— Бабушка, прекрати, пожалуйста, — отмахнулась я.
— Что, бабушка? Стоило мне только отвернуться, как он уже себе рога примеряет. Взгляд, как у бешеной белки. Слюной брызжет, как королевский фонтан. Видите ли, его укусил какой-то взбесившийся таракан. И ему вдруг показалось, что пока он моргнул, я устроила дикую и разнузданную оргию на сорок персон. И успела все убрать за собой… — недовольным голосом выдала бабушка, нахохлившись.
— Мне кажется, что он просто переживает за меня, — ответила я. — Он постоянно находится во дворце. А там предательство, интриги, заговоры. Я бы на его месте тоже ревновала бы!
— День, я как бы сплю. Приходит и … «Молилась ли ты на ночь, Тварианна?», — продолжала бабушка. — Если нет, то помолись! А сам руки к шее тянет! Про какой-то платок рассказывает. Дескать, подарила я какому-то барону свой платок. Он точно видел такой же платок у барона! А ничего, говорю я, что такие платки на каждом углу продаются? Что в городе, куда ни глянь эта кружевная рванина с каемочкой сопли принимает.
— И? — спросила я. Бабушка эту историю не рассказывала.
— Ну бросился он меня душить. Сначала своими вонючими, как потного козла носки, духами. А потом и руками. Вот от первого шансы помереть были намного выше! В итоге я обиделась на него так, что даже хоронить не стала! — закончила бабушка.
— Скажи проще. Он тебе не нравится, — улыбнулась я, мечтательно глядя в темень окна. — Просто не нравится и все!
— И я говорила почему! Я терпеть не могу эльфов! Моя дочка вышла замуж за эльфа! И после этого пропала! — нахохлилась бабушка.
Карета неслась на бешеной скорости. За окном было темно. И я решила вздремнуть. Устроившись поудобней на сидении, я думала о маме, о папе. Я пыталась вспомнить хоть что-нибудь…
— Приехали! — толкнула меня в плечо бабушка. Я дернулась и открыла глаза. Карета стояла. Я выглянула из окна. На втором этаже в дедушкином кабинете горел свет.
— Итак, легенда такая. Ты вернулась, потому что муж выгнал. Поняла? — бабушка открыла дверь кареты и обратилась в летучую мышь. — Кстати, какой сегодня день недели? Скандельник? Скандорник? Скандреда? Как видишь, любой день идеально подходит для скандала!
Бабушка нырнула под юбку. Я шла знакомой дорожкой к старинной двери. Дверь была закрыта. Я постучала, но никто не открыл.
— Погоди, там окно есть разбитое! — вспомнила я, пробираясь заснеженными кустами.
— Ай! Бабушку не прищеми! — слышался голос бабушки. А я уже лезла внутрь, вспоминая, куда ставить ногу.
Холодный коридор выглядел неуютно и пусто. Кое-где лежали сугробы. Обрывки гобеленов шелестели на сквозняке. Осторожно, вспоминая, где время расставило ловушки, я пробиралась на второй этаж.
— Операция «Диарея», — шепотом заметила бабушка.
— Почему «диарея»? — спросила я, перешагивая сразу через две ступеньки.
— Потому что нападаем неожиданно, — пояснила бабушка. Я поднялась на второй этаж. Перепрыгнула дырку в полу и направилась к двери в дедушкин кабинет. В кабинете было пусто. Но дверь в спальню была открыта.
Его портрет сурово смотрел со стены. А сам он лежал на кровати.
— Кто здесь? — послышался слабый голос.
— Это я, Тирания, — произнесла я, видя как дед тянет слабую руку.
Он был в ночной рубашке и в драном ночном колпаке. Его накрывало несколько дырявых одеял. На столике горела свечка.
Бабушка вылетела из-под юбки и бросилась на деда.
— Я так рад, что вы приехали… — заметил дед, слабо усмехаясь. — А то в последнее время я себя неважно чувствую. Думал, что уже не увижу!
— Дедушка, — бросилась я к нему. Бабушка, которая еще минуту назад готовилась растерзать, его замерла.
— Хотел сказать вам… перед смертью… — произнес он, тяжело вздыхая. — Правду, как есть… Кхе-кхе!
Я почувствовала, как на горло начинает давить комок слез. Бабушка застыла в растерянности. Она ожидала увидеть все, но не это!
— Как только родилась Тирания, ко мне обратился один очень знатный господин. Он мечтал о бессмертии… Кхе-кхе! — прокашлялся дедушка
— Написал бы поэму, — процедила бабушка, обернувшись человеком. Я гладила его холодную руку и понимала, что не могу злиться на него.
— Нет, не о том. Господин серьезно проклят. И перепробовал все средства. А укус эльпира должен был подарить ему жизнь. Вечную жизнь. Пусть даже в качестве вампира, — начал дед, присаживаясь на стул. — Вампиры не умеют обращать людей в вампиров. Многие… Да почти все! Умирают в страшных муках! Дампиры — слишком слабы. А вот эльпиры, в чьих жилах течет магия жизни и магия вампиров, вполне способны подарить кому-то вечность. И господину нужна была гарантия…
Я заметила, что он тянется к шкатулке. Дрожащей рукой, он поставил ее себе на грудь и открыл ее.
— Зачем он открывает шкатулку? — спросила я, глядя на бледную бабушку.
— Пусть открывает, что хочет! Хоть новые земли. Лишь бы в честь меня не называл! — ответила бабушка. По голосу было слышно, что она нервничает.
— Господин назначил хорошую цену за девочку, — продолжал дед слабым голосом. — И мы договорились, что он выплатит ее, когда девочке исполнится двадцать лет…
Дедушка что-то достал какой-то старенький медальон. И сжал его в руке.
Старинные часы показывали девять. И я замерла при мысли о том, что скоро увижу любимого.
— Правда, беда заключается в том, что эльпирам нельзя пить кровь. Иначе они обратятся в вампиров, — слабым голосом произнес дедушка.
А у меня сердце кровью обливалось. Может, я и злилась на него за то, что он выдал меня замуж за эльфа… Но сейчас я была ему очень благодарна.
— Дедушка, зачем ты написал письмо принцу о том, что меня обижают? — спросила я, гладя его руку. — Меня никто не обижает. Все хорошо… Я … Я очень счастлива… Спасибо тебе…
— Твой брак с эльфом был ошибкой! — произнес дедушка. Медальон засветился в его руке и тут же погас. — А теперь поздоровайся с тем знатным господином!
Глава двадцать пятая. Ваше Высосейшество!
Я бросила удивленный взгляд на бабушку. Мне показалось, что дедушка бредит. Бабушке тоже, раз она недоверчиво нахмурилась.
Через мгновенье ее отмело к стене. На ее шее появился венок из чеснока. И бабушка застыла.
— Здравствуй, моя фавориточка, — послышался голос, который я узнала из тысячи. Это был принц! Причем, не один! С ним было два телохранителя.
— Я все сделал, как обещал! Теперь я могу получить обещанную награду, ваше высочество? — вскочил с кровати дедушка.
— Ах ты старый валенок, скатанный из анальных волос мантикоры! — шипела бабушка, боясь пошевелиться. — Ах ты…
— Потише, бабушка, —