— Нет, одна гарь и пепел только, нужно возвращаться и вскрывать третью бронедверь. — проговорил Кузьмич уже на ходу, направляясь быстрыми шагами на выход.
В двух словах уточнив у дозорных обстановку снаружи и рассказав им, что произошло, мы бросились к двери. Спустя короткий промежуток времени последняя из бронированных дверей, издав короткий звуковой сигнал считывателя, сменила на нём цвет диода с красного на зеленый и открылась. Увидев за ней широкий туннель, круто уходящий вниз, без признаков опасности, мы опустили стволы автоматов. Берсерк в считаные секунды разнёс магнитный замок своей кувалдой, а мы сразу же намертво заблокировали дверь в полностью открытом состоянии.
Разобравшись с дверью, начали спуск вниз по туннелю, разрывая надоедливый красный свет белыми лучами многочисленных фонарей. Широкий туннель уходил вниз, делая плавный поворот. Пол покрывал равномерный слой пыли, но, судя по звукам, которые мы слышали из трубы, где-то дальше должны быть зомби.
Лучи фонарей уперлись в большую металлическую дверь. Массивная дверь из металла, выкрашенная в желто-черные полосы. Она была во всю ширину туннеля и полностью перегораживала его, на стене сбоку от неё находился металлический щиток, в котором располагались две кнопки. На первой была стрелка, указывающая вниз, на второй стрелка указывала вверх. Дверь щитка была открыта нараспашку, на ней виднелся клочок порванной бумажной ленты. Видимо, щиток кем-то опечатывался при закрытии, а потом им воспользовались, порвав печать, оставив дверцу в открытом положении.
Пока все рассматривали щиток с кнопками, Берсерк без малейших раздумий и тени сомнения тыкнул пальцем в одну из них. Тут же раздался мощный гул, и ворота, издавая давно несмазанными механизмами противные скрипы, медленно поползли вверх.
Я, не сдерживая себя, громко выругался. Причем такая реакция последовала не от меня одного. Хотя ругаться было поздно, но эмоции требовали выхода. А необдуманные действия Берсерка, сильно нервировали.
Первым перестал ругаться Артём, который, картавя, делал матерные слова больше смешными, чем обидными. Совладев с собой, он всех взбодрил:
— Быстго все отошли от двеги назад! У кого есть огнестгельное огужие, снять его с пгедохганителей и дегжать двегь на пгицеле. У кого нет огнестгела, дегжитесь за нашими спинами.
Его команда была быстро исполнена, мы замерли, держа на прицеле очень медленно поднимающуюся вверх дверь, из-за которой стали слышны порыкивания мертвецов, которые с каждой секундой становились всё громче. Твари явно стягивались к двери, идя на издаваемый её шум.
В образовавшуюся щель между полом и медленно ползущей вверх дверью стало видно множество ног, обутых в потёртые и порванные армейские берцы. Выругавшись ещё раз матом, я сказал:
— Приготовьтесь, как только дверь поднимется достаточно высоко, чтобы можно было стрелять мертвецам в голову, открывайте огонь, не дожидаясь команды! Сейчас, просто так, по туловищу и ногам, не стреляйте, экономьте патроны!
Дверь, издавая противные скрипы, медленно ползла верх. Время замедлилось и тянулось, как резиновое, заставляя бешено колотиться сердце в ожидании боя. Мертвецов, которые топтались за ней, колотя в неё руками, издавая хриплые рыки, уже было видно по грудь. Всё пространство за дверью было плотно заполнено зомби в военной форме. Из-за того, что они напирали на дверь, столпившись плотно, как кильки в консервной банке, рассмотреть даже примерное их количество было невозможно.
Но зато, пока дверь медленно открывалась, уползая вверх, можно было рассмотреть тех, кто стоял в первых рядах, и был виден по плечи. Все, как один, были в одинаковой форме, зеленого цвета, без каких-либо отличительных знаков на ней. У всех отсутствовали на рукавах шевроны, по которым обычно можно определить принадлежность солдата к типу войск, в которых он служит. Весьма странным был тот факт, что практически все мертвецы были одеты в зимние бушлаты, которые были грязные, порванные и представляли собой жалкое зрелище. Оружия ни у кого из них не было видно. В голове крутилось множество вопросов, на которые не находились ответы.
Когда дверь открылась настолько, что первые ряды зомби практически вывалились нам навстречу, подталкиваемые толпой сзади, все мысли вылетели из головы, уступив место только одной: «Сдохните, твари!», яростно металась эта мысль в сознании. Палец яростно вдавливал спусковой крючок, стоило только голове очередного зомбака оказаться в прицеле автомата.
Звуки выстрелов громко звучали в туннеле и били по ушам, дымящиеся гильзы со звоном падали на пол, оружие, выплёвывая смертоносный свинец, стрекотало без умолку, делая только короткие паузы, необходимые для смены опустевшего магазина на полный, в воздухе стоял горький запах сгоревшего пороха, на нас, выходя из красной мглы, всё пёрли и пёрли нескончаемой лавиной зомби.
Пространство у двери уже было усыпано телами монстров, а их поток всё никак не ослабевал. Во время очередной смены опустевшего магазина, я внезапно осознал, что это последний, а значит у меня всего 30 выстрелов. Перекрикивая шум стрельбы, я заорал:
— Я пуст! У меня последний магазин! Отступаем!
Несмотря на грохот выстрелов, меня расслышали. Стреляя по прущей на нас толпе мертвецов, мы начали пятиться назад, к выходу. Стрельба с каждой секундой становилась всё менее интенсивной, замолкали автоматы у тех, кто полностью израсходовал свои боеприпасы. Я послал последнюю пулю в голову очередного зомбака и, когда он упал, увидел Кирилла. Его было уже не спасти, пополнив ряды мертвецов, он, став одним из них, злобно смотрел на нас кроваво- красными глазами.
— Бегом на улицу! — что есть мочи проорал я, отводя взгляд от чудовища, в которое превратился наш бывший товарищ, и, развернувшись, побежал вместе со всеми.
Оглядываясь на бегу, я с ужасом увидел, что туннель за нашими спинами заполняется огромной толпой мертвецов. Цепляясь ногами за тела убитых нами тварей, они падали, но тут же поднимались и продолжали идти вслед за нами.
У бронедвери нас встретили встревоженные дозорные. Увидев их, Кузьмич проорал:
— Там целая армия мертвецов, у нас кончились патроны, нужно попробовать закрыть дверь!
Мы всеми навалились на тяжелую бронированную дверь, пытаясь разблокировать её и сдвинуть с места, но все наши усилия были напрасными: вбитый между дверью и полом разнообразный хлам намертво её заблокировал. Мы не смогли сдвинуть её даже на миллиметр, навалившись всеми. И даже мощные удары кувалды Берсерка не принесли никакого эффекта.
— Зомби близко! — проорала Алина, которая всё это время светила в туннель фонарем, встревоженно высматривая появление мертвецов.
Кинув быстрый взгляд в туннель и увидев, как в красной мгле шагает толпа мертвецов, я проорал:
— Уходим! Дверь не получится закрыть, а с такой большой толпой без