Завести разговор, вызвать на диалог — эти приёмы были мне известны. С одной стороны, Майло был прав, а с другой, именно таким поведением он и решил свою судьбу.
— Странно, — Зан что-то обдумывал с того момента, как мы покинули место сражения, и высказался, когда два разрушителя ушли на новую кривую к нейтрализатору. — Этот Майло словно хотел, чтобы его нашли и убили.
— С чего ты взял? — не понял я.
— Ты допросил семь человек, только седьмой рассказал тебе всё, остальные готовы были терпеть. Этот седьмой получил приказ — раскрыть убежище. Нельзя, чтобы первые пять сдались, это вызывает подозрения, страх накапливается, особенно, если пытает подавитель — у синтов нет болевого порога, средства, вводимые в мозг, быстро распадаются.
— Зачем ему было сдаваться?
— Вот это вопрос, — полковник Галэки поморщился. — Зачем.
— Ты очень жестокий человек, практически хург, — попеняла мне Йолана, — другой бы сразу пристрелил, а ты поговорил, дал надежду. Если мне надо будет тебя прикончить, будь уверен, я не стану ждать, пока ты начнёшь распинаться.
— Нет, в память о нашей дружбе, ты должна будешь меня выслушать, — я не собирался воспринимать её слова всерьёз.
Йолана подумала, и согласилась. Словно что-то знала заранее.
Глава 24
Глава 24.
Портал, окутанный сетью чужих, выплюнул крохотную чёрную каплю. Попав в новое пространство, шар диаметром в несколько сантиметров начал расплываться, превращаясь в плоскую жирную кляксу, неровные края подрагивали, придавая новому пришельцу сходство с медузой. Клякса растянулась, становясь практически плоской, теперь её размеры измерялись в метрах. Словно любуясь собой, пришелец растягивал то один край, то другой, по поверхности пошли волны.
Через несколько часов клякса достигла сети, опутывавшей звезду, и словно присосалась к ней, постепенно расползаясь, пока не выросла до километровых размеров. Внимательный наблюдатель заметил бы, что на местном солнце появилось крохотное пятнышко.
* * *
Слова Зана не давали мне покоя. Действительно, зачем этот Майло сдался, и почему истребитель так резко изменил вектор движения, моментально погасив инерцию. Со вторым было более-менее понятно, наверняка истребитель раньше находился на планете, а потом, когда ему подарили вторую оболочку из медузы, гань-ши, он улетел в космос и попал в руки синтов. Мне на разрушителе такая оболочка тоже не помешала бы.
И этот ответ был связан с первым вопросом, отчего Майло не сел в тот истребитель? Синт словно хотел, чтобы я его нашёл, так сказал Галэки. Или бывший полковник ошибался, и кто-то заставил Майло сдаться. Кто-то, гораздо более влиятельный, кто знал, что мы будем идти на перехват.
У меня под подозрением были два человека — Ньялу и Эрвик. Точнее говоря, сначала Эрвик, а потом уже Ньялу в компании с двумя синтами-медиками, они о том, что Майло хотел меня прикончить, знали, и наверняка доложили своим друзьям. Возможно, поэтому спасательный отряд не торопился на место схватки, и Ньялу посылала сообщения зонду, делая вид, что не испытывает сомнений.
Йолана — та не сомневалась.
— Ты молодец, что прикончил его. Только зачем надо было всаживать какую-то палку в глаз?
— Ритуальное убийство, в моей семье так поступают, когда совершается месть.
Пафосно, но красиво, Зан вон даже глазом не повёл, словно не видел, как Тойола эту штуку себе в глаз втыкает. А Майло, действительно, сразу помер, мозг вытекал через ушные раковины, но для надёжности я его ещё и в реактор засунул, хоть какая-то польза от этого синта.
— Как выглядит этот наблюдатель? — полковник перевёл разговор на менее щекотливую тему.
— Мне откуда знать, — фыркнула синт-пилот. — Прибудем на место, разберёмся. Тут осталось-то не так много.
Тридцать пять часов полёта. Заняться было решительно нечем, Йолана прекрасно отыгрывала роль настоящего пилота, хотя на самом деле разрушители вёл по курсу модуль управления, Зан спал — видимо, навёрстывал упущенное за то время, что нанялся в слуги, так что мне ничего не оставалось, как наблюдать за последними новостями, которые приходили на наш корабль с задержкой.
Планета почти опустела, те, кто перешёл на сторону чужих, покидали её, распределяясь по станциям. Та, что была оккупирована республиканцами, переполнилась, пространство вокруг неё было замусорено истребителями, штурмовиками и десантными ботами. Почти то же самое, но в меньших масштабах, царило на станции конфедератов. Бывшие заключённые, которых было не так уж много — большую часть уничтожили блинчики и другие заключённые, потихоньку распределялись кто куда. Немногочисленные федералы прибились к Ньялу, значит, теперь и на этой станции была своя пятая колонна. По сути, единственные, кто оставался в стороне, оказывались синты, их на обоих планетах было совсем немного, может сотня или две.
Тем неожиданнее было то, что эти самые синты прекрасно поладили с Чесси. Новая героиня вселенной наотрез отказалась покидать станцию и перебираться к республиканцам. Это же и Йолана подтвердила, у неё с хакершей был постоянный контакт.
От Илли ничего слышно не было. Её комм периодически посылал сигналы Зану, судя по ним, советник находилась на флагмане ударной группы. Не то чтобы я волновался за советника, но она была на нашей стороне, и сторона эта постепенно сжималась до крохотных размеров. Генерал Арджан побывал на станции конфедератов, где его восторженно приняли, запись торжественной встречи разошлась по сети. Один из клонов-администраторов республиканцу разве что руки не целовал, и что самое плохое, в простых служаках не чувствовалось протеста. Под призывы разобраться с чужими и очистить галактику от эллипсоидов границы между людьми постепенно размывались.
— Интересно, что дальше произойдёт? — Зан иногда просыпался, и тоже включался в обсуждение новостей.
— А дальше откроется портал, сюда зайдёт флот Империи и покажет чужим и их последователям, что могут сделать с системой одиннадцать больших разрушителей адмирала Локси, — ответила ему Йолана. — значит, нам в это время надо быть подальше от остальных. Желательно — где-нибудь рядом с соседней звездой, и уже сразу потом порталами в отдалённые системы, потому что фильтровать будут всех.
— Аокхаган, — я запустил тестирование системы обнаружения целей, с приближением к солнцу она начала слегка привирать, добавляя в список объектов те, которых не было в действительности, — сказал, что всем нам конец, что надо прятаться, и уж точно не от Локси. А он, похоже, знал, что говорил.
— Этот