич закончил